— Не откажусь… — я взял рюмку в руки и слегка помедлил.
Если честно, я дико боялся того, что сейчас собирался сделать. В первую очередь потому, что даже не представлял, к чему это все приведет. Черт… я не сторонник монархии, которая уже насквозь прогнила, мало того, считаю, что возникшее на обломках империи государство рабочих и крестьян совершенно закономерное явление. Но сейчас накануне русско-японской войны, надо обязательно нейтрализовать пятую колонну, которой как раз и являются все эти «рэволюционеэры»
— Итак. Сергей Юльевич, совершенно случайно, нам стало известно о финансировании японским Генштабом ряда российский партий — вот список. И финансирование весьма немалое, запланировано истратить около миллиона японских йен. Процесс только начинается и руководит им военный атташе Японии Акаси или Акаши*, увы, точно не знаю. Но вы это легко сами установите. Польские и финские сепаратисты, грузины — в его планах охватить всех. Цель — свержение самодержавия путем террора. А сам факт того, что данную информацию мы получили из английских источников, свидетельствует о том, что Британская империя участвует в заговоре, а точнее, возглавляет его…
Акаси Мотодзиро — японский военный атташе в Петербурге в 1902-04 годах. Осуществлял активную разведывательную и подрывную деятельность в Российской империи, в том числе финансировал оппозиционные партии и организовал поставку оружия финским и кавказским сепаратистам.
Я выложил Витте все, что знал о революционной ситуации в России на данный момент. Упомянул всех, в том числе Ленина и даже провокатора Азефа *. Но, увы, в своем времени, я всего лишь неплохо учился и увлекался историей, так что данные получались более чем поверхностные, за исключением всего нескольких моментов. Но, как бы там не было, получилось готовое руководство к действию, так что, при наличии своего желания, русские могут могут разом поправить свои дела.
Евно Фиишелевич Азеф — российский революционер-провокатор, один из руководителей партии эсеров и одновременно Секретный сотрудник Департамента полиции. Как глава Боевой организации эсеров, организовал и успешно провёл ряд терактов, в числе которых — убийство Великого князя Сергея Александровича. В то же время, как агент Охранного отделения, раскрыл и выдал полиции множество революционеров.
— Я даже не знаю, что сказать… — Витте снял пенсне и устало потер переносицу. — Это… это черт знает, что…
— Боюсь, все даже хуже.
— Но зачем вам это?
— Все просто, я люблю Россию. Этого достаточно?
— Вполне, — серьезно ответил Витте.
— Но не буду кривить душой. Я преследую и свои цели, а точней действую во благо своей страны. Логика простая, сильная Россия — станет сильным союзником. Но опять же, я еще не закончил. Очень скоро, думаю, не поздней чем через полгода, Британия развяжет очередную войну против нас. И в очередной раз наглухо завязнет. Для победы им придется стянуть все свои резервы, даже из колоний, тем самым обнажив свои тылы. Я не прошу вашего активного участия в войне, но определенные шаги Россия може предпринять. За что вам воздастся сторицей. А сейчас, пожалуй, пора перейти к конкретике…
Разговор закончился глубоко ночью. Естественно, я ничего толком не добился, да и не мог добиться. Но, как мне кажется, все-таки приобрел лоббиста в лице Сергея Юльевича Витте. А это уже немало.
Когда он ушел, в кабинете опять появился Арцыбашев.
— Господин генерал, думаю, самая пора заняться вашей безопасной эксфильтрацией. Не стану скрывать, резиденция под плотным наблюдением, но мы можем предпринять некоторые шаги…
— И какие же?
Арцыбашев улыбнулся.
— Сейчас покажу. Прошу за мной.
Мы поднялись на второй этаж и подошли к окну.
— Смотрите.
Недалеко, совершенно не скрываясь, стоял какой-то тип в штатском. Еще один болтался чуть поодаль, на перекрестке.
Из ворот резиденции неожиданно вышли несколько человек, очень достоверно изображавших собой подвыпившую компанию. Весело гомоня, они разделились и пошли в разные стороны по улице, а потом вдруг ринулись к филерам. А еще через несколько мгновений, неподвижные тела шпиков уволокли в придорожные кусты.
— Скандала не будет? — довольно ухмыльнувшись, поинтересовался я.
— Конечно будет, — серьезно ответил Арцыбашев. — Но что с нас возьмешь, варвары, да-с. Опять же, человечков всего лишь крепко поколотили, но живота не лишали. Надо немного подождать, очень скоро все окрестности очистят от лишних глаз. Но, на всякий случай, мы вас немного замаскируем…
В общем, из резиденции меня вывезли под видом загулявшего офицера. Дальше я прогулялся по ночному городу, сменил двух извозчиков и не обнаружив слежки, отправился домой.
Открыл своим ключом дверь в шале, прошел в дом и негромко позвал.
— Милая, ты что не собираешься встречать своего мужа?
Никто не ответил.
— Клео…
Неожиданно из спальни послышался неясный шум, очень похожий на стон.
— Твою мать… — я достал из кобуры пистолет и снял его с предохранителя.
Глава 8
Швейцарская Ривьера. Женевское озеро. Монтре.
23 июня 1903 года. 01:30
Шаг, еще один…
Я скользнул по комнате и прижался к стене около приоткрытой двери в спальню.
Ничего не пойму…
Везде порядок, следов борьбы нет. Опять же, если в доме засада, на меня бы уже давно напали, да и Клео никто не дал бы стонать.
Из спальни опять послышался невнятный шорох, закончившийся едва слышным женским стоном, полным страдания.
Да что за хрень?
Наконец, решившись, я рывком ворвался в спальню.
Клео лежала на полу возле кровати, подставив под щеку согнутый локоть. Распущенные волосы, мягко отблескивая в свете настольной керосиновой лампы, распростерлись на ковре вокруг головы иссиня-черным ореолом, прозрачная батистовая рубашка бесстыдно задралась, обнажая длинные стройные ноги и часть белоснежной округлой ягодицы.
В голове плеснулось отчаяние, но после того, как я смог оценить картину в целом, отчаяние сменилось удивлением. И злостью…
Рядом с Клео лежала открытая переполовиненная коробка с шоколадными конфетами и пустой бокал. А с ними соседствовала опрокинутая большая пузатая бутылка без этикетки.
Пустая бутылка, емкостью примерно в литр.
Бутылка моего виски.
Виски выдержкой в двадцать пять лет и крепостью в шестьдесят градусов, производящегося на затерянной в шотландских горах безымянной винокурни, со времен чуть ли не Робин Гуда и его братвы.
Виски, пять бутылок которого мне привез капрал Джебедайя Мак-Келллан, парень из Шотландии, вернувшись на службу после побывки дома.
Четыре я уже прикончил, а последнюю взял с собой в дорогу.
Все возникшие чувства уместились лишь в одно емкое русское слово:
— Блядь!!!
— О-ой… — Клеопатра попыталась поднять голову, но не смогла. — О-о-й, мамочка моя…
Я подавил в себе настойчиво желание пнуть юную алкоголичку и сел рядом с ней, прислонившись спиной к кровати.
— Что это было?
— Мама…
— Дать бы тебе по башке…
— Оу-уо… — Клео перекатилась и прижалась щекой к моей ладони. — Я уми-и-ираю. Спаси-и-и меня…
— Ты нахрена это сделала?
— Хотела… — девушка жалобно всхлипнула. — Хотела тебя понять…
— Выжрав мое виски? Оригинальный способ.
— Ага… — согласилась Клео. — Я оч-чень ор… ор-ригинальная…
— Ладно, хватит валяться на полу, — я подхватил Клеопатру на руки и не особо почтительно закинул ее на кровать.
— Иди ко мне!!! — Клео вскинулась, но тут же опрокинулась обратно, обхватила голову руками и завыла: — А-а-а, я сейчас сдохну, сделай же что-нибудь…
— Н-да… — я невольно улыбнулся, потом закинул Клео на плечо и потащил в туалетную комнату.
Откуда, через неполный час, после не особо эстетичных, но действенных процедур по очищению желудка, сопровождаемых отчаянным сопротивлением и грязной бранью пациентки, вернул обратно, сходил к себе в комнату, возвратился с маленькой бутылочкой из темного стекла и налил из нее полную ложку.
