Но мертвых.
Они лежали на полу огромного пустого зала. Все, что хранилось здесь, и навалили перед дверью те, кто пришел сюда умирать, словно расчищали для себя место. Десятки, а то и сотни мертвецов лежали в странных позах: одни будто умерли во время схватки друг с другом, другие стояли на коленях или сидели на корточках, неестественно вывернув руки, а у некоторых вообще руки и ноги валялись отдельно, а лужи крови, в которых они лежали, блестели свежей краской. На лицах и телах не было заметно ни малейшего следа тления, а воздух не был отравлен трупным духом разложения. Однако Сергей был уверен, что в тишине зала, полного мертвецов, нет ни одного живого человека причина этой уверенности была ему неясна. На миг ему показалось, что это тоже обманки, большие куклы, собранные по всему огромному зданию в одно место. А когда он перебрался вниз и ступил на гладкий, выложенный красивыми плитками пол, ему захотелось немедленно убраться отсюда, потому что вдруг захотелось спать, вот так просто лечь на пол рядом с этими нестрашными покойниками и поспать немного. Но вспомнив об утраченном медальоне, он рассердился. Не для того он забрался сюда, чтобы уступить сонным чарам.
Мысль о том, что люди в зале попросту спят, пришла и тут же ушла. Вблизи оказалось, что многие тела обезображены резаными и колотыми ранами, а длинные ножи и жуткие тесаки валялись рядом.
Впоследствии Сергей так и не смог объяснить самому себе, почему он не испытывал страха и какая сила влекла его в это средоточие мертвецов. Он просто шел, разглядывая лежащих, и чем дальше продвигался к центру зала, тем причудливее они выглядели. Кое-кого смерть застигла в тот миг, когда они пытались разодрать пальцами свои рты, попадались и люди, зажавшие ладонями уши, а вместо глаз у них темнели обугленные по краям дыры, а среди них нелепо возвышались трупы, стоящие на ногах и похожие на безмолвных стражников. Только вместо оружия в руках они держали собственные головы.
Безголовые мертвецы тоже не испугали парня — начни они сейчас перекидываться своими головами, как мячами, он только рассмеялся бы. Ощущение, будто все это понарошку, крепло в нем, хотя в чем был обман, сразу и не поймешь. Его тянуло вперед, туда, где тела располагались так густо, что пройтись можно было, только ступая по упавшим, под которыми не было видно пола.
И наконец он вышел к месту, где больше не было мертвецов.
В центре большого круга посередине зала все же находились еще двое. Но Сергей не знал, мертвы они или нет, а пройти к ним мешала невидимая упругая стена, которая мягко отталкивала его назад, стоило сделать шаг-другой к двум фигурам, которые, если приглядеться, не просто лежали рядышком на полу, а парили невысоко над ним.
Сергей заметил, что невидимая преграда отсвечивает еле заметной радужной пленкой, словно эти двое выдули большой и крепкий мыльный пузырь, оградив себя от всех, кто рвался к ним. И еще он увидел, что под защитой радужного пузыря в воздухе парят не взрослые люди, а мальчик и девочка. Их голые тела медленно вращались, подобно стрелкам живых компасов, указывая на перемещение неведомого магнита. Вот стали видны бритые головы, раскинутые руки ладонями были обращены к небу, хотя лица повернуты вниз, к земле.
«Больше ничего не будет!» — подумал Сергей и подивился этой мысли, но ненадолго. Откуда-то пришло знание — все, что ему полагалось увидеть, — он увидел. Теперь можно убираться отсюда, а можно лечь и помереть, добавив еще одно тело в обрамление радужного пузыря, разницы никакой. И эти мысли были чужими, холодными, но они тоже не пугали.
Он бросил последний взгляд на радужное убежище и пошел к завалу, стараясь не наступать на лица. Не пройдя и трех шагов, он заметил, что у одного из присевших на корточки покойников с вытянутой руки свисает зеленый кругляш.
Вот тут все же екнуло сердце, испарина выступила на лбу.
Сергей решил, что покойник разыскал исчезнувший в груде хлама медальон и теперь дразнит его. Но сразу же понял, что ошибся — пузырек болтался на кожаном шнурке, а не на цепочке, да и кругляш, похожий на нефритовую пластинку, оказался всего лишь маленьким пузырьком из зеленого стекла. Мертвец держал шнурок крепко, но Сергей попросту сорвал его вместе с тремя пальцами, которые легко оторвались. Сергей решил было, что они сделаны из воска, но капли крови, брызнувшие на него, убедили, что это не воск.
Все равно это мертвец, убеждал себя парень, мало ли что кровь! Мертвецы всякие бывают, а в тайном городе и подавно.
Один зеленый талисман потерял, другой нашел — чем не хорошая примета! И старый тоже от покойника достался. Он повертел в руке пузырек, обрамленный в серебряную плетенку с колечком, сквозь которое и был продет шнурок, а затем, вздохнув, повесил на шею.
Быстро перебравшись через завал, он чуть ли не бегом поспешил к выходу. Пару раз сворачивал не туда, но, вернувшись назад, снова попадал на знакомые лестницы. А когда, наконец, попал в комнату с узким столом, преграждающим вход, то обрадовался вдвойне, потому что увидел на подоконнике круглый хлебец, высохший до каменной твердости. Прихватив его, он выскочил на площадь.
Немая девочка все еще спала.
Воды они напились прямо из реки, там же и размочили хлеб, утолив немного голод. Они долго шли вдоль берега, разыскивая свой плот, но все же нашли тот самый причал.
Сергей присматривался к доскам настила, раздумывая, как бы половчее оторвать хотя бы одну и приспособить вместо весла.
Доски были прибиты крепко, без топора или лома не справиться. Долго разглядывал судно, радующее глаз свежей краской. А потом взобрался по узким сходням на его борт и снял со стены рубки багор, который вполне мог заменить лом. Собрался обратно, но мысль о том, что лучше плыть на этом корабле, чем на плоту, остановила его. Махнул рукой девочке, подзывая к себе, а когда она поднялась наверх, Сергей прошелся вдоль борта и сбросил канатные петли с двух толстых крюков на носу и на корме.
Забравшись в рубку, они смотрели, как медленно, очень медленно отдалялся берег. Судно начало вести из стороны в сторону, пока Сергей не догадался, наконец, взяться за колесо с ручками. Дело пошло веселее, и вскоре корабль выплыл на середину реки. Девочка облазила весь корабль и вернулась в рубку вся перемазанная машинным маслом.
Засмеялся Сергей, глядя на ее лицо в темных потеках, но вдруг оборвал смех. На таком корабле движок, наверно, не только для откачки воды применялся, а и для хода тоже! Что, если попробовать…
Вскоре он тоже был весь в масле. Двигатель внизу на вид целехонький, не разобран, а вот заработает ли, поди узнай! Он долго искал заводной шнур, так и не нашел, плюнул т вернулся в рубку с мотком медной проволоки, подобранной внизу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
