это просто образ жизни. Где эта самая жизнь течет совсем по иным законам природы. Ну, желаю удачи, – проговорил Самарин. Протягивая руку гостю, который внимательно рассматривал машину.
– Можно мне самому перегнать ее на парковку? – уточнил Игорь, пожимая руку. – Разомнусь хоть маленько, да и чего Стифа дергать.
– О,кей. Только езжайте по северным развязкам, там сегодня будет мало копов. На карте, что лежит в багажнике машины, записан адрес вашего частного дома и схема парковки машины. Чуть позже Стиф приедет за вами. Удачи вам!
– Спасибо, Михаил Петрович. И вам желаю удачи! Чтобы нашли нашего офицера пропавшего и полковника с его логовом. А мне и правда пора…, загостился я здесь.
Подождав пока машина Самарина скроется из вида, он сел за руль. Достав из пачки сигарету, откусил фильтр и закурив, медленно двинулся в сторону города, погрузившись в тяжелые размышления.
«Господи, – думал он. – Откуда же берутся эти Шаманы? Люди из поколения в поколение собирали знания для врачевания недугов, а каста шаманов и лекарей считалась элитной. Пожалуй, христианство, давшее толчок развития книжности и письменности на Руси, явилось первым источником психологических знаний через церковную литературу. А дальше – больше, уже кажется в двенадцатом веке на Руси появилось первое сочинение…, предназначенное для «массового» чтения. Это был, первый сборник кратких изречений, помоему нравоучительного характера. Он включал высказывания философов, поэтов, историков античности: Сократа. Платона. Плутарха, Геродота. А в качестве основного положения сборника провозглашалось бессмертие души человека, при этом понятие о душе связывалось с непрерывной борьбой двух начал – духовного и телесного, находящихся в непрестанном противоречии. Излагая материал, неизвестный автор вероятно рассматривал его в неразрывной связи с чувствами и исходил из того, что разум – светлое начало в человеке, а чувства – темное. А между ними идет постоянно непрерывная борьба. Низменная природа чувств проявляется в том, что люди «ослепленные» страстью, теряют контроль над собой. Именно из-за этого пропадает согласие между разумом и чувством. Жизнь! И на, что мы тратим свою жизнь?».
Ход мыслей прервал стук в висках, ему вдруг стало нехорошо, во рту появился солоноватый привкус крови. Стиснув зубы, он пересилил себя и с трудом заставил ехать дальше. Настроив дрожащей рукой магнитолу на развлекательную волну, попытался сесть поудобнее и расслабиться.
Разговор с Самариным вывел его из равновесия. Ему в слух сказали то, о чем он Захаров, уже давно думал.
Подъезжая к городу, Захаров свернул на одну из вспомогательных дорог, намереваясь всетаки перевести дух из-за плохого самочувствия. Он с трудом остановился на обочине дороги и уронив голову на руль, обливаясь потом, заглушил двигатель. Тяжело дыша, открыл дверь и только тут к своему ужасу заметил летевший на него грузовик. Огромная машина явно не собиралась останавливаться. Еще секунда и мощнейший удар буквально снес машину Игоря в кювет. Смятое, разбитое железо, словно футбольный мячик слетело с дороги, кувыркаясь через крышу.
Придя в себя, с огромным трудом, то и дело теряя сознание, Захаров с отчаянием обреченного, стал выбираться из лежавшего на крыше автомобиля. Прекрасно понимая, что полный бак бензина, может в любую секунду превратить его в факел. Словно в кошмарном сне ему удалось выбраться, через разбитое лобовое стекло и отползти от искореженной машины на безопасное расстояние. Он не осознавал, что происходит вокруг, почему рядом с ним взвизгнув тормозами, остановился микроавтобус. Из которого выскочили какие-то люди, которые схватили его и быстро спрятав в салоне своей машины, помчались куда-то на запредельной скорости. Он не знал сколько прошло времени, куда его везут эти незнакомцы. Лишь когда машина заехала за огромные чугунные ворота и его стали вытаскивать из салона, он на какое-то мгновение пришел в себя. Постоянно ускользающее сознание, зафиксировало огромную вывеску, на крыше четырехэтажного здания – это была клиника имени «Донована».
Санитары без лишних слов приняли растерзанное тело пострадавшего и уложив на тележку, быстро увезли его по коридору.
Когда сознание Захарова прояснилось, то первое, что он увидел – это были его собственные брюки, порванные во многих местах, залитые какими-то жирными масляными пятнами. Уже в следующее мгновение он с трудом разглядел свои грязные носки с торчащими пальцами ног. Какое-то время он молча смотрел на свои ноги, тяжело дыша, пытаясь проглотить тягучую слюну. Наконец собравшись с силами, он поднял качающуюся голову и окинув взглядом просторный кабинет, с несколькими письменными столами, на которых громоздилось большое количество различной оргтехники, уставился на крупного, пожилого незнакомца, сидевшего с уставшим, сосредаточенным лицом напротив, за одним из письменных столов. Который был одет в зеленый, медицинский костюм и который, что-то быстро набирал на клавиатуре компьютера. Глядя широко расширенными глазами на врача, Захаров собрался с силами и тихо прохрипел:
– Где я?
Доктор посмотрел по верх своих массивных очков, на истерзанного пациента, в грязной порванной во многих местах одежде и кивнув головой проговорил:
– С днем рождения, мистер Захаров. Вы находитесь в психиатрической клинике, куда вас привезли после аварии.
– Вы…,вы…, вы…, меня с кем-то путаете, – выдавил Игорь. С большим трудом глотая тягучую слюну. – Я, я, я, Рудник! Или Майкл…, я точно не помню.
Врач еще какое-то время не мигая смотрел на пациента, потом утвердительно покачал головой и задумчиво, с металлом в голосе произнес:
– Хватит ломать комедию, мистер Рудник – Майкл. Мы все про вас знаем! Игра закончена и добро пожаловать в «Логово дьявола». Вы ведь кажется так искали дорогу к нам.
Захаров стиснув зубы, потряс взъерошенной головой, словно пытаясь стряхнуть болезненную пелену и тихо выдавил:
– Я не понимаю о чем вы говорите…, у меня вообще такое состояние…, словно я выпил на одном дыхании бутылку виски.
– Это и не мудрено, мистер Захаров, – отозвался врач, поправляя колпак на голове. Садясь поудобнее в кожаном кресле. – Мы сделали вам внутривенно, обезболивающий укол.
– А это еще зачем? – задыхаясь, уточнил Игорь. Уставившись широко раскрытыми глазами в кафельный пол.
– Есть подозрение, что у вас повреждена грудная клетка, сильный ушиб головного мозга и частичная парализация левой руки, а также многочисленные химические ожоги, из-за электролита. Все это как вы сами понимаете, причиняло бы вам сильные страдания, именно уколом мы и купировали, временно конечно, болевой шок.
Игорь с тоской посмотрел на не молодое, круглое лицо доктора, с щегольскими бакенбардами и массивным носом, затем повернул качающуюся голову и уставился на свою левую руку. Которая безвольно свисала с кресла – каталки словно плеть. И покачав головой произнес:
– Спасибо, конечно за укол… И, что дальше?
– Дальше? – улыбнувшись, проговорил врач. Скрестив руки на груди, поудобнее
