к тебе, вот увидишь. – Размякла Вики, но верила в свои слова больше, чем я.
– Она меня ненавидит, Вик. Так что нечего питать пустые надежды.
– Она не ненавидит тебя!
– Тебе-то откуда знать? – Пробубнил я, пропуская спешащих людей внутрь с видом того, кому некуда спешить.
Все они вскакивали по заведённым будильникам такие же заведённые. Лишь бы успеть забросить в рот кусочек энергии, что продержит их до обеда. Разлепить глаза под струями освежающего душа и выбрать подобающий наряд для начала недели. Кто-то – замазать следы бурных выходных, кто-то – неудовольствие от того, что через десять минут уже нужно прыгать в такси и мчаться покорять вершины без страховки, альпинистского снаряжения и помощника, который будет подсказывать, куда ставить ногу.
Ещё недавно я был таким же. Но сегодня так не хотелось взбираться даже на холм, что уж там непокорённые вершины. Я даже обошёлся без душа и подбора чистой рубашки. Провёл рукой по волосам, по трёхдневной щетине – иглы кактуса и то мягкотелее, но к бритве так и не притронулся. Моя жизнь и моя борода – когда хочу, тогда и бреюсь. Зато на завтрак убил целый час, не торопясь разбивая яйца и взбивая их с молоком для омлета, который я готовил Эмме. Просидел над ним, пока часы не накричали на меня со стены, что я опаздываю.
В стекле здания отражался силуэт мужчины, деградирующего в тех бездомных, которыми кишели трущобы Эл-Эй. Ещё пару дней без бритвы и душа, и мне обязательно постелят картонку рядом с каким-нибудь оборванцем в Скид Роу. Я буду драться за кусок помойной пиццы и горланить песни в обнимку с таким же вонючим доходягой, которого поматросила жизнь.
Я еле узнал себя в отражении, но вдруг вспомнил, что разговариваю с сестрой.
– Если бы Эмме было на тебя наплевать, она бы не волновалась за тебя и твою работу, балбес. – Отбрила она.
– Ты можешь всё нормально объяснить?
Эмма волновалась обо мне и о моей работе? Сенсация недели, о которой не написали ни в «Лос-Анджелес Таймс», ни в «Дэйли Ньюс». Я забыл о своём обездоленном отражении и почти вгрызся в телефон.
– Она тебе что-то сказала?
– Сказала, Джейсон. Только я не очень-то поняла…
– Да говори уже!
– Ладно, не надо так орать на меня, братец!
– Прости, просто я опаздываю на работу. – Но не это беспокоило меня больше всего. – А ещё скучаю по ней, как сумасшедший, только она делает вид, что меня не существует.
– Значит, притворяется, раз позвонила мне вчера утром и рассказала о том, что тебя хотят уволить из «Прайм-Тайм». И что для этого собрался целый сговор.
– А? – Только и вырвалось из меня.
Эмма, увольнение, сговор? Какого лешего происходит на той стороне земли?
– Я разорусь ещё громче, если ты нормально всё не объяснишь.
– Ладно, слушай, псих. Вчера утром мне позвонила Эмма. Попросила связаться с тобой и передать, что подслушала разговор одного парня в магазине.
– Что за парень?
– Она не знала его имени, как и то, кто он такой. Но догадалась, что это должно быть заместитель твоего безумного босса.
– Стивен Хартли?
– Не знаю, наверное. Так вот, он разговаривал с кем-то по телефону и требовал, чтобы тебя вышвырнули из компании в течение этой недели. Он заплатил за это, Джейсон.
Вики ни на шутку встревожилась и наверняка отвлеклась от дороги, потому что из динамика послышался резкий скрежет тормозов и гудок клаксона.
– Смотри, куда прёшь! – Рявкнула Вики, напугав меня и детей на заднем сидении сильнее, чем того неумеху-водителя, кому предназначался её гнев. Женщина сметёт любого, кто встал на её пути.
Разобравшись с ситуацией на дороге, Вики снова обратилась ко мне:
– Этот твой Стивен Хартли, если это он, уже выплатил своему подельнику аванс и обещал прислать остальное, но был недоволен, что работа ещё не выполнена.
– То есть, что меня всё ещё не уволили?
– Именно. Пригрозил оставить того второго без денег, если ты останешься в должности. А ещё угрожал расправой, если проболтается, что приказ исходит от него. – Вики дотараторила всё до точки и с ужасом спросила: – Ты что-нибудь понимаешь, Джейсон?
– Кажется, начинаю…
Всё это – одна большая подстава. Командировка в Лос-Анджелес, стычки с Дирком, недовольство клиентов. Кто-то порекомендовал именно меня, но не с добрыми побуждениями, а чтобы обставить всё так, что я худший работник года. Я даже не удивился, что за всем этим мог стоять Стивен Хартли. Эта худощавая крыса с длинным носом и таким же самомнением.
До меня стал доходить смысл слов Джима Макдугалла. «У меня на тебя планы, сынок». Он хотел повысить меня, отдать мне место Стивена, но тот наверняка прознал обо всём и решил вот так избавиться от конкурента. Сослал на другой конец страны в подчинение к тирану, который невзлюбил меня с самого начала. Может, это и был тот, второй? Стивен Хартли и Дирк Бёртон. Блестящий тандем по разрушению чужих жизней.
Переварив всё это за пару секунд, я всё же сильнее озадачился кое-чем другим.
– Почему же Эмма сама мне не позвонила, чтобы рассказать всё это?
– Она звонила, Джейсон.
Но от неё ни одного пропущенного! Ни одного сообщения или даже знака препинания. Полный штиль, как и последние дни.
– Звонила, но ты был занят.
– Что? Я бы запомнил такое, уж поверь.
– Ну не знаю, братец. Эмма сказала именно так. А ещё она казалась расстроенной и даже подавленной. Мне показалось, что у неё что-то случилось.
У Эммы выдались нехорошие дни, а я не был рядом, чтобы разделить их тяжесть, разукрасить их серость. Все эти тёмные игрища с моим увольнением, с моей судьбой в «Прайм-Тайм» отошли на задний план. На переднем теперь всё время оказывалась Эмма.
– Мне пора, братец. – Вздохнула Вики. На заднем плане послышались детские голоса и смешки, а потом слова прощания от племянников. – Просто будь осторожен. Не знаю, что задумал этот парень, но он явно хочет твоей крови.
– Спасибо, что позвонила, сестрёнка. И могу я тебя попросить кое о чём? Это касается Эммы…
– Присмотреть за ней? – Даже за четыре тысячи миль я увидел улыбку на лице Вики. – Поверь, Джейсон, мы все здесь присматриваем друг за другом.
– Поцелуй от меня маму. Я пропал на все выходные и не звонил, но я исправлюсь.
– Она это знает, Джейсон. Люблю тебя. Ты уж разберись там со всем этим. И звони, если понадобится помощь.
Распрощавшись с Вики, я в холодном поту стал листать переписку с Эммой, чтобы найти свидетельство её звонка.
