общество. Сама, сама и только сама. И никак иначе.
— Но ты же прекрасно понимаешь, где и как она закончит.
А это уже не провокация, а настоящий удар ниже пояса.
— Конечно понимаю, — буркнул Юрий. — В лучшем случае Анастасия смирится со своей жизнью в глубинах «Благодатного мира» и до конца дней своих будет зажигать на танцполах ночных клубов. Может даже танцевать научится. Или, чем чёрт не шутит, вернётся в базовую локацию «Вельшино». Но-о-о…, — Юрий замялся.
— А в худшем случае, — подсказала Вика.
— Насколько хорошо я знаю Анастасию, — нехотя продолжил Юрий, — ни в какое «Вельшино» она не вернётся. Скорее рано, нежели поздно, она переберётся в «Усладу», в общину конченых наркоманов. И уже там закончит свои дни. Я понятия не имею, сколь долго люди живут в глубинах «Благодатного мира», но то, что их срок самый короткий именно в «Усладе», в этом я не сомневаюсь.
Объяснение Юрия, пусть местами и слишком откровенное, произвело на Вику благоприятное впечатление. Жёнушка заметно расслабилась и повеселела. Как-никак, а опасность вновь стать разведёнкой на проверку лопнула как мыльный пузырь.
— Вика, признайся, ты ревновала? — Юрий хитро улыбнулся.
— Ну-у-у…, — глаза Вики забегали из стороны в сторону, — было дело.
— Да, кстати, — Юрий поднялся со стула, — доступ к твоему телу в любое время дня и ночи ещё действует?
— Да, — Вика кивнула, — у тебя остался ещё целый день.
— Пожалуй, я воспользуюсь своим правом прямо сейчас.
Потная футболка и брюки из «Бункера» в пять секунд улетели на пол.
— Но, это, — начала было Вика.
В два шага Юрий подскочил к жене, крепко обнял её и впился губами в полураскрытые губы. О-о-о! Расчёт более чем верный. Даже сквозь ткань он почувствовал, как соски Вики напряглись. То, что произошло, на ссору никак не тянет. Однако понервничать жёнушке всё равно пришлось. И буквально только что её отпустило. Пока Вика максимально податлива, нужно ловить момент.
Пуговицы на домашней рубашке Вики расстегнулись едва ли не сами. Она лишь прислонилась к стене, когда Юрий стянул с неё штаны вместе с трусами. Последним на пол шлёпнулся белый лифчик. Юрий легко подхватил любимую женщину и ловко унёс прямо в душ. Грех не воспользоваться, заодно можно будет и помыться.
Глава 14. Плебейская косточка
Дань традиции на все сто. И у кого только хватило ума такое придумать? Юрий неловко повертел в правой руке самую обычную шариковую ручку. Не то, что он не умеет писать. Нет, умеет, даже неплохо умеет. Белый лист в полоску более чем на половину покрыт более чем разборчивыми строчками, цифрами и формулами. Особой практической надобности в этом архаичном навыке не имеется. Если только зачёты и экзамены сдавать. Чем, собственно, в данный момент он и занят.
Классная комната с виду самая что ни на есть обычная. Просторная и высокая, четыре ряда парт по десятку в каждом влезли в неё без всяких проблем. Квадратные светильники под потолком не горят, но в них и нет никакой надобности. Снаружи яркий солнечный день. Вон, Юрий на миг склонил голову на бок, если бы не специальное покрытие на стёклах, то в классе было бы ослепительно светло и жарко. А так и не жарко, и кондиционер у задней стены тихо гудит.
Четыре десятка мужчин и женщин от тридцати до шестидесяти лет в глубокой задумчивости склонили головы над партами из металла и пластика. Впереди, за основательным письменным столом, сидит экзаменатор Новосибирского института дистанционного обучения, строгая женщина в чёрном платье лет пятидесяти. Ещё одна, несколько более молодая и не такая строгая, сидит рядом и откровенно смотрит в смартфон. Судя по её глазам, она читает что-то жутко интересное и увлекательное.
Юрий шмыгнул носом, хорошо им. Что в классе есть два экзаменатора, что их нет — никакой разницы. Однако эмоции, один хрен, рвут душу на части словно дикие тигры в джунглях Индии. Хотя, спрашивается, с чего это он так разволновался? Зря, что ли, учился, готовился? Конечно не зря. Но! С кончика носа соскользнула капелька пота, Юрий едва успел отдёрнуть бумажный лист в сторону. Нервы, нервы, всё нервы проклятые. Экзамен, как-никак. Очень важный, понимаешь.
Да и трудно не сходить с ума, когда нервным напряжение буквально пропитан воздух в классе. И мужчины, и женщины, и молодые, и старые точно так же нервно бросают взгляды на экзаменаторов. Шелест шариковых ручек чем-то напоминает шипение удивлённых змей. Вот, Юрий на миг плотнее сжал пальцами примитивное приспособление для письма, и зачем, спрашивается, было всех собирать в одну кучу? Ведь могли, вполне могли, ради серьёзного экзамена развести всех по отдельным кабинетам и комнатам. Могли, но руководство новосибирского института делать этого так не стало.
Шпоры, или иные нечестные способы схалтурить, здесь не помогут в принципе. Глаза уставились в соседний лист с отпечатанными вопросами. Надо сосредоточиться, однако строчки, один хрен, то и дело скачут перед глазами. Всё равно надо. И ручкой, шариковой, по бумаге, тоже надо.
Последний вопрос. Последний ответ. Финальная точка. Готово! Юрий откинулся на спинку стула. Какое облегчение. Пять листов накатал. Кажется, будто вместе с выдыхаемым воздухом с головы и с плеч свалились свинцовые плиты. Такие огромные и жутко тяжёлые.
Но! Но! Но! Тихая радость в момент сменилась на ещё более тихий ужас. Руки судорожно подхватили стопку листов. Пока ещё есть время, пока ещё есть такая возможность, можно и нужно проверить заново, всё заново. И, Юрий поднял глаза, начать надо с «шапки», с самого первого листа. Времени жутко мало, хотя сперва казалось, будто два часа — это очень много.
Государственный экзамен. Страшные и ужасные госы! Нервная волна скатилась по плечам и позвоночнику. Самая последняя письменная часть. Как раз по этой причине, в некотором смысле, она самая сложная. Юрий нервно, но аккуратно, отложил первый лист в сторону.
Недаром говорят, что всё познаётся в сравнении. Устный экзамен — ерунда. Беседовать с экзаменатором легко, даже приятно. А тут… Смартфона нет, полноценного компьютера тем более нет, доступа в Интернет тем паче нет и быть не должно. Всё, что есть, так это листы бумаги, карандаш и шариковая ручка.
Когда Юрий в первый раз узнал, как и каким образом ему придётся сдавать финальный экзамен, то впал в тихий ужас. К счастью, Влада Силуяновна, куратор от Новосибирского института дистанционного обучения,
