у врат «консьержу»:
— Ты к «Кормчему», милок?
— Ну, а к кому ещё? До вашей «Богородицы» мне дела нет.
— Тогда следуй за мной след в след и поменьше по сторонам зыркай.
Однако, как в такой ситуации не «зыркать»? Стараюсь смотреть только под ноги, но нет-нет — да и оглядываюсь по сторонам…
Ну, что ж надо отдать скопцам должное — опрятненько, весьма и весьма опрятненько.
Пока в сопровождении «белого», но старого «голубя» шёл через лабиринт комнат, повстречал пару укутанных по брови в платки баб — без всяких признаков сисек на положенном им месте. У скопцов «обелялись» и женщины, для этого им отрезали груди, половые губы и клитор. Правда за неимением соответствующей технологии, до удаления «главного» — дело не доходило и, стало быть — иметь секас и рожать, бабы-скопчихи вполне могли.
Конечно, если находился «жеребчик» согласный на такую залезть. Меня лично — даже палкой бы не загнали.
Встретилась по пути и пара совсем молодых скопцов — «подрастающее поколение», так сказать.
Откель они, спросите?
Век, или даже полтора века назад — в скопцы часто заманивали не совсем честными способами: посулами дать денег в кредит, искусственно загоняя в долговую кабалу, обещаниями выкупить из крепостной неволи… Это — кроме религиозной составляющей, конечно. Нередко было и насильственное «обращение» — в основном малолетних родственников или взятых из приютов сирот.
Насколько мне известно — ныне эти методы далеко в прошлом, хотя на себе проверять так ли это — почему-то не хочется.
Современные российские евнухи размножались тоже не почкованием, а вполне «традиционно». К этому времени, они отточили поразительную способность воздействовать на людей словом, зачастую применяя знакомую мне по моему времени технологию «промывки мозгов». Главы общин широко использовали молодых, привлекательных девушек для привлечения в общину парней. Образовавшейся семье, «кормчие» помогали материально, способствовали обзаведением жильём, своим делом и, так далее. Поступившей в секту молодой паре, не сразу отчекрыживали органы — отвечающие за репродуктивную деятельность, а сперва дав воспроизвестись в паре экземпляров.
Кажется так, но не совсем уверен — поэтому боюсь-трясусь больше, чем когда в первый раз попал к нижегородскому мафиози по прозвищу Ксавер. Тот, в конце концов — стал мне очень хорошим деловым партнёром, может и эти последуют его примеру?
Слегка паникую:
«Что за мысли?…Неужели вербально научились воздействовать? Неужели, начинает действовать⁈».
Грандиозным усилием воли беру себя в руки.
* * *
Наконец, вхожу в большую «светлицу» — посреди которой стоит большой, покрытый скатертью стол с сияющими медными боками пузатым тульским самоваром, фарфоровыми тарелочками, блюдечками, серебряными ложечками и всем прочим, положенным находиться при самоваре. За столом сидит шестеро… Эээ… Граждан «среднего» пола, скажем так.
Как и у встреченного первым «консьержа» — какие-то древне-старомодные, но чисто-опрятные сюртуки, одутловато-рыхловатые лица без признаков усов и бород, гладкая кожа подозрительно мертвенно-желтоватого цвета. Ни лоска на волосах, ни блеска в глазах — всё как будто безжизненно.
Почему? Всего лишь от лишения возможности совокупляться? Кастрированный кот моего соседа, такого впечатления не производил.
Хотя…
Должно быть — им каких-то витаминов или питательных веществ не хватает. Ведь, скопцы не только не «шалят» с бабами, иль положим — спиртного не употребляют, но и мяса не едят.
Византийский стратег Нарсес, тоже такого впечатления не производил. По описанию современника, он:
«… Был низкого роста, сухощав. Будучи уже стариком 78 лет, Нарсес всё же обладал крепким здоровьем и был настолько силён физически, что вёл за собой солдат и лично принимал участие в сражении».
Захожу, слегка кланяюсь висящим в углу копчённым иконам, затем присутствующим и, нарочито громко:
— Здравствуйте, добрые люди!
Чтоб услышал Гусар, понял — где я нахожусь и, в случае чего — не оплошал с гранатой.
Рисунок 42. Ритуальное чаепитие сектантов-скопцов.
Но больше надеюсь, что эти люди — действительно добрые и, обойдёмся без проверки изобретения вредителя Рдултовского на работоспособность…
При виде меня встают и тоже — поклонившись женоподобным телом, один из них — самый старший по возрасту, одетый более «притязательно» и, с уверенно-повелительным взглядом:
— И тебе не хворать, добр человек.
Я так понимаю, это и есть — «кормчий» этого «корабля». По голосу — вроде мужик, как мужик, но… Протягивает руку, пожимаю её… Целая гамма чувств: кожа мягка, вяла и холодна — но в тоже время тонка и подвижна и, кажется — в любой момент готова сползти с костей.
БББРРРР!!!
Понимающе улыбнувшись, как будто прочитав мои чувства на лице, старший скопец делает приглашающий жест:
— Садись, почаевничай с нами…
«ХУ…ЮШКИ!!!».
Как знаю из «послезнания» — все их «радения» именно с «чаепития» и начинаются. Кроме того, ими широко применяются всевозможные одурманивающие вещества на основе растительных ядов. Чайку попил и, наутро вместо хера меж ног — очнулся с отчекрыженной «погремушкой» в нагрудном кармане парадного френча.
Нет, уж!
Да к тому же, от горячего чая — могут усы отвалиться. Вот, хохма была бы, как в «Бриллиантовой руке»:
' — У Вас ус отклеился.
— Спасибо!'.
Категорически-жёстко заявляю:
— Извините, уважаемые — но я сюда послан не чаи с вами гонять, а вести переговоры…
Смотрят на меня как-то по-особенному. Ведь, если забыл сказать: я одет и «накрашен» так, что глядя на меня каждый скажет:
«Это — адъютант».
И не просто «адъютант», а:
«Адъютант Его Высокопревосходительства»!
Шик и лоск, короче и портфель из крокодильей кожи. Ну и во взгляде — гордость высокопоставленного холуя своим могущественным хозяином, доверившим такое важное задание — куда же без неё.
Дружно уставились на мой аглицкий портфель — как на новые ворота, а я ещё больше нагоняю жути:
— … Переговоры на ВЫСШЕМ(!!!) уровне.
Кормчий¸ почему-то нервно подмигивая:
— Садись тогда, в ногах правды нет…
Опасливо кошусь на предложенную мне табуретку: приходилось читать, что сей незатейливый предмет у них — с откидывающимся «люком». Сидишь, беседуешь с скопцами об догматах и постулатах веры и, ни о чем не подозреваешь…
Вдруг, люк открывается и, «бжжжик»!
И ты уже не мужик, а… Хм, гкхм… Что-то непонятное — вроде этих.
Снизу — «чик» специальным ножичком и, ты уже один из них. Конечно, попсиховал сперва, побесился, погрозился подать на них в суд — где впаяют по пятнадцать суток за хулиганство, и…
Свыкся!
Вполне возможно, всё это — «городские легенды», вполне даже возможно.
Но проверять на себе — почему-то не хочется.
Так же, безапелляционно:
—
