Оформить этот опыт во внешнеполитическую доктрину сумел пятый американский президент Джеймс Монро (18171825). Продолжив традицию мирного присоединения новых земель, заложенную Джефферсоном, президент в 1819 г. способствовал выделению конгрессом 5 млн долларов для выкупа всей Флориды у Испании. Утвердив свои позиции в Мексиканском заливе, США расширили морскую границу и укрепили безопасность на южных рубежах. Череда национально-освободительных революций в Южной Америке, между тем, крайне обеспокоила членов Священного союза, которые на Веронском конгрессе 1822 г. обсуждали возможность интервенции для подавления восстаний и возобновления контроля Испании над колониями. Английский министр иностранных дел Джордж Каннинг пытался опереться на США в организации совместного выступления, что неминуемо усилило бы британское влияние в регионе.
Однако с подачи госсекретаря Джона Куинси Адамса президент Монро отклонил такую возможность и в декабре 1823 г. в президентском послании конгрессу выступил с идеей «Америка для американцев», оказавшей влияние на всю последующую историю внешней политики. Суть «доктрины Монро» сводилась к следующему. США признают легитимными все фактически существующие в Европе правительства и поэтому воздерживаются от вмешательства в их суверенные внутренние дела, требуя того же от европейцев. Осуждались все попытки новой колонизации стран обоих американских континентов. США признавали их право на анти-колониальную борьбу, через которую прошли сами, но оставляли за собой возможность препятствовать переходу сохранившихся европейских владений к другой неамериканской стране, поскольку это могло породить угрозу их собственной безопасности. Из всего этого следовало, что США расценивают любое возможное вмешательство европейцев в дела стран американского континента, как посягательство на свою независимость и будут готовы дать надлежащий отпор.
Практическое воплощение «доктрины Монро» подразумевало внесение ясности в ряд пограничных споров. Признав молодые республики Латинской Америки, США заключили первый русско-американский пограничный договор 1824 г. (пойдя на взаимные уступки, стороны признали линию по 54 градусам 4 минутам северной широты). Спорными продолжали оставаться северо-восточные границы с Англией и область Орегона. Территориальные споры с Англией по поводу Орегона были урегулированы к 1846 г. Большая часть территории была закреплена за США.
На протяжении последующего десятилетия больше не приходилось конфликтовать с европейскими державами по поводу территорий. Главными в европейской политике США были вопросы торговых тарифов. Они имели прямой выход на внутриполитическую борьбу, поскольку затрагивали интересы значительных слоев избирателей. При президенте Джексоне был ликвидирован государственный долг, что открыло возможности для привлечения новых европейских инвестиций.
«Доктрина Монро» вдохновляла сторонников экспансии. Экстенсивное плантационное земледелие требовало расширения посевных площадей. Рабовладельческие штаты Юга были заинтересованы в землях Техаса, принадлежавших соседней Мексике. Самовольно разбив там незаконные плантации, южане провели через Конгресс предложение о выкупе за бесценок захваченных земель. Получив отказ Мексики, они оказали в 1836 г. вооруженное сопротивление мексиканским войскам и объявили Техас независимой рабовладельческой республикой, потребовав его приема в состав США, что увеличило бы количество плантаторских штатов, закрепило преобладание южан в Сенате. Решение об аннексии Техаса Конгресс вынес в 1845 г. когда в Белый дом пришел президент от Демократической партии Джеймс Нокс Полк (1845–1849) – сторонник рабовладения и приверженец экспансионистских идей.
Война с Мексикой (1846–1848) принесла Соединенным Штатам не только весь Техас, но и все земли к северу от реки Рио-Гранде, Новую Мексику и Северную Калифорнию, переданные согласно мирному договору 1848 г. в счет компенсации в 15 млн долларов. В декабре 1853 г. по новому американо-мексиканскому договору с диктатором Санта-Анной США, заплатив 10 млн долларов, дополнительно приобрели территории к югу от Новой Мексики (в 1854 г. США пытались вынудить Испанию продать остров Куба). В общей сложности, война стоила Мексике более половины ее территории.
Покровительственное и порой бесцеремонное обращение с латиноамериканскими республиками получало в устах американских политиков множество оправданий, главные из которых сводились к предоставлению Соединенными Штатами защиты от куда более жестоких европейских колонизаторов, к избавлению от диктаторов, попиравших интересы народа, к предоставлению возможностей быстрого экономического развития и др.
Получив выход к Тихому океану, США активизировали экспансию в Восточной Азии. В 1844 г. был заключен неравноправный торговый договор с Китаем, получены привилегии в торговле и предпринимательской деятельности на его территории. В 1854 г. возглавлявший американскую эскадру Мэтью Пери, навязал такой же несправедливый договор Японии, прервав вековой режим ее самоизоляции.
Соединенные Штаты рано оценили стратегические возможности строительства судоходного канала между Тихим и Атлантическим океанами. Они вынуждены были согласовывать свои планы с Англией и в 1850 г. заключили специальный договор Клейтона-Бульвера. Уже через пять лет был реализован проект строительства железной дороги через Панамский перешеек, что значительно ускорило переброску грузов при освоении Дальнего Запада.
Первая половина столетия после завоевания независимости стала определяющей при формировании внешнеполитической традиции молодого государства. Вынеся ценный опыт из ряда внешнеполитических неудач, США стали выстраивать свою внешнюю политику как долгосрочную, сохраняющую преемственность и в главном не подверженную политической конъюнктуре. Любая политическая сила, оказавшись у власти, направляла главные усилия на обеспечение безопасности страны, решая пограничные и тарифные вопросы и стремясь оттеснить европейских конкурентов как можно дальше от своих границ, значительная часть которых стала проходить по морю. Безграничный прагматизм, ставший главной чертой американской внешней политики, подразумевал сохранение свободы действий, дистанцирование от соперничества европейских коалиций, ровные отношения со всеми участниками международных отношений, включение в многосторонние экономические проекты, которые могли быть выгодны крупным американским собственникам или содействовали росту влияния США. «Доктрина Монро», ставшая «визитной карточкой» американцев на мировой арене, вопреки их стремлению, так и не получила поддержки в международном праве, но в американском обществе «легитимизировала», венчала аргументацией целый ряд экспансионистских концепций, пользовавшихся широкой популярностью.
Экономическое развитие
Основой экономики США на протяжении первой половины XIX в. оставалось сельское хозяйство. В начале столетия в сельской местности проживало более 80 % населения страны, большей частью – свободные независимые фермеры и наемные работники. От роста их количества зависел успех освоения новых земель, расширения территории страны и темпы развития экономики. В свою очередь, наличие незанятых земель и богатых природных ресурсов (в том числе залежи золота, руд и угля), гарантии свободного предпринимательства, отсутствие сословных ограничений продолжали привлекать в Америку выходцев из перенаселенных стран Старого Света. За счет переселенцев из Западной и Северной Европы численность населения США выросла за годы независимости почти в шесть раз и достигла к середине XIX столетия 23 млн человек. Рост населения и скопление свободной рабочей силы в портах восточного побережья способствовали укрупнению таких городов, как Нью-Йорк, Бостон, Филадельфия и др. Это не изменило того факта, что аграрная экономика в первой половине XIX в. оказывала определяющее влияние на социально-политические процессы в обществе, а стремительный рост числа новых мелких собственников, энергично выражавших свои интересы, влиял на политику правительства.
Рост промышленности, базировавшийся на европейских инвестициях и притоке квалифицированной рабочей силы из развитых стран Европы, способствовал постепенному вытеснению мануфактурного капитализма промышленным и дополнительно стимулировал урбанизацию, темпы которой на протяжении четырех десятилетий перед гражданской войной были самыми высокими в американской истории. К началу гражданской войны около 35 % населения проживало в городах, более десятка из которых превратились в крупные центры с населением свыше 100 тыс. человек.
На 1820-1860-е годы пришлась вторая, после обретения независимости, либерально-демократическая трансформация американского общества. В экономике она совпала с промышленным переворотом. Города северных и северо-восточных штатов, где был сосредоточен крупный капитал, базировался торговый флот, находились судоверфи и рыболовецкие предприятия постепенно становились центрами фабрично-заводского производства. Ведущая роль принадлежала там текстильной промышленности, которая использовала выращенный на Юге хлопок и развивалась столь стремительно, что выпуск тканей за два десятилетия вырос в несколько десятков раз. Это произошло благодаря изобретению механических станков по переработке хлопка, выделке из него пряжи и производству ткани. К середине столетия недорогой американский текстиль успешно конкурировал с английским на рынках стран Латинской Америки и Тихоокеанского бассейна.
