приобретают глобальный характер.
12. «Люди чаще боятся начала, а не конца».
– Начало – новое, а конец – стар. Над новым нужно трудиться смыслу, а с концом истина уходит сама, особенно, если она слабо обусловлена ментальностью.
13. «В конце заложен смысл начала, поэтому, начиная, подумай о конце».
– Смысл как процесс развития процесса можно рассматривать как ментальный глобализм. А он в виде ментальности связывает через истину смысл и сущность. Ведь истина должна откуда-то браться? Из чувств, но с их осмыслением в ментальности.
14. «Мотив что кошка: без интереса мяукнет и убежит».
– Мотив и интерес как внешнее и внутреннее существование в диалектической связке. Это значит, что ментальность должна их связывать истиной, иначе теряется всякий интерес ментальности к действиям. Так социетальный глобализм замыкается на ментальном глобализме.
15. «Говорят, что некоторые люди читают мысли? Мы их постоянно читаем».
– Что означает «чтение мыслей»? Свои мысли имеем постоянно, чужие – чтобы их увидеть, нужно ментально связать их с истиной. Если истина при этом находится в чужом тумане, можно видеть лишь некоторые контуры.
16. «Универсальность человека в том, что он неуникален, а потому доступен».
– Человек – открытая система сил и направленностей, открытость не может быть уникальной, поскольку доступна всем. Истина, как связь смысла и сущности, так же не может быть закрытой, поскольку ее захватывает ментальность.
17. «Правда что дышло – сколько ее крутят, а она все равно выходит боком».
– Правда конвенциальна, уже в этом видится связь истины с ментальностью. Без ментальности истина уходит вглубь субъективности, особенно в материальную ее «часть».
18. «Критик не может обходиться без критикуемого, как болезнь без организма. Но и организм сам не может обходиться без болезни».
– Под болезнью нужно понимать искажения субъективного глобализма в ходе ментального глобализма. Более конкретно: когда ментальность отходит от истины, сама истина подстегивает дух.
19. «Радости приходят во время нерадости, особенно после еды».
– Истина как связь сущности и смысла действует через ментальность. Но ей необходима стимуляция: объективная направленность на созидание общечеловеческих ценностей от сообщества.
20. «Нужно учиться учится, чтобы успеть к разбору жизни. В противном случае нужно научиться неучиться, тогда поспеешь для нежизни».
– Ментальный глобализм подразумевает постоянную активность разума – ей необходимо все новое и новое. Чтобы его осмыслить, необходимо умение это делать. Самообразование есть ментальность истины, без него не бывает существования.
21. «Научиться можно только через радость, иначе: учишься, но не научишься».
– Ментальность, как среда субъективного должна контролировать подход к истине и развивать ее. Иначе, действительно, можно учиться, но никогда не научиться.
22. «Вежливость – не привычка королей, а необходимое средство общения».
– Ментальность в виде смысла преследует истину, и наоборот, поскольку они сосуществуют в диалектической целостности. Если же истина в вежливости, тогда нужно наводить эту ментальность истины на общение.
23. «Успокой мир, прежде чем успокоится самому».
– Ментальность истины должна отражать уклад сообщества. Нет необходимости ставить вопрос: кто должен действовать первым. Конечно, человек как феноноумен.
24. «Завышенная планка чаще всего мешает человечности. Заниженная планка вовсе не дает увидеть человечность».
– Человечность – важнейший элемент ментальности истины. Они должны иметь пределы существования, которые устанавливают общечеловеческие ценности в ходе социетальной глобализации. Вне этих пределов, происходят искажения ментального и социетального глобализма.
25. «Судьба дается человеку для того, чтобы он не переусердствовал с разумом».
– Ментальность как сила разума находит истину, но при этом остается необходимость появления случайного, как это обычно происходит в ходе материализации, которая ограничивает развитие истины.
26. «Истинно то, что может развиваться. Развиваться можно лишь в поиске. Человек без поиска неистинный».
– Ментальность как процесс мироздания не может не развиваться и не развивать истину в вечном поиске.
27. «Мотивы проявляются, когда человек становится».
– Всякий опыт не должен отрываться от его осмысления – они тождественны в своем соразвитии. Становление человека как ментальности истины происходит через интерес, который приобретается им при усвоении мотива.
28. «Правда на то и правда, чтобы давать кривду. Абсолютная правда, что может быть иллюзорнее?»
– Ментальность истины – не абсолют, который не может существовать. Правда от общества еще не истина, а кривда; для обретения статуса истинности, необходима ее связь с ментальностью.
29. «Читать мысли можно лишь тогда, когда сам становишься мыслью».
– Подобное управляется подобным – так же, как истина управляется ментальностью. Но ментальность как социальная категория не может отрываться от общества с ее истиной.
30. «Человек становится добрым, когда сам переполняется добротой».
– Направленность ментальности на глобализацию позволяет ей проникнуть в истинное: доброта может быть и должна быть только добротой.
31. Как избавится от зависти? Очень просто: нужно завидовать себе».
– Ментальное, как осознание, связано тесными узами с так называемым «категорическим императивом» Иммануила Канта, согласно которому нравственные пороки должны изгоняться извне вовнутрь.
32. «В друзьях человек находит не себя, а путь к себе».
– Процесс мироздания это ментальность истины – тот путь, который человек находит в друзьях.
33. «Говорят, как аукнется, так и откликнется? Может быть, лучше сначала откликнуться, а уж потом аукать?»
– Диалектика ментальности истины такова, что в ней нет начала, а конец не аукает.
34. «Придумай хорошее слово, тогда не будешь делать плохое. Было бы хорошее слово, а автор найдется».
– Доброе хорошее от ментальности обязательно имеет истинное лицо в виде материальных действий. Автор хорошего слова должен быть в лице сообщества с его общечеловеческими ценностями.
35. «Человек старается показаться в лучшем виде? Не лучше ли лучший вид показать?»
– Ментальность истины в социальном пространстве не оперирует понятием «казаться», ей много ближе действие – показать истинное лицо.
36. «Если люди ссорятся, то это вовсе не означает, что они злые люди. Просто они не хотят возвыситься над собой».
– Ментальность диктует определенность поступков личности и доводит их до истинного процесса – до того, «что должно быть». А должна быть не злость, а доброта, которая возвышает человека даже в условиях социетального глобализма. Это мы видим у Федора Достоевского в его легенде о «Великом Инквизиторе».
37. «Человек обычно не знает, где найти лучшее, но он в поиске узнает направление пути, которое может привести к нужному».
– Ментальный глобализм призван развивать сущность человека, а не рвать его кризисами, отдаляя от истины и смыслов. Именно он дает направление к ним.
38. «Как стать счастливым? Очень просто: быть им».
– Истина не может обходиться без ментальности. Счастье в том, чтобы сделать их тождественными, то есть, стать тем, чем должны быть.
39. Бороться нужно не со злом и причинами, его породившими, а со счастьем, которое
