Читаем без скачивания Фантастика 2000 - Сборник

А. Громов дебютировал повестями “Такой же, как вы” и “Наработка на отказ”, которые сразу были замечены. Этими произведениями автор возродил традиции социально-психологической фантастики, к середине девяностых годов уже основательно забытые. Написанный же чуть позже роман “Мягкая посадка” (“Интерпресскон-97”) вообще кажется подписанным фамилией Громов лишь по недоразумению, настолько по стилю и подаче материала он напоминает манеру А. и Б. Стругацких, при этом являясь совершенно самостоятельным произведением. Однако этика Стругацких и Громова существенно отличаются. Если Стругацкие проповедуют социальную толерантность, то Громов в “Мягкой посадке” и более позднем ее приквеле “Год Лемминга” так моделирует ситуацию, что принятые в современном обществе такие этические нормы, как гуманизм и терпимость, приводят к уничтожению homo sapiens как вида.

При этом вопрос поставлен настолько остро, что при обсуждении дилогии в околофантастических кругах доходило до обвинения автора чуть ли не в фашизме.

Не менее ярко дебютировали харьковчане Д. Громов и О. Ладыженский, скрывающиеся под псевдонимом Г. Л. Олди. Романы и повести, составившие цикл “Бездна голодных глаз”, формально написанные в жанре фэнтези, обладают такой глубокой многослойностью, несут в себе такое количество скрытых пластов восприятия, содержат такое количество цитат и литературных комплиментов, какое сделало бы честь и букеровскому номинанту. Вышедшие же в 1996 году один за другим “Путь меча” и “Герой должен быть один” выдвинули Г. Л. Олди в первую десятку ныне пишущих фантастов. Однако последующие многочисленные романы, умные и выверенные, но академичные и холодные, не стали новым словом в их творчестве.

Возможно, это связано с большой общественной активностью авторов - известных пропагандистов фантастики, организаторов конвентов и литературных агентов. Ведь не секрет, что именно с подачи Г. Л. Олди в фантастику пришла целая группа авторов: А. Дашков, А. Валентинов, А. Корепанов, В. Панченко, Ф. Чешко, Е. Манова и др.

Ничто не предвещало появления на небосводе нашей фантастики ослепительной сверхновой звезды - дуэта Марины и Сергея Дяченко. Первые их книги, вышедшие в Киеве в 1995 и 1996 годах, были встречены довольно сдержанно. Однако появление в 1997 году романа “Шрам” полностью перевернуло представление об авторах. Поединок главного героя книги Эгерта Солля с самим собой, преодоление им наложенного заклятия, ситуация выбора, в которую ставят своего персонажа авторы, доказали многим, что в жанре фэнтези можно написать тонкую, умную притчу о смысле человеческого существования. Вслед за “Шрамом” последовали “Скрут” (1997 г.), “Ведьмин век” (1997 г.) и “Пещера” (1998 г.), причем каждый следующий роман был написан лучше предыдущего. Авторы за короткий промежуток времени проделали огромный путь от достаточно легковесной фэнтези дебютного “Привратника” до постановки серьезных социальнопсихологических проблем в сильной и глубокой “Пещере”.

К концу 1997 года всё чаще стали раздаваться голоса о новом кризисе в российской фантастике. Мол, читатели устали от россыпи ярких обложек на лотках и в магазинах, а писатели якобы не имеют сил и возможности вырваться из порочного круга навязываемых издателями стереотипов. Однако при серьезном анализе возникшие проблемы оказались лишь проблемами издателей, не желавших вкладывать деньга в сеть распространения и перегрузивших рынок второсортным товаром. Книги же действительно достойных авторов читатель как всегда ожидал с нетерпением и всячески голосовал за них рублем.

Эдуард Геворкян рискнул создать многоплановый роман “Времена негодяев” (“Бронзовая улитка-96”) об обрушившемся на мир после глобальной катастрофы новом средневековье.

Андрей Лазарчук наконец увидел изданным свой гиперроман “Опоздавшие к лету”, как будто рожденный воспаленным воображением вставшего из могилы Филиппа Дика. Не останавливаясь на достигнутом, Лазарчук являет миру сделанные в жанре альтернативной истории мозаичный “Транквиллиум” (1996 г.) и написанный на основе “Иного неба” роман “Все, способные держать оружие” (1997 г.). И наконец, вместе с М. Успенским выпускает эпатажный, хулиганский “Посмотри в глаза чудовищ” (“Интерпресскон-98”) о похождениях не расстрелянного большевиками поэта Н. Гумилева.

Евгений Лукин, продолжив процесс получения премий за свои утонченные и стилистически точные рассказы и повести “Там, за Ахероном” (“Интерпресскон-96”, “Бронзовая улитка-96”), “Словесники”- (“Интерпресскон-97”, “Странник-97”), “Гений Кувалды” (“Странник-98”), достиг своей второй вершины, сравнимой лишь с блестящими “Миссионерами”, ярким и остроумным романом “Катали мы ваше солнце” (1998 г.).

Серьезным событием современной фантастики стал роман Б. Штерна “Эфиоп” (“Бронзовая улитка-98”, “Странник-98”), написанный в настолько странной манере, что его, пожалуй, и сравнить-то не с чем. Характер новаций, внесенных Штерном в структуру повествования, совершенно уникален для нашей фантастики.

Вместе с тем нельзя не сказать о том, что форма этого произведения, как, впрочем, и всей поздней прозы писателя, явно превалирует над ее содержанием.

Одним из лидеров нынешней российской фантастики безусловно является Сергей Лукьяненко. Трилогией “Лорд с планеты Земля” (1994-1995 гг.) и дилогией “Императоры иллюзий” (1996 г.) автор убедительно доказал, что космическая опера может представлять собой неНуолько приключения тела, но приключения духа. Выпустив втюнце 1996 года самый свой, пожалуй, неожиданный роман-притчу “о тех, кто не нашел ответа”, - “Осенние визиты”, Сергей вплотную приступил к разработке своей главной темы - темы свободы. И если в “Лабиринте отражений” (1997 г.) неограниченную свободу представляет виртуальность, то в дилогии “Звездная тень” (1998 г.) русский пилот Петр Хрумов находит в космосе сообщество Тени, в котором идеи свободы доведены до абсолютизма. Вот только хороша ли она, полная свобода? Ответ на этот вопрос каждый должен дать самостоятельно. В начале следующего, 1998 года, у Лукьяненко выходит очень серьезный роман: “Холодные берега”, написанный в жанре альтернативной истории. Вообще Сергей реализует свои замыслы в самых широких рамках фантастической литературы: от фэнтези до киберпанка. Такое жанровое разнообразие, возможно, продиктовано тем, что С. Лукьяненко пришел в литературу из фэндома. И это не единичный пример. Так, сейчас вполне успешно работают А. Легостаев, А. Свиридов, С. Щеглов, В. Васильев, чьи романы “Клинки” (1996 г.), “Абордаж в киберспейсе” (1997 г.) и “Охота на дикие грузовики” (1998 г.) вызвали широкий интерес.

Рассказ о первых десяти годах российской фантастики будет неполным, если не упомянуть нашумевший роман С. Витицкого “Поиск предназначения, или Двадцать седьмая теорема этики” (“Интерпресскон-96”, “Странник-96”), изысканные мистификации В. Пелевина “Омон Ра” (“Интерпресскон-93”) и “Чапаев и пустота” (“Странник-97”), великолепную повесть Л. Вершинина “Первый год республики” (“Странник-97”), удивительно ровный и сильный сериал о Тропе Ю. Брайдера и Н. Чадовича, девятитомный суперроман “Око Силы” А. Валентинова, посвященный альтернативной истории России, а также поразительная популярность эскапистских опусов Макса Фрая.