году в Терской области насчитывалось 230 учебных заведений и 7498 учащихся (6028 мужчин, 1470 женщин). Одно учебное заведение приходилось на 2500 жителей, 1 учащийся на 76 человек, 30 % учащихся составляли горцы[2348]. В 1884 году число учащихся выросло до 8447 человек, из которых 765 было лютеран и всего 294 мусульманина[2349].
Ещё древние мудрецы замечали: «Мир управляется из детской: ибо воспитание гражданина начинается с детской, чтобы продолжиться в школе и завершиться в академии». Понимание этой аксиомы пришло к кавказскому руководству только в начале XX века, когда появилась программа введения всеобщего обязательного начального обучения[2350]. В конце XIX века безграмотность была почти поголовной.
Из отчёта начальника Терской области за 1870 год мы узнаём, что 1/3 всего числа офицеров (32, 7 %) не проходила курса обучения ни в каком учебном заведении. Только 1.6 % офицеров обучались в высших учебных заведениях. А ведь офицеры составляли элиту страны, самый привилегированный её слой. Что же говорить о более обездоленных её гражданах, не имевших возможность позволить себе платное обучение детей?[2351] Вопрос, волновавший умы всех педагогов на рубеже XIX и XX веков— достижение всеобщего обязательного начального обучения — упирался главным образом в коренные различия просветительных систем центральных и окраинных территорий страны. Русское просвещение, русская школа частью населения воспринималась как инородное тело, как прямое покушение на национальную культуру. Зачастую это происходило из-за вытеснения национального языка из сферы обучения. Однако, вскоре, с развитием торговли, экономики, где знание русского языка было крайне необходимо для успешной жизнедеятельности, многие горцы стали осознавать необходимость обучения своих детей в светских русских школах. Однако мест для всех желающих обучаться стало очень не хватать. Государство в течение второй половины XIX века пыталось найти пути развития просвещения, но только к началу XX века наметились небольшие сдвиги в этом направлении[2352]. 28 октября 1902 года состоялось заседание Терского областного комитета, на котором его Председатель и члены комитета высказались за необходимость введения обязательного всеобщего образования, что должно было привести к улучшению экономического состояния области. Было высказано пожелание привлечь к всеобщему обучению и мужское и женское население, однако по материальным соображениям ограничились только программой обучения мальчиков.
По статистическим сведениям, в Терской области из общего числа коренного населения, 10 % т. е. 26 875 человек (1902) были дети школьного возраста. Если рассчитывать каждую школу не более чем на 50 человек, в области потребовалось бы построить 537 школьных зданий. Для всего населения Терской области расход правительства выразился бы в 949 000 рублей единовременно и 459 500 рублей ежегодно. Комитет, предполагая, что гос. казна не сможет выделить такие деньги, предложил ввести специальный школьный годовой налог, по 1 рублю на каждого мужчину, проживавшего в Терской области[2353].
Терский областной комитет постановил:
1) введение в Терской области обязательного начального обучения детей мужского пола в возрасте от 8 до 14 лет;
2) устройство и содержание всех начальных училищ принять на счёт государства путём прямого, косвенного сбора;
3) продолжительность курса обучения детей— 4 года[2354].
В начале XX века правительство даже назначило премию в размере 25 рублей (для того времени весьма значительную) тем родителям, которые будут отдавать детей в учебные заведения[2355].
После завершения Кавказской войны для распространения образования среди горского населения учреждались так называемые «горские школы»[2356]. Таких школ было всего 5: в Нальчике, Грозном, Назране, Сухуме и Майкопе. При Грозненской горской школе был открыт пансион на 65 воспитанников, в числе которых для детей горцев выделялось 25 казённоштатных вакансий (5 из которых для уроженцев Аргунского округа) и 15-для детей русских чиновников[2357]. Грозненская горская школа воспитывала и обучала детей разных национальностей, в основном: русских, чеченцев, грузин, армян, евреев. В 1894 году в школе обучался осетин Цугушев Александр[2358]. По свидетельству попечителя Кавказского учебного округа в Грозненской школе случаев исключения за дурное поведение не было. В горских школах Терской области обучали огородничеству и садоводству, столярному, токарному мастерству[2359]. В Грозненской школе работала столярно-токарная мастерская, которая содержалась за счёт средств, получаемых от продажи ученических изделий. На овощи и фрукты школа также денег не тратила — они шли со школьного огорода. К1898 году учениками было высажено: 185 плодовых деревьев, 130-тутовых, 160 декоративных деревьев и 75 плодовых кустов[2360]. При Грозненской горской школе находились две библиотеки (единственные в городе): фундаментальная — хранила книги общего содержания и педагогическую литературу, ученическая — выдавала книги для детского чтения и для народа.
Многие родители хотели определить своих детей на обучение в эту школу. Так, например, в начале 1894 учебного года на 6 ученических вакансий было подано до 50 прошений. Громадный наплыв желающих учиться наблюдался в конце XIX века. Многие из детей и даже родители, после отказа, выходили из школы со слезами на глазах[2361]. Из-за отсутствия школ в родных сёлах некоторые из чеченцев приводили своих детей в станичные школы и просили научить их читать и писать по-русски и даже шли на то, чтобы их детям преподавали русский Закон Божий[2362]. В 1884 году начальник Терской области во всеподданнейшем отчёте написал о необходимости открытия новых горских школ в главных центрах проживания местного населения. Император начертал на этом отчёте «Весьма желательно». Однако для открытия учебных заведений требовалась не только добрая воля, но и немалые средства, а их казна так и не выделила[2363]. Только в 1892 году, по ходатайству Главноначальствующего гражданской частью на Кавказе генерал-адъютанта С.А. Шереметева для устранения двойственности подчинения горских школ Терской области — военному начальству и дирекции народных училищ — эти учебные заведения окончательно были переданы Министерству народного просвещения. При этом все существовавшие в этих школах казённые стипендии остались в распоряжении начальника Терской области[2364]. На основании проекта Устава горских школ, Высочайше утверждённого 20 октября 1859 года, в пансионы этих школ, на бюджетные вакансии должны были принимать детей не моложе 9 лет. Однако практика обучения показала, что это крайне неудобно, т. к. поступавшие в школу, не зная русского языка много времени тратили на его изучение и заканчивали школу в том возрасте, в котором их уже запрещалось принимать в гимнастические пансионы. Для предоставления возможности способным ученикам поступить после гимназии в высшие учебные заведения, было решено разрешить принимать горцев в школы с 8-летнего возраста[2365].
Основной формой народного образования на Северном Кавказе являлись начальные одно— и двухклассные училища Кавказского учебного округа и Министерства народного просвещения. По положению об
