Читаем без скачивания Тьма древнего леса - Александра Христова

Все эти частицы говорят о статусе их владельца в семье. Так, например, частица «ара» может принадлежать только мужчине – главе рода… ну, или супругу главы рода, если право возглавлять семью принадлежит женщине, имеющей в своем имени частицу «арэ». Да-да, у эльфов бывает и такое! Далеко за примером ходить не надо – например, глава рода высоких леишей Варрэ, о чьем приходе только что объявил церемониймейстер, имеет имя Дилиара арэ Варрэ, а ее супруг – Шерсарин ара Варрэ.

Частица «арэ» может также принадлежать и супруге главы рода. Например, моя бабуля… простите, Саилания арэ Аторре, тоже имеет в своем имени частицу «арэ», в данном случае говорящую о том, что эта эльфийка является женой главы рода Аторре – Анавариана ара Аторре.

Далее. Частица «лиир» принадлежит наследнику рода, иметь ее в своем имени может как мужчина, так и женщина. Вот такое нехитрое указание на самого ценного члена семьи… Поэтому когда случались стычки между враждующими родами, носящих частицу «лиир» старались спрятать лучше всего. Ну а как же иначе? Если пострадает глава рода – это полбеды, но если умрет наследник – что будет тогда?.. То-то и оно, что ничего хорошего, особенно если учесть паршивую эльфийскую рождаемость. Элли же пришлось усыновить меня! Не думаю, что, если бы мой приемный папочка был здоров и невредим, ему бы так просто простили подобный финт ушами…

Остальные законные, рожденные в браке дети рода имеют в своих именах частицу «лэар» – если девушки, и «ларэ» – если юноши. Эти частицы в имени сохраняются до момента вступления эльфа в брак, если с наследником рода не происходит ничего непредвиденного. Если эльф становится во главе своей собственной семьи, то тогда он может взять себе частицу «ара». Хотя младшие дети дворян так до конца своих дней и сохраняют в имени «лэар» или «ларэ». А то потом попробуй разберись, какая ветвь рода главная!

Бастарды же и приемыши стоят наособицу и имеют свои частицы для имен.

Появившиеся на свет вне брака носят в своем имени сразу две неизменяемые и одинаковые как для девушек, так и для юношей частицы: «лиэрэ» – указывает на род, который принял бастарда к себе на воспитание, и «ласс» – обозначает род второго родителя ребенка. Например, возьмем моего рыжего и наглого дядюшку. У Рая полное имя Раилиар лиэрэ Аторре ласс Лиоре – то есть бастард рода Аторре, чей второй родитель принадлежит роду Лиоре. Коротко и ясно. А вот если бы дядю на воспитание взяло семейство матери, то его бы тогда звали Раилиаром лиэрэ Лиоре ласс Аторре. Правда, был бы он при этом просто леишем, так как бастард не может иметь титул выше титула главы своего рода.

Вот такая алхимия. Без пол-литры не разберешься.

Что же касается приемышей, то тут тоже имеются свои тонкости.

Приемные дети у эльфов бывают признанными наследниками рода и нет. В зависимости от того, будет наследовать приемыш своей новой семье или нет, имеются две указующие частицы: «ли'ар» и «ли'ур». Для девушек соответственно «ли'ара» и «ли'ура».

Кстати, о птичках. Стоит ли говорить, что все эти именные частицы позволяется использовать только чистокровным эльфам? Думаю, нет. Единственное исключение – приемные дети, которыми могут стать представители любой расы, хоть гномы. Да-да, был и такой прецедент, когда один гном (как его звали, я благополучно забыл) с полным на то правом мог добавить к своему имени «ли'ур». Правда, это было более трех тысяч лет назад.

Другое дело, что практически все приемные дети – именно ли'уры. Все-таки обычно у эльфов есть свои наследники, чтобы вот так вот позволить неродному для них существу зваться ли'аром.

Так что нет ничего удивительного в том, что, когда меня объявили как высокого леиша Раалэса ли'ар Аторре (единственного приемыша во всем зале!), местные сплетники и сплетницы тут же с нескрываемым наслаждением начали перемывать мне кости. Еще бы! Такой сильный, значимый род – и вдруг объявляет своим наследником чужака. Да еще и не чистокровного эльфа и даже не полукровку, а измененного! Ох, задницей чую, что в покое меня не оставят еще долго. Да и не только меня – остальной семейке тоже достанется на орехи…

Ну-ну. Это если они рискнут подойти ко мне, всему такому вампирообразному, крылатому и страшному. Если я и сам себя сейчас боюсь, то что говорить об остальных? Как бы не прирезали в темном уголочке с перепугу… Хотя кто им позволит? Вот-вот, правильно – никто и ни за какие коврижки. Скорее в том случае, если в моем организме появятся не предусмотренные природой вентиляционные отверстия, правитель закроет глаза на кровную месть Аторре, обозленных из-за неуважения к члену их семейства. Все-таки одно дело – прибить в уголке третьего сына какого-нибудь леишани, впервые появившегося при дворе и потому не имеющего ни связей, ни какого-либо влияния, и совсем другое – причинить серьезный вред ли'ару, принадлежащему роду высоких леишей, да еще при этом являющемуся другом княжича. Уровень, понимаете ли, не тот! И последствия будут намного серьезнее, и расплачиваться придется не вирой, а кровью. Вот нужны ушастым такие проблемы? То-то и оно, что не нужны, а потому меня никто и не тронет… По крайней мере, физически. Другое дело, что меня постараются задавить авторитетом… Ничего, мы тоже не лыком шиты! И кто на кого будет давить, мы еще посмотрим!

– Леиш Рисанэ ара Тенерро! Леиши Ванниала арэ Тенерро! – в очередной раз взвыл дурниной церемониймейстер, заставив меня поморщиться от громкости звука. Дядя, приглуши динамики! Орешь ведь так, что стекла в окнах трясутся…

В зал вальяжно вплыли статные эльф с эльфийкой, надменно смотрящие на всех, словно на кучку чего-то неаппетитного. Ишь ты… Надо бы уточнить у Элли, что это за личности, раз позволяют себе так относиться к другим. Наверняка какие-нибудь местные бонзы…

Вот только кто бы мне сказал, когда начнется собственно прием? Надоело уже ушастых кобр в импровизированном террариуме считать!

– Смотри… Смотри внимательно! – Тихий, взволнованный шепот. – Да не сюда! Во-о-он на того парня. Видишь?

– Вижу. – Недоумение в мягком голосе, постепенно переходящее в неприкрытое изумление. – Погоди-ка! Это же…

– Именно! – Кивок. – А теперь посчитай-ка, сколько их всего в зале?

– Раз, два… три… Восемь! Их восемь! – Что это? Испуг? Или… ярость?

– Именно, Валь. – Медленный кивок и пристальный взгляд в зал. – Причем заклятия были наложены совсем недавно. Видишь, они словно куклы?

– У тебя есть план? – Заинтересованно вскинутая бровь.

– Да, есть. Сейчас я запущу переломную волну…

– Ты хочешь оставить от моего дворца руины?! – Тихое, злое шипение и яростный блеск глаз. – Его же по щепкам разнесет!

– Бестолочь. – Мягкий вздох. – На что тебе в зале измененный? Последствия будут завязаны только на нем. А твои ребятки, незаметные в том хаосе, который начнется, смогут повязать всех восьмерых заклятых.

– Его же покалечат! Ты что, хочешь испортить мне отношения с Аторре на корню?! – Проникновенный вой.

– Ничего с ним не случится! – Уверенный, слишком уверенный взгляд. – Он крепкий, быстрый – увернется!

– Хорошо… – Обреченный выдох. – Что станет точкой волны?

– Твое появление в зале.

– Вот не мог придумать ничего другого?!

И это называется небольшой прием? Две с половиной сотни остроухих – по головам считал, не по ушам – это скромный вечер?! Каков же тогда большой бал?!

Как-то мне нехорошо… Стоит только представить всю ту толпу, которая соберется на сегодняшнем вечере (а вы что думали: двадцать пять десятков клыкастых – все приглашенные? как бы не так!), и хочется взять крылья в когти и чесать отсюда на третьей космической. Пока пешком до родного мира не доберусь, угу.

Согласно этикету, князь должен был прийти уже после того, как все гости соберутся в зале, и потому остроухие интриганы, прибывшие на званый вечер, до поры до времени были предоставлены самим себе. И кто, как вы думаете, стал главной новостью сегодняшнего вечера? Разумеется, я!

Нет ничего удивительного, что на меня смотрели, как на диковинную зверюшку в зоопарке. Ну да, где они еще смогут увидеть такого измененного, да еще и в непосредственной близости от себя? Достаточно вспомнить, что двух одинаковых измененных быть не может по определению, как не может быть двух идентичных организмов с абсолютно схожими реакциями на всякие составы, настои, вытяжки, взвары, эликсиры и прочую дребедень. А потому меня приветствовали в полном соответствии с правилами этикета, а потом начинали беззастенчиво обсуждать. Пара особо смелых и наглых эльфиечек даже ухитрилась пощупать крылья, проверяя: а вдруг накладные? Только что зубы считать не лезли, ей-богу! Вашу мать эльфийскую, да отвалите же от меня! Агр-р-р…

От Аторре, ошарашенных таким неожиданным напором и незаметно попытавшихся собраться вокруг моего диванчика, чтобы отвлечь внимание на себя, меня благополучно отодвинули, а потому с наглыми любопытствующими приходилось справляться своими силами, которые с каждым мгновением таяли, как снег на солнце. Под конец перестали помогать даже оскаленные в приступе бессильной ярости клыки и тихое нецензурное шипение. Меня теперь просто принялись изучать издалека… Вот уж действительно, вольер в зоопарке. Хотя скорее аквариум в террариуме. Мне осталось только табличку на грудь повесить: «Раалэс. Осторожно, данный экземпляр весьма агрессивен и кусается. Близко не подходить – опасно для жизни!»