это интервью… — Карот ссутулился и сделал шаг назад. Голограмма прошла сквозь лавку напротив, застряв в текстуре. — Понимаешь, оно было еще до знакомства с тобой…
— Это должно меня волновать?! — крик Далаи утонул в негодовании водопада.
— Прости… — Карот отступил еще на шаг. — Меня так зацепила эта история… Она здорово подходила для интервью… Хочешь, я дам интервью и тебе?..
— Зацепила? Тебя зацепила эта история?! Пустоголовый, самодовольный…
Далая замолчала и сделала несколько глубоких вдохов. Прошлое не изменить. От прошлого не убежать. Всю свою жизнь Далая стремилась взять под контроль будущее.
— …Хочу пропуск в “Денорен” и эксклюзивные права на сбор материала и репортаж о Новом Оракуле.
— Дала, ты просишь невозможное! Я уже и так сболтнул лишнего. Пропуск организовать я, наверное, смогу, но…
— О, ты действительно сболтнул лишнего! Повезло, что пока о твоем секрете знаю только я. Представь, что случилось бы с твоей репутацией, если бы правда вдруг открылась. Я, все-таки, журналистка. Раскрывать правду — моя работа. Искренне, для твоего же блага, надеюсь, что с тобой моя карьера пойдет в гору.
— Ты не посмеешь… — прошептал Карот. — Если ты все расскажешь…
— То что?! Давай, подумай еще немного! Кажется, я слышу натужный скрежет шестеренок в твоей тупой башке.
Карот засопел, дыхание стало таким напряженным и громким, что смогло пробиться сквозь шум водопада. Лицо залилось краской. Ноздри расширились. На лбу проступила вена.
— Ты свободна завтра утром?.. — дрожащим голосом спросил он.
Миссия Три Дня
База Безликих.
Местоположение неизвестно.
— Какого хрена вы там устроили?! — Август выключил видео и замолчал, но внезапная тишина ударила сильнее предшествовавшего крика.
Сейчас Феликс видел ситуацию со стороны, не как участник событий, и без адреналинового коктейля в крови, без ударов обратного отсчета в ушах все выглядело ужасно.
— Вы двое — самое страшное, что когда-либо случалось с Сопротивлением. — вздохнул Август.
Красная подсветка, по всей видимости, включенная в переговорной для устрашения, навевала воспоминания. Крики. Кровь. Безвольное тело Децима. Феликс зажмурился, чтобы побороть наваждение, но образы уже просочились в голову.
— Но, сэр…
— Заткнись! Почему на всех миссиях, куда тебе отправляют, происходит какая-то херня?! — закричал магистр, и, повернув голову к Лауре, добавил: — Тебя это тоже касается! Он, по крайней мере, не убивает своих.
— Я…
— Не хочу ничего слышать. Вы двое для меня мертвы.
Голос Августа стал слабым и приглушенным. Феликс поймал себя на мысли, что задержал дыхание, чтобы не упустить ни единого шороха, грудь Лауры тоже замерла в оцепенении. Будь тихим, если хочешь, чтобы тебя услышали.
— Я думал, что объединив вас в команду, в два раза снижу сопутствующий ущерб. Чтобы избежать скрытых рисков, приставил к вам человека, выполнившего почти сотню заданий за четырнадцать лет… Твою мать! Ни одного серьезного косяка за все эти годы, но первое задание с вами, и он уже стреляет в толпу.
— Сэр, но он сам…
— Закрой рот, Феликс!
Услышав свое имя, Безликий поежился. Страх стал даже сильнее, чем во время миссии, но Феликс не понимал, боится магистра или ассоциаций, которые тот вызывает. Фел разгладил руками свою черную накидку, как делал всякий раз, когда волновался или чувствовал вину, хоть в тусклом свете переговорной в этом и не было смысла. Искать смысл в каждом поступке — прямой путь к безумию. Для Феликса эта дорога и так намного опаснее, чем для большинства.
— Думаешь то, что от ваших выстрелов никто не пострадал, как-то вас оправдывает?! Когда вы в последний раз видели рейтинги? О, я в курсе, что вас это не интересует! Вам просто нравится бунтовать… — Август закашлялся, и по помещению будто прокатились раскаты грома.
Феликс посмотрел на пустые трибуны переговорной. Было странно находиться здесь втроем. Никаких растений, никаких украшений, только голые стены и деревянные лавки. Каждое возвращение на базу вгоняло в глубокую тоску. Феликс широко зевнул, и мысленно поблагодарил маску за то, что сохранила зевок в тайне.
— С каждым годом набирать рекрутов становится все сложнее, и ваши действия определенно не помогают в этом. — хрипло продолжил Август, — Уровень симпатии к Безликим каждый день пробивает дно, и перспектива такова, что мы, похоже, не можем этого изменить. Можем лишь узнать, сколько этажей в этом подвале. С каждым днем нас остается все меньше. Моя цель — сделать так, чтобы сопротивление продолжалось, чтобы надежда не угасала… Вам, молодым, лишь бы все разрушить и плевать, что будет дальше. — Август запустил пальцы под маску и устало протер лицо. — Где куб, переданный Тассин?
— Терция должна была оставить его в зоне передачи, сэр. — пробормотал Феликс.
— Создатель, как вам удалось приплести сюда еще и Терцию? Вы хотя бы просмотрели содержимое?
Феликс сжался, приготовившись к надвигающемуся цунами, Лаура втянула голову в плечи. Фел не мог посмотреть сам и не мог позволить Лауре, но объяснить причины своего решения Августу невозможно. Последствия озвученных подозрений могут оказаться хуже молчания.
— И кому из вас, гениев, пришла в голову эта чудесная мысль?! Сложно представить, что вы пришли к этому независимо друг от друга. Способный на такое интеллект рождается раз в поколение! — Август покачал головой. — Не понимаю, что такого я натворил, что мне достались вы двое?! Вы оба отстранены. Отправляйтесь на проверку… — Август снова закашлялся, и от каждого хрипа у Феликса замирало сердце.
— Но мы уже прошли проверку при прилете… — пробормотала Лаура.
— Замолчи! Три дня в проверочной, без еды, воды и сна! Запнетесь хоть на одном вопросе, задумаетесь хоть на долю секунды дольше обычного… — магистр замолчал и, выведя проекцию космоса себе за спину, указал на нее рукой.
* * *
Три дня без еды?
Если подумать, не так уж и сложно, Феликс всегда был равнодушен к еде. Полезный навык, когда ты на задании и в любой момент все может пойти наперекосяк.
Куда страшнее провести целых три дня на базе. Безликий серый коридор казался бесконечным. Единственным декором здесь были блуждающие в полумраке тени от редких
