глаза не отрываются от моих.
И тут все, было бы как всегда… Сколько раз он уже так делал? Скольких почти у меня на глазах трахал, но не сейчас.
В этот момент меняется что— то внутри меня.
Он, черт побери его — мой.
Не знаю, как объяснить даже самой себе, но он — мой.
Этот зверь принадлежит мне одной.
Я машу головой ему: «Не делать этого», но он все так же показывает мне себя настоящего.
Пришло мое время — показать себя. Смотрю на наручник и ставлю руку к стене, немного смещаю железо к косточке и ногой себе же выбиваю кисть. Немного резкая боль. Дядя показывал, как это делать, надеялась, что не пригодится. Наручник снимается, раздирая кожу, хрящик в сустав вставить не сразу получается, боль снова резкая и сильная. Но мне не до этого, адреналин в крови гоняет. Сейчас устрою показательное шоу этому монстру.
Сбегаю за секунды до первого этажа. Эта мразь уже стоит раком, и он долбит ее со всей дури. Глаза его заволокло черным, он не в себе.
Подбегаю и хватаю эту дрянь за волосы, поднимаю ее с колен и бью Кристину по лицу. Она заслужила еще за моего лисёнка. За себя я ей мстить не собиралась. Пинаю ее ногами и ору ей, что она ответит за мою подругу.
Алекс меня буквально отдирает от нее. Кристину уносят, как и тело того парня куда— то за дом. Я вырываюсь из рук этого животного.
— Как ты освободилась? Покажи мне руку! — я отвлекаюсь на его вопрос, и сама поднимаю левую кисть, с нее бежит кровь. Куски кожи отсутствуют местами, рука болит чудовищно, но это ничто с тем, что я чувствую сейчас к этому зверю.
— Смотри что ты со мной сделал! Смотри! Ты доволен? Ты этого хотел? Ты мой! Ни чей— то, а мой! Ты принадлежишь мне! — ору со слезами, что со мной сотворило это чудовище, я теперь похожа на этого больного.
— Наконец— то, ты поняла! Сложно и долго до тебя доходило. Пришлось устраивать весь этот концерт. Тот охранник, давно уже был под присмотром, он хотел продать информацию обо мне, моим конкурентам, — он стоит почти голый, его член блестит в смазке сучки Кристины, он же трахал ее только что! Да что со мной не так?!
Алекс стоит возле бассейна, а я смотрю на него. Красивый ублюдок, огромный зверь. Он снимает рубашку, а я засматриваюсь на его татуировки, что тянутся по всему его телу с ног до шеи. Сам дьявол во плоти.
Я подхожу к нему и со всей силы толкаю его в бассейн, от неожиданности он падает в воду и выныривая смеется.
— Ты меня не перестаешь удивлять, ты моя Ксения, — ныряю с головой, мне нужно охладится, Алекс меня подхватывает и прижимает к своему горячему телу.
— Запомни самое главное, на твоем члене теперь буду только — я! Ты понял? Ты принадлежишь мне! — сама удивляюсь своему голосу и мыслям. Но почему— то чувствую, что это правильно.
— Не диктуй мне, что я должен делать! Но с членом я согласен, когда уже окажешься на нем? — вот тут он зря думает, что я сяду на него сразу после той шлюшки. Нет, пусть ждет, когда меня отпустит. Если меня вообще отпустит. Мне понравилось то чувство, когда я била Кристину по лицу, я испытала возбуждение и адреналин, когда увидела Алекса в гневе. Я неадекватная, как и он. Сама себя до этого не знала.
Глава 13
Ксю
После случившегося хаоса, мы вырубаемся в обнимку с Алексом в его спальне. Он обработал мою кисть и замотал эластичным бинтом, поцеловав каждый мой пальчик на больной руке.
Вечер был слишком эмоциональным, меня отключило в его объятиях.
Проснувшись на следующий день, я была приятно удивлена. Он никуда не ушел, рядом его черно— белое, творческое тело и крепкий сон.
Вожу пальчиками по его густым бровям, делаю «Бип» прямому носику и провожу по пухлым губам.
Это мой хищник, мой зверь, дикий и никому не подчиняющийся. Меня беспокоят воспоминания выстрела и смерти того парнишки, он хоть и был предателем и крысой, но вот так убить человека, это жестоко.
Хотя, если подумать о нем как о человеке и бизнесмене, то, наверное, это присутствует, но я не смогу так жить. Не хочу жить в боевике, хочу в любовном романе, с элементами эротики.
Мой зверь улыбается и открывает один глаз.
— Я, наверное, еще не проснулся и это сон, потому что ты со мной никогда бы не легла в одну кровать по собственной воле.
Он прав, та Ксения не легла бы, а вот та, что вырвалась вчера из чёрта-пойми откуда, спала как убитая. Разве, что не храпела под бочком.
— Ты плохой, но ты мой! — смеюсь, щипая его за бок. Он подхватывает меня и кладет на себя сверху.
— Докажи! Ты обещала, чувствуешь, как я хочу тебя? — да этого нельзя не почувствовать, он упирается прямо в трусики, даже уже измазал смазкой их своей.
— Ты наказан, мне нужно отойти от вчерашнего, — убираю глаза в бок, это больно и противно. Надеюсь в последний раз. Если он еще хоть раз изменит мне, я убью его.
— Справедливо. Прости меня, я вчера вышел из себя, довела одна ведьма зеленоглазая, — я морщусь, я не ведьма.
— Я идеальная, тебе повезло, храни, цени и лю-би, — на последнем слове немного застываю, но Алекс усмехнувшись берет меня за голову и сладко целует. Это означает, что надежда есть?
Мы целуемся жадно и опасно, но я не позволяю перейти грань. Все произойдёт, когда я так решу.
— Маленькая, нечестно меня снова заставлять ждать, будет много крови, я не смогу долго ждать.
Понимаю, он мужчина взрослый и опасный, но можно и отвлечься от кровати. Например, показать мне город или где мы находимся?
— Я тебя отвлеку, покажи мне город, где мы? — мой похититель немного улыбнулся, у него острые, белые клыки, будто заострил. Вампир?
— Мы в Шардже, второй по величине город в ОАЭ, а в свое окно ты можешь наблюдать персидский залив, в котором утопает солнце на закате.
Ух ты, как интересно.
— Что ты мне можешь показать в этом городе, особенного? — Алекс трет лицо и щурится.
— Ты хочешь развлечений? — конечно, я маринуюсь в этом замке, словно Рапунцель в башне. Мне нужны впечатления, раз уж я здесь.
— Да, давай съездим куда-нибудь!
— Хорошо, собираемся и в путь, покажу тебе отдых
