Господи! Так это охотники?! С таким оружием? Они обкурились?!
Я поняла, что попала в руки маньяков.
Сердце в груди колотилось испуганной птицей, словно мечтало вырваться и улететь. Инстинктивный страх сжал мое горло так, что дыхание перехватило.
Молча, огромный зверь взвился в воздух, точно камень, выпущенный из пращи, одним махом покрывая расстояние в несколько метров.
Прогремел выстрел.
Тело волка ударило о дверцу джипа, срывая ее своим весом. Раздался крик, потом яростное рычание и звуки борьбы.
Надо мной взметнулась рука, держа пистолет за дуло.
Я успела схватить ее за запястье, останавливая, и, действуя на одних инстинктах, извернулась, уходя из-под удара. Драться с этим маньяком было бессмысленно, ведь он по-любому сильнее. Но у меня оставалось одно проверенное средство.
В тот момент, когда рукоять пистолета опустилась на мой висок, я успела со всей силы вцепиться зубами в другую руку незнакомца...
Он заорал. Ударил меня по лицу наотмашь.
Рот наполнился соленой кровью. Я не знала, моей или его.
Сквозь пелену отчаяния и боли, я заметила тень, выросшую за его спиной. Окровавленная волчья морда показалась рядом с головой незнакомца и я замерла, увидев, как на плечи мужчины обманчиво мягко легли волчьи лапы с антрацитовыми когтями.
Человек замер, сверля меня полубезумным взглядом. Его напарник больше не кричал.
Мне в висок с силой упиралось дуло пистолета, а щека горела от удара. Я прямо чувствовала, как по скуле разливается гематома, как немеют ткани.
Волк тихо зарычал, поднимая черную губу. Он тоже смотрел на меня, и от его осмысленного взгляда хотелось упасть в обморок больше, чем от прикосновения холодного металла. Казалось, он понимает, что делает.
- Дернешься - и я ее убью,- произнес мужчина так тихо, что я еле расслышала.
Волк открыл пасть, обнажая красные от крови клыки. Мой мучитель сдвинулся вбок, демонстрируя мое лицо с пистолетом у виска. И снова рычание.
Либо меня пристрелят, либо порвут на части. Первое предпочтительнее: не так долго мучиться. Хотелось закрыть глаза, спрятать голову в песок и не видеть этого безумия. Но неизвестность пугала еще больше.
- Обращайся!- кинул охотник, не сводя с меня глаз. Но я сразу поняла, что говорил он не мне.
Волк исчез за его спиной. Я судорожно вздохнула. Не верилось, что зверь уйдет просто так, особенно, если уже загрыз человека. Но почему он послушался? И что значит "обращайся"?
Буквально через пару секунд я услышала холодный знакомый голос:
- Поговорим?
***
Лугару никогда не были сверхъестественными существами. Созданные из плоти и крови, они обладали сверхчеловеческой силой и ловкостью, умели менять облик, жили на много дольше, чем люди, но при этом оставались смертными и уязвимыми.
Нет, они не были подвержены человеческим болезням, тут уж природа постаралась, дав вместо многочисленного потомства отменное здоровье и стойкий иммунитет. Но никто из них не был застрахован от ран, несчастных случаев и насильственной смерти.
И все это было хорошо известно, как и Анджею, так и его врагу.
Обратившись в человека, лугару оказался обнаженным, как в момент рождения. Его всклокоченные волосы слиплись от крови, часть кожи над ухом была сорвана пулей, чиркнувшей по касательной. Кровь текла по его лицу и груди, придавая мужчине жуткий и опасный вид.
Анджея не смущала его нагота. Даже в таком виде он был способен голыми руками переломить хребет своему противнику. И тот это прекрасно знал.
Шмель не мог скрыть инстинктивный страх. Его напарник был мертв. Валялся с перегрызенным горлом. Голова Чеха осталась держаться на тонкой полоске кожи, а под телом расплылась тошнотворная лужа. Крови было так много, что казалось, столько не может поместиться в человеке! Сначала она вырывалась толчками из разорванной артерии, но потом, когда давление спало, а сердце замолкло, продолжала сочиться тонким ручейком.
Пистолет прыгал в дрожащей руке, но охотник, сцепив зубы, продолжал вжимать дуло в висок девушки. Она сидела, ни жива, ни мертва, тараща на него глаза, полные ужаса. Но стоило лишь раздаться голосу лугару, как она тут же замерла, вытянувшись в струнку, будто борзая, учуявшая дичь.
- Поговорим?
Охотник облизал пересохшие губы. Платок скрывал выражение его лица, но вот запах страха скрыть было невозможно, и он это знал. Знал и нервничал, и от этого злился еще больше. Сейчас он был буквально за мгновение от той точки, которая превращает человека в животное.
И Анджей тоже об этом знал.
- Я оставлю твою сучку в живых,- раздался из-под платка осипший голос. Шмель в упор смотрел на свою жертву, читая в ее расширенных зрачках каждое движение лугару за своим плечом.- Если ты пойдешь со мной. Сам. Добровольно.
- Не боишься, что я обману?- Анджей позволил себе усмехнуться, лихорадочно просчитывая варианты.
По любому выходило, что охотника придется убить, только как это сделать на глазах у девушки? Он и так достаточно ее напугал.
- Я сделаю так, что не обманешь.
И Шмель бросил ему наручники. Анджей легко поймал и уважительно присвистнул: титановый сплав, такие не сможет разорвать даже лугару.
- Хорошо подготовились,- сказал он.
- Надевай!- рявкнул охотник, теряя терпение.
Палец на курке нервно подрагивал, ладони и лоб вспотели, по спине полз неприятный холодок, но он все еще не собирался отступать. Деньги, а точнее, много денег заставили его ввязаться в это грязное дело, где ставкой всегда была чья-то жизнь: либо волка, либо охотника. И сейчас он прекрасно осознавал, шансы выиграть минимальны. Единственный козырь - девушка, и он собирался использовать его до конца.
Анджей медленно повертел наручники в руках, затем защелкнул их на одном запястье.
- Нет!- остановил охотник.- За спиной.
Мужчина подчинился, не меняя выражения лица.
- Теперь иди к машине!
- А девушка?
- Нихрена твоей сучке не будет. Оставлю здесь.
Анджей пристально взглянул в глаза своей пары. Ему столько всего нужно было ей сказать! Но он промолчал. Охотник слишком нервничал и в любой момент мог сорваться и нажать на курок.
Анджей решил подчиниться. Это было единственным выходом. Милош слишком хитер и непредсказуем. Если уж он опустился до найма охотников, значит его жажда мести перешла все границы. Хотя, он уже их перешел, когда приказал спалить Малгожату.
Все, что требовалось, это заставить глупого человечка связаться со своим хозяином, а потом он будет уже не нужен. Даже титановые наручники не спасут того, кто угрожал женщине альфы!
***
Я едва не потеряла сознание, когда поняла, что этот жуткий голый тип - Анджей! Что он здесь делает? Да еще в таком виде? Неужели это одна банда? И куда делся волк?
Второй маньяк больно давил пистолетом мне в висок, царапая кожу. Из-за его плеча я видела только лицо Анджея и часть его груди. Он стоял весь в крови и смотрел на меня таким взглядом, будто собирался убить голыми руками.
Я сама не заметила, как начала мысленно молиться. Вот никогда не была верующей, а тут меня как знамение осенило! Я вдруг поняла, что если кто и поможет вырваться из этого ада, то только сам господь бог!
Когда Анджей сковал себе руки за спиной, мне захотелось рассмеяться. От нервов. Второй маньяк сверлил меня сумасшедшим взглядом, и я каждое мгновение ждала, что сейчас его палец дрогнет - и моя голова взорвется, разлетаясь на куски.
Но вышло все совсем по другому.
Едва мой любовник-эксбиционист исчез в салоне микроавтобуса, как этот псих нажал мне на шею, лишая дыхания, и я отключилась, не успев даже пикнуть.
Очнулась я уже на рассвете. Одна. В закрытой машине. О пережитом ужасе напоминал пульсирующий синяк на скуле да саднящий висок. Я протянула руку, повернула к себе зеркало заднего вида и пораженно ахнула: на лице не было никаких следов!
Распахнув дверь, с трудом выглянула наружу. По обе стороны простирались голые поля, отделенные от дороги деревьями. Темно-серое низкое небо на востоке порозовело, и я, наверное, впервые в жизни, увидела, как поднимается солнце.
