нетерпением дождались конца фильма и финальных титров. В них миссис Чаннинг фигурировала как Митци Адель.
– Это, наверное, сценический псевдоним, – предположила тетя.
Нэнси кивнула:
– Возможно! Или девичья фамилия. Фильм вышел то ли семь, то ли восемь лет назад.
– Наверное, после свадьбы она ушла из фигурного катания! – предположила Элоиза Дрю.
– А это уже кое-что, – подхватила Нэнси. – Если миссис Чаннинг и впрямь занималась фигурным катанием, возможно, я смогу отыскать фигуристов, которые расскажут о ней и ее прошлом!
Наутро, после завтрака Нэнси позвонила в телестудию и стала расспрашивать о Митци Адель. Мужчина на том конце провода посоветовал ей обратиться в кинокомпанию «Брэмсон», которая и выпустила этот самый фильм.
– Ну что, удалось хоть что-нибудь выяснить? – спросила тетя Элоиза, когда Нэнси положила трубку.
– Только название кинокомпании. Надеюсь, там мне дадут ее адрес!
Элоиза Дрю собралась на работу в школу. Нэнси поблагодарила ее за теплый прием и поцеловала на прощание. Когда тетя ушла, Нэнси отправила телеграмму в кинокомпанию, попросив прислать ответ в Ривер-Хайтс.
Когда она собирала вещи перед отъездом домой, в домофон позвонили. Оказалось, что сержант Рольф подъехал к дому и теперь ждет ее на первом этаже.
– Хочу вернуть вам бриллиантовую брошь, мисс Дрю, – сообщил он, когда они наконец пересеклись по прошествии нескольких минут. – Если Сидни Бойд попытается сбыть серьги из этого набора, мы его тут же поймаем!
Полицейский поблагодарил Нэнси за помощь и ушел.
Денек выдался погожий и ясный, и полет прошел гладко. Из аэропорта Ривер-Хайтс до дома Нэнси добралась на такси и тихонько вошла в прихожую. Ханна в это время была на кухне. Нэнси подкралась к ней сзади на цыпочках и громко объявила:
– Я дома!
Ханна испуганно ахнула:
– Нэнси, как ты меня напугала!
– Тетя Элоиза передает горячий привет! – сообщила Нэнси и, сняв шляпу и пальто, вернулась в прихожую, чтобы убрать вещи в шкаф. Когда она возвратилась на кухню, миссис Груэн уже доставала из духовки вишневый пирог.
– Видела бы Бесс эту вкуснотищу… – начала Нэнси.
– Кстати сказать, у Бесс и Джордж для тебя сюрприз, – перебила ее Ханна. – Бесс просила тебе передать, чтобы ты сразу же ей позвонила, как вернешься. Джордж сейчас у нее. Как позвонишь, непременно расскажи мне о своей поездке!
– Могу и сейчас рассказать, – со смехом сказала Нэнси.
Через десять минут она созвонилась с Бесс, и та сообщила, что они с Джордж через торговца охотничьим снаряжением вышли на еще одного акционера компании «Лесные меха».
– Он уже в преклонных летах, по профессии – траппер, живет на севере вместе с племянницей, – доложила Бесс.
– Когда же с ним можно поговорить? – осведомилась Нэнси.
Бесс посоветовалась с Джордж, взявшей вторую трубку и тоже присоединившейся к разговору.
– Мы его привезем завтра утром, – сказала Джордж. – Если он, конечно, не заупрямится. А то этот самый Джон Хорн – тот еще любитель снегоступов и лыж, уж не знаю, согласится ли он сесть в машину!
Нэнси рассмеялась:
– Специально для него разыщу штаны из оленьей кожи и енотовую шапку!
– Постараемся приехать пораньше, – пообещала Джордж.
На столике в прихожей за время отсутствия Нэнси собралась внушительная стопка писем. Закончив разговор с подругами, она тут же пошла ее разбирать. В пачке обнаружились новые водительские права и короткое письмо от отца, который спрашивал, когда же она уже приедет.
– А вот это видела? – спросила Ханна, указав на телеграмму, спрятавшуюся под рекламным каталогом.
Отправителем оказалась кинокомпания «Брэмсон». В тексте сообщалось, что адреса Митци Адель в компании не знают, однако представитель фирмы в скором времени заглянет к Нэнси, чтобы поговорить о фигуристке.
– Интересно, к чему это, – удивленно проговорила Нэнси. – Теперь я никак не могу уехать в Монреаль – сперва надо выяснить, что же этот самый представитель хочет мне сообщить!
Утром громкие возгласы возвестили о прибытии Бесс, Джордж и траппера. Круглолицый, коренастый охотник прошествовал к крыльцу с легкостью тридцатипятилетнего мужчины, хотя был вдвое старше.
Нэнси подумалось, что одет он в точности как Дэниэл Бун[4], а еще у него была длинная седая борода – точь-в-точь как у Санта-Клауса. По приглашению Нэнси все проследовали в гостиную.
Охотник наотрез отказался садиться на стул. Он встал у камина, широко расставив ноги и спрятав руки в карманы своей тяжелой куртки.
– Что ж, юная леди, о чем же вы хотели меня спросить? – поинтересовался он, устремив на Нэнси внимательный взгляд своих голубых глаз.
– Вы и впрямь купили акции компании «Лесные меха» у миссис Чаннинг? – спросила она.
– Было дело, сглупил на старости лет, – признался Джон Хорн. – Попался на крючок, точно окунек несмышленый.
– Я хотела узнать, не рассказала ли она вам что-нибудь такое, что поможет нам напасть на ее след, – пояснила Нэнси. – Скажите, не упоминала ли она про Дунстан Лейк?
Старик задумчиво пригладил бороду.
– Нет, мисс, ничего такого я от нее не слышал. Мы с ней все больше о норках судачили. Я, как-никак, работал на норковой ферме и не первый год отлавливаю этих маленьких пройдох! Взять хотя бы Арабеллу!
Он достал из кармана маленькое существо, похожее на белочку, с блестящими черными глазками и длинным хвостом.
– Ничего себе,
