Билли действительно время от времени смотрел в его сторону, но Такер принял расслабленную позу, держа руки за деревом и притворяясь спящим.
Время шло, и Джуди не появлялась. Такер решил, что она правильно оценила обстановку и сбежала. Теперь у него свободны руки, и он сам может развязать путы на ногах. Так что особой нужды оставаться рядом у нее нет. «Вот и отлично, — подумал Такер. — И так дело дрянь, не хватает только беспокоиться о какой-то девчонке».
Он глянул в сторону стола. Билли был снова поглощен игрой. Сейчас или никогда, сказал себе Такер и хотел было наклониться и попробовать развязать узлы на ногах, как вдруг почувствовал в руке холодок и тяжесть ножа.
Нет уж, от Джуди не дождешься, чтобы она дала ему свободу действий.
Такер принялся перепиливать веревки, одновременно прикидывая, сможет ли он забрать свою лошадь. Вряд ли. Они заперли ее в загон вместе с остальными лошадьми. Револьвер тоже не вернешь — он лежит на столе под рукой у Билли.
Джуди схватила его за больное плечо. Он невольно дернулся.
— Извините, я забыла про вашу рану, — прошептала она. — Я потом ее перевяжу, а сейчас надо смываться.
Этого напоминания было достаточно. Такер поднялся на ноги. Джуди исчезла в кустах, видимо, предполагая, что он последует за ней. Но ноги у Такера так затекли, что он едва не упал. Бормоча под нос проклятия, он поплелся вслед за ней, давая себе — уже в который раз! — клятву, что при первой же возможности он устроит ей хороший разнос. Надо же довести до ее сознания, что, шатаясь ночью одна, она искушает судьбу.
«Были бы у меня мозги, — говорил он себе, — я бы двинулся в противоположном от нее направлении, а эта отчаянная девчонка пусть выпутывается как хочет». Но у Такера не было ни лошади, ни револьвера и никакого плана действий, так что ему пришлось положиться на Джуди и уповать, что вся эта затея благополучно завершится.
Он молча продирался вслед за ней сквозь заросли до тех пор, пока она внезапно не остановилась на берегу реки. Оглянувшись по сторонам и стараясь говорить тихо, он спросил:
— Где же ваша лошадь?
Его вовсе не соблазняла перспектива ехать с ней до ближайшего города в одном седле, но ему еще меньше понравилось, как она отвела глаза и прошептала:
— У меня нет лошади. Нам придется плыть.
Ее профиль смутно белел в лунном свете, и ему показалось, что она испугана.
Такер скептически посмотрел на темный бурлящий поток.
— Тут непросто будет править лодкой. И вообще, где она?
— Лодки нет. — Джуди повернулась к нему с напряженной улыбкой на лице. — Двинемся вплавь.
— Что за чушь!.. Плыть в тяжелых башмаках? Сколько, по вашему, «призракам» понадобится времени, чтобы найти наш след и сообразить, куда мы делись? Они будут нас ждать у первой же мели.
На лице Джуди мелькнула улыбка.
— Надеюсь, что так. А мы поплывем на север.
— Против течения?! Ее улыбка исчезла.
— Выбора у нас все равно нет. Препираясь, мы только зря тратим драгоценное время. Нравится вам это или нет, Бун, а плыть надо.
Услышав вдали взрыв хохота, Такер понял, что она права. Билли того и гляди обнаружит его исчезновение. Да Джуди и не давала ему возможности возражать.
— Положите башмаки в мешок, — сказала она, снимая собственные ботинки и засовывая их в мешок. — Я поплыву с мешком на плече.
Башмаки Такер снял, но черта с два он позволит ей плыть с мешком. Он вырвал его из рук Джуди и решительно произнес:
— С мешком поплыву я.
Джуди с сомнением посмотрела на его раненое плечо. Ему и налегке-то плыть было бы непросто, но он согласится переложить тяжесть на плечи женщины, только если его парализует от пяток до шеи.
— Пошли, — коротко сказал он и направился к воде. Джуди прикусила губу. Она как будто колебалась. Ожидая новых возражений, Такер сурово скрестил руки на груди.
— Отвернитесь, пожалуйста, — тихо попросила она, снова его удивив. — Мне надо размотать… э… грудь. Я не смогу плыть, если мне будет трудно дышать.
У нее был такой сердитый голос, словно он пытался с ней спорить.
«Вот колючка!» — подумал Такер, пряча улыбку. И пошел к реке, оставив ее разматывать бинты. Попробовал воду ногой: брр, какая холодная! Ему не очень-то улыбалось погружаться в нее всем телом, и он хотел было предложить идти по мелководью вдоль берега, когда со стороны лагеря раздался условленный вопль мятежников. Тревога!
— Поплыли быстрее! — прошипела позади него Джуди. Она разбежалась и бросилась в воду.
Вот уж не ожидал он такой решительности от женщины! Уверенным брассом Джуди поплыла вверх против течения. Как и раньше, она даже не оглянулась, чтобы убедиться, следует ли за ней Такер.
Из лагеря слышались крики — казалось, что все до единого «призраки» бросились на поиски беглеца. Делать было нечего. Такер вошел в воду, забросил мешок на здоровое плечо и поплыл. Холодная вода обожгла его, раненое плечо сразу заныло. Но он молча плыл вслед за Джуди. Признаться, ему не нравилось быть, так сказать, ведомым, но сейчас главное — двигаться бесшумно, а про мужскую гордость на время надо забыть. Вот отплывут подальше, тогда он ее перегонит.
Однако вскоре Такер понял, что это будет нелегко: Джуди отлично плавала. Через пятнадцать минут она перешла на ровные сильные саженки. Нет, он никогда ее не перегонит. Куда уж ему с больным плечом и тяжелым мешком на спине.
Хотя они отплыли уже достаточно далеко и «серые призраки» не могли бы их услышать, оба молчали, понимая, что надо беречь силы для борьбы с капризным течением. Джуди по возможности избегала стремнины, но и вблизи от берега они постоянно попадали в водовороты. Боль в плече Такера усиливалась. А мешок тяжелел с каждым взмахом.
Он уже подумывал избавиться от башмаков — не так уж они ему нужны, все равно он не чувствует ступней, но тут Джуди, к его удивлению, повернула к берегу.
— По-моему мы ушли от погони, — бросила она через плечо. — Теперь уже можно двигаться по суше.
Если бы мешок весил хоть на сто граммов меньше и если бы у него так не болело плечо, Такер проплыл бы мимо нее, но даже в состоянии безмерного раздражения он понимал, что это было бы верхом глупости. А посему он выбрался на берег, бормоча себе под нос проклятия и стараясь не показать, как он устал. Ну уж теперь принимать решения будет он. Вот только дух переведет.
Джуди рухнула на лежавшее на земле бревно и вытянула перед собой ноги. Такер был рад видеть, что она устала ничуть не меньше. Он бросил на землю мешок. С мокрыми волосами и в одежде, с которой струями стекала вода, Джуди выглядела не менее измученной, чем он.
Решив, что пора ему проявить свою мужскую власть, Такер остался стоять и глядел на девушку с выражением разгневанного родителя.
