час, так что быстро, без пробок авто подобралось к старому посёлку и уже по грунтовой дороге покатилось к сельскому участку.
— Луна — это закрытая тема. Там ограниченное количество воздуха, ресурсов. Понимаешь? Возникла социальная конкуренция. Люди разделились и перекрыли свои сектора. “Агроснабжение” первыми закрыли ворота. Это их способ вести дела. Если ты не свой, то ты не попадёшь на их территорию. Естественно, место превратилось в Мекку для отъявленных негодяев. Если на Земле тебя по-любому достанут, то в лунном секторе Агроснаба — ты в безопасности. Покупай билет за дохулион эфира и…ну ты поняла, какое это местечко, — Синчен опустил одну руку с руля, высунул в окно и растёкся в кресле. На улице пахло дерьмом и травой. Так что он, видимо, почувствовал себя в безопасности.
— И они собирают найс, — замечает Алиса.
— Мой опыт говорит, что да, собирают. Слава богу, у меня есть один человечек, который сможет нам помочь. Если это задевает его интересы. Я тебя не на экскурсию привёз.
— Да понятно уже. Очередное похищение. Я избавлюсь от тебя, Синчен, как только доберусь до Луны. Или раньше.
Они подъехали к концу дороги. Справа на зелёном участке присела избушка на курьих ножках. То есть и правда — изба с резными наличниками на оконцах поместилась на двуногой роботизированной платформе погрузчиков. А дальше избы, в отличие от основной тесноты Агроснаба — поле. До самого горизонта.
— Я так понимаю, самое ценное за стеной это простор? — спрашивает Алиса.
— И возможность по нему прогуляться! — отвечает Синчен.
Они вышли из машины. Ни цветов, ни деревьев, только земля и сеяный клевер. Алиса вдохнула воздух. Сейчас я спокойная. Хладнокровная. Почувствовала ритм поля, его запах — недавно косили траву, крутили в стога и увозили. В агроснабе выращивали коров и приглашали охотников, которым не хватало способностей, на забой. Работаешь себе на просторе, дышишь вот буквально сразу небом. Но здесь отсутствовало главное: насекомые, грызуны, птицы и звери. Агроснаб держал свою территорию стерильной. Видимо, чтобы не заразить производимое им искусственное мясо.
АИ нетерпеливо провибрировал — снова сканируют. Она тут же рапортовала, что просканировала в ответ, на что избушка потопталась на месте, да и развернулась. Из одного оконца выглянула большая выбритая голова, блестящая на солнце.
— Это Слава Мясник. Так его называют. Из того, что информации в инфополе о нём нет, могу заключить, что он один из топов всей структуры Агроснаба.
Мясник Слава заговорил на дикой смеси выдуманного языка сильно модернизированного пацанским наречием с подстройкой к русскому:
— О! — широко через рот протянул он букву, — Ооооо! — округлясь сам в бесконечное О! И далее по своему алфавиту воткнулся во вторую букву “Б”, — “Б”ратец, здОрОвО! — и снова всё с длинными О.
— Здорова, Славян! — ответил Синчен.
— Это что за девица с тобой? Ты такая худая, как кардиотренировка!
— Алиса, — представил её Синчен.
Та поклонилась ему в пояс. Слышала, что такое принято у мясников. Слава от этого разомлел и заулыбался, но всё равно обозначил:
— Ну что ты делаешь? Мы ж не ортодоксы, — он погладил рукой лысину, — мы ж бандиты.
— Слава, мне бы с твоим братом поболтать на Луне.
— Да ты же знаешь, я не люблю, когда люди говорят херню, я люблю, когда говорят по факту. Вот это меня задевает, — Слава театральным жестом похлопал себя возле сердца.
— Найс, — говорит Алиса.
— Вот так и продолжайте. Найс — грешок известный, только брат мой ни при чём. Мы по нему затирали. Господь с тобой. Добро пожаловать в ООО Сириосли, — кажется, это означало нет.
— Давай в деньгах попробуем?
— Не знаю как вы, а я получил балл. Доступы имеются, как и деньги, Женя. Ну шо ты как мыльница, пузыри пускаешь, — похоже, Синчен понимал, что ему отвечает Слава. Алиса полностью выпала из контекста.
— Тачка? — Женя Синчен повернулся к двухдверному купе с большой решёткой и газелью на морде.
— Маловато, — он покрутил масляной головой, — битая к тому же. С секретом тачка?
— Она на минатековских номерах, братец. А ещё её взломал боевой АИ, пойдёшь по следу, сделаешь тачку незаметной. Никто её перемещение отследить не сможет.
— Вот почему у меня хейта не водится, я профессионал в торговле! Кое-что попрошу сверху тачки. Пошли погуляем, Алиса. Охотница без ножа. Мне от тебя надо.
Ввязываться в авантюру с мясниками не хотелось. Алиса покрутила головой, так что к ней сразу подскочил Синчен и тихо произнёс:
— Он единственный человек, который может провести тебя в закрытый сектор Агроснаба на Луне. Не тупи.
— Ладно, главное твоё лицо не видеть.
Она залезла на крылечко и уселась на платформу. Избушка развернулась и пошла в поле.
— Ты ж голодная, девочка? — спрашивает Слава Мясник.
— Очень… — протянула Алиса.
— Шибко не наедайся.
Из второго окошка выглянула старушка в платочке — на тарелке искусственное сало, горчица, зелень: петрушка, лук, кинза, чёрный хлеб, нарезанный большими ломтями, помидорки, огурчики. И кружка чёрного кофе. То, что нужно. Алиса, не торопясь, стала есть, а старушка смотрела на неё и приговаривала:
— Потчуй, потчуй.
Мясник Слава, глядя на свои просторы млел и сыто улыбался. Избушка всё шла и шла, и шла, пока они не оказались у парковки. Рядом такой же, как и остальные ржавый корпус гигафабрики. Он проследил, когда Алиса доест и начал, отсвечивая бритой головой, говорить:
— Мишкина фабрика. Мой корешок дорогой. На парковке шаром покати. Отчего? Нелюдь завёлся на фабрике. Мясо зреет, а у нас издержки. Я людям помогать привык и тебе помогу. Ты ток достань зверя оттуда. Тварь опасная, мясо не жрёт, только людей убивает. А у нас откуда умельцам взяться? Он их всех положил уже. Понимаешь? Мы к департаментам не обращаемся. Сами живём. Без Кремля, без царя, без бати, без Минатека. Тёть Маш, ты нож-то давай мясницкий мой.
— О чё, прям твой нести? — тёть Маша недовольная.
— Ну а какой ещё?
В избушке поднялась возня. Слава махнул рукой и Алисе прилетели голографии. АИ развернула парочку: разодранные тела, огромное количество крови. Всё очень показательно. Голографиям от пяти до трёх дней. Все понимают, что скоро тварь уйдёт на новую гигафабрику. Страх. Ненависть. Бессилие. И отвага. Сопротивление внешним обстоятельствам. Алиса поняла, что чувствуют люди за стеной, когда на них охотятся.
Избушка пересекла парковку и остановилась у тамбура гигафабрики.
— Давай свой нож, — буркнула Алиса.
Бабушка высунула из окошка нож в ножнах.
Сытость разливалась по Алисе. Она понимала, что на запах искусственного мяса в кишечнике зверь среагирует. Если он таких уже пожрал, её он учует мгновенно. И Слава это
