мне как брат. Твоя бабушка Элейн была мне как родная. И все сотрудники стали моей единственной семьей, которую я не променял бы ни на сорок шесть миллионов, ни на сорок шесть миллиардов. Надеюсь, ты мне поверишь.
Мэдди посмотрела ему в глаза и кивнула:
— Я верю тебе, Джек.
Он закрыл глаза, а потом прохрипел:
— Спасибо. Ты не представляешь, что это значит для меня.
Мэдди приспосабливалась к новой реальности, в которой Джек был невиновен. Он повернулся к ней, вытирая слезы.
Она смахнула слезы со своего лица и резко шмыгнула носом.
— Не делай из меня дуру, Джек Дейли, — предупредила она его, — иначе я разорву тебя на части.
— Я всегда был честен с тобой, — сказал Джек. — Клянусь!
— Я очень хотела, чтобы ты был невиновен, поэтому сомневалась в своих суждениях.
Он шагнул к ней:
— Ты все сделала правильно.
— Но я по-прежнему буду в безвыходном положении, если мы не докажем твою невиновность. Нужны не просто железные доказательства, а намного больше.
— Я знаю. — Он коснулся ее щеки кончиком пальца, потом нежно и горячо поцеловал ее в ладонь. Почувствовав, как Мэдди задрожала от удовольствия, он произнес: — Нам надо охладиться.
Она рассмеялась:
— Ты знаешь ледяной ручей поблизости?
— Обуйся и надень куртку. Я покажу тебе водопад, который расположен ближе всего к дому.
Мэдди попятилась, глупо улыбаясь, и ушла в свою комнату. Она надела толстовку и кроссовки и бросила телефон на кровать.
Она пошла за Джеком в лес, который буквально вибрировал жизнью. Мэдди чувствовала себя обновленной. Все, что она видела, слышала и ощущала, было ярким и впечатляющим. И нежные листья деревьев, и чистое пение птиц. Невероятно, но она только сейчас поняла, каким волшебным и прекрасным был лес. Благодаря Джеку у нее открылись глаза, и она смотрела на мир по-новому.
Джек подвел ее к скалистому краю каньона. Ледяная вода с брызгами струилась по природному желобу на каменистый спуск, создавая прыгающие водопады, похожие на воланы юбки.
— Все это время я сидела дома, пила кофе и делала расчеты, не зная, что здесь находится Страна чудес.
Джек выглядел довольным:
— Тебе нравится? Это одно из моих любимых мест в мире.
— Я не видела ничего красивее, — сказала она ему.
— Я тоже, — тихо произнес он, — пока не встретил тебя.
Мэдди против воли коснулась мизинцем его руки, и в следующую секунду их пальцы переплелись. Ее сердце забилось как сумасшедшее.
— И я, — прошептала она.
Он повернулся к ней и взял за другую руку.
— Мы играем ради Элейн, — сказал он. — Я так хочу, чтобы это было правдой.
Она уставилась ему в глаза:
— Я тоже.
Шагнув ближе друг к другу, они начали целоваться. В их поцелуе было умоляющее отчаяние, словно их могли разлучить в любой момент. Мэдди была готова сорвать с себя одежду и заняться сексом с Джеком прямо на мокрых камнях, склонившись над замшелым бревном или прижавшись к дереву. Ее бросило в жар, когда она почувствовала, как он возбужден.
Джек отстранился от нее:
— Возвращаемся домой?
Она кивнула, и они, держась за руки, зашагали по тропинке. Они были созданы друг для друга, и она с нетерпением ждала любой возможности прикоснуться к Джеку.
Сумерки сгустились почти до темноты. Тропинку было почти не видно, но Джек точно знал, куда он идет, ведя Мэдди по корявым корням высоких деревьев вверх по склону и снова вниз. Они увидели дом, длинные окна которого светились среди деревьев, как темные кристаллы.
Она зашла в дом следом за Джеком, и какое-то время они стояли лицом друг к другу в полумраке, застыв от желания и предвкушения. Она увидела его мрачный взгляд.
— Мэдди, — сказал он, — я хочу этого больше всего. Но как только мы это сделаем, пути назад не будет.
— Зачем нам идти назад? Я хочу идти вперед. С тобой.
— Я просто размышлял… — Он сглотнул. — Наверное, тебе следует все обдумать еще раз.
Она покачала головой:
— Сейчас я ни о чем не думаю и ни капельки не жалею об этом. Я чувствую то, чего обычно себе не позволяю. Но с тобой я, похоже, становлюсь другой. И мне это нравится, Джек. Мне нравятся мои новые ощущения. Они просто невероятные. — Она шагнула к Джеку и положила руку ему на грудь. — Ты очень хороший парень, — прошептала она.
— Так считаешь только ты, — сказал он ей. — Моя жизнь была разбита, Мэдди. И я не хочу портить твою жизнь. Возможно, сейчас ты этого не чувствуешь, но тебе нужно общаться с людьми своего круга.
Она наклонилась ближе к нему, положив обе руки ему на грудь:
— Джек, ты мне нужен.
— Я чувствую себя точно так же. Но пока я не оправдан, твоя семья не смирится с нашими отношениями. Ты знаешь, как к ним относятся Калеб, Элейн, Маркус.
— Если они любят меня, они меня поймут. Они должны меня понять. — Схватив за рубашку, она притянула Джека к себе.
Он тихо рассмеялся, накрывая ладонями ее руки:
— Я стараюсь быть благоразумным.
— Я ценю твои попытки, но ты привез меня в это волшебное любовное гнездышко в заколдованном лесу и расхаживаешь передо мной, такой красивый и соблазнительный. А когда я уступаю искушению, ты пасуешь. Зачем ты дразнишь меня?
— Нет, это не так. Я просто хочу, чтобы ты помнила…
— Нет. — Она встала на цыпочки, обвивая руками его шею. — Я не хочу ничего помнить. Перестань болтать и поцелуй меня.
Джек хрипло простонал, обхватил одной рукой ее талию, а пальцы другой запустил в волосы Мэдди. Она растаяла и забыла все сомнения, страхи и предположения, желая отдаться Джеку.
Ей хотелось почувствовать каждый дюйм его кожи, ощутить горячий вкус его губ и прикосновение его щетины к ее щеке. Погладить короткие волосы на его затылке, вдохнуть аромат его тела — пряный и соленый. Она принялась расстегивать его рубашку, а потом рассмеялась, увидев его голый торс, и провела руками по его груди и животу, одобрительно мурлыча.
— Что? — спросил он. — Я тебя смешу?
— На днях я вспоминала Гейба на пляже, — сказала она. — Как он бегает с распахнутой рубашкой, показывая пресс. Но он не сравнится с тобой.
Джек захохотал:
— Не предполагал, что буду соревноваться с Гейбом Морхедом.
— Он тебе в подметки не годится. — Она погладила руками шелковистые темные волоски на его груди, потом потянула на себя пояс его джинсов. — Снимай их!
— Подожди! — запротестовал Джек.
Он снял с нее толстовку и облегченно вздохнул, когда Мэдди расстегнула передние кнопки своего спортивного бюстгальтера и сбросила его.
— Мэдди, — мягко
