Наихудшее состояло в том, что ее семья, казалось, приняла Джейка. Хоакин и Алекс общались с ним как старые друзья, и даже отец, всегда такой холодный и малообщительный с незнакомыми людьми, казался необычно учтивым.
Она не собиралась больше выносить это!
Приняв решение, Мерседес отошла от окна и направилась к гардеробу.
Хватит! Сегодня она встретится с Джейком и скажет ему, что игра закончена и пора искать некий выход из этой ситуации.
Джейк стоял у окна гостиной в квартире Рамона, держа в руке чашку с кофе, и пристально смотрел на город, постепенно пробуждающийся ото сна при холодных проблесках рассвета. Пройдет несколько часов, и снова будет жарко, солнце ярко осветит заполненные людьми шумные улицы.
Но сейчас спокойно и тихо, и у него есть время подумать о Мерседес.
В эти дни он мог думать только о ней, не в силах забыть свою чаровницу.
Казалось, что чем сильнее он пытался надавить на Мерседес, тем больше она ускользала из-под его власти. Общение с ней было похоже на попытку прикоснуться к радуге — она просто проскальзывала между его пальцами и исчезала. И все, что у него осталось, — это ряд мимолетных образов, расплывчатых, неуловимых, раздражающе разочаровывающих.
Он думал, что, когда объявит себя ее женихом, у него появится возможность узнать настоящую Мерседес, скрытую под множеством чужих образов. Но она стала еще более неуловимой.
Эта женщина казалась великолепно ограненным алмазом — яркая, блестящая, красивая, — но с таким количеством разных черт характера, что каждая из них поражала его.
Он все еще ее не понимал.
Гул приближающегося автомобиля на улице отвлек внимание Джейка. Так, значит, не он один проснулся в Барселоне в этот ранний час. На краткий миг он задался вопросом, что вытащило другого человека из кровати до восхода солнца. Хорошие новости или плохие? Он уже выехал куда-то, начиная новый день, или возвращается домой после ночного гулянья?
Он криво усмехнулся, вспоминая, как часто возвращался домой в то время, когда молочник уже приносил молоко. Молодость дана для наслаждений, Джейк всегда это чувствовал и пользовался этим сполна. В его жизни было много женщин, которые хотели тех же развлечений, что и он, и никогда не просили от него никаких обещаний. Он и не загадывал, как сложатся их отношения. Если они портились, следовало спокойное прощание, после чего каждый шел своей дорогой.
Все было очень цивилизованно.
Так почему сейчас он просто не отвернется и не уйдет от Мерседес?
Простой и честный ответ — он не мог уйти и, даже если бы сделал это, никогда не смог бы забыть о ней. Он желал ее больше, чем любую женщину в своей жизни, ее неуловимость только сильнее волновала его, желание усиливалось от разочарования и возможного неосуществления планов.
— Проклятье!
Джейк раздраженно стукнул кулаком по подоконнику.
Он никогда ни от чего не отступался в своей жизни. Покупка контрольного пакета акций корпорацией «Алколар» была единственным его поражением. Но Джейк не позволит еще одному Алколару победить его снова!
Может быть, если бы Мерседес осталась с ним той ночью в Лондоне, тогда, вероятно, он разгадал бы причину ее влияния на него, утолил желание, которое в нем рождалось. Тогда он мог бы продолжать жить и забыть о ней.
Но она исчезла, запала ему в душу, и освободиться от нее можно было, только став ее любовником. А когда это произойдет, что потом? Он подождет и увидит, сбудется ли все так, как он представлял, а потом решит, что делать дальше.
Джейк услышал звук останавливающегося автомобиля. Очевидно, рано вставший человек прибыл к месту назначения где-то рядом.
Сердито посмотрев на остывший кофе, он пошел на кухню вылить его, когда услышал звонок в дверь и замер в изумлении.
— Какого дьявола?
Быстро взглянув на часы — рано! — он, долго не раздумывая, подошел к двери.
— Ты!
Слово само вырвалось у него из груди, когда на пороге он увидел высокую, стройную темноволосую женщину — Мерседес Алколар, — но не ту, которую привык видеть.
Как и он, она явно надела то, что было под рукой, — мешковатая футболка и старые джинсы. Ее волосы ниспадали на плечи, и казалось, она сегодня не прикасалась к ним расческой перед выходом из дома.
Но больше всего его поразило ее лицо. Никакого макияжа, золотистый цвет лица был мягким и нежным, так что никакая косметика не была нужна. Темные глаза казались заспанными или, скорее, уставшими от бессонницы — под глазами виднелись едва различимые круги. Длинные, густые ресницы были влажные — от слез? Она выглядела на десять лет моложе — почти девочкой.
— Какого дьявола ты здесь делаешь?
Ему было все равно, насколько агрессивным, враждебным он казался. Он потерял самообладание, и светская вежливость забылась.
— Мы должны поговорить.
Нет, мы не должны…
Именно эта мысль промелькнула у него в голове, прежде чем он овладел собой. Он пожирал ее глазами.
Нет, мы не должны говорить, а обязаны прикасаться друг к другу, ласкать и чувствовать. Ты должна подойти ко мне, позволить обнять и целовать тебя до тех пор, пока мы оба не потеряем голову от желания и будем думать только о нас…
Дьявол, нет!
Нет!
Он не должен позволять себе думать об этом.
Если только не случилось удивительное и она не появилась здесь, почувствовав то же самое к нему…
— Джейк, ты слышал, что я сказала? Мы…
— Да, да… мы должны поговорить.
Джейку как-то удалось собраться с мыслями и попытаться привести их в некое подобие порядка.
Конечно, Мерседес не пришла бы сюда говорить о своих чувствах. Она доказала, что ненавидит его, замечает меньше, чем грязь под своими изящными ножками.
Так зачем она здесь?
— Поговорить о чем?
Мерседес осмотрела лестничную площадку и взглянула на Джейка с гневным упреком.
— Ты же не думаешь, что я хочу говорить об этом здесь?
— Ну, если ты хочешь говорить наедине… располагайся как дома.
Джейк распахнул дверь как можно шире и отошел назад, чтобы она не приближалась к нему, проходя в комнату. Только мысль о том, что они сейчас останутся с Мерседес наедине, вынудила его сердце забиться чаще.
— Итак, — продолжал он, решительно закрыв дверь и прислонясь к ней спиной, — о чем именно ты хотела со мной говорить?
— Я… я… — она запнулась и сильно прикусила нижнюю губу в явной нерешительности. — Я хотела узнать, не могли бы мы прийти к некоему соглашению.
— Да? И о каком соглашении ты думаешь?
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
— Я хотела узнать, не могли бы мы прийти к некоему соглашению.
О боже, для чего она это сказала!
Она не хотела заключать никаких соглашений с Джейком, ни при каких обстоятельствах! Она пришла сюда этим утром сказать ему, что все это глупое притворство закончено и она не может больше переносить его. Пора остановиться здесь и сейчас.
