— Вот видишь! — радостно воскликнула Пенелопа. — Мы скажем, что маменька говорила нам, будто именно в этом платье она гостила у Денисонов, а платочек был у нее с собой, и мы подумали, что маркизе будет приятно хранить его у себя.
— А откуда ты знаешь, что так и было на самом деле? — спросила Алиса.
— Чувствую, — коротко объяснила Пенелопа. Мысль о том, что скоро у нее появятся новые платья, не давала ей заснуть до утра. Впрочем, Алиса тоже всю ночь не смыкала глаз, но совсем по другой причине: ее донимали мысли о графе.
«А вдруг маркиза действительно пригласит нас к себе или на какой-нибудь бал и там я встречу графа? Что я ему скажу? — размышляла она. — Как объясню, что потратила его деньги? Ведь я обязана была вернуть их ему вместе с вежливой запиской, что он ошибся и кремы стоят не пятьдесят фунтов, а три?»
Но если бы она так сделала, пришлось бы раскрыть свое инкогнито. И хотя Алиса была совершенно уверена, что граф и думать о ней забыл, все-таки существовала крошечная вероятность, что ему еще раз захочется с ней встретиться.
«Остается лишь молить Господа, — в конце концов решила Алиса, — чтобы граф как можно сильнее увлекся мадам Вестри и игнорировал все званые вечера, которые устроит маркиза».
На следующее утро, после завтрака, сестры, ловко избежав расспросов о том, куда это они собрались, отправились на Бонд-стрит.
— Не очень-то меня радует, что вы будете бродить по Лондону одни, — заметила леди Ледбери после того, как ее последняя попытка выпытать у племянниц цель их прогулки окончилась неудачей.
— Я всегда думала, — парировала Пенелопа, — что двум девушкам гулять по городу не возбраняется. В одиночку — другое дело, это предосудительно. В таких случаях девушку обязана сопровождать служанка. Впрочем, если вы, тетя Генриетта, хотите, мы можем взять с собой кого-нибудь из прислуги.
Говоря это, Пенелопа прекрасно понимала, что служанки у тетки, во-первых, стары, а во-вторых, до того загружены домашней работой, что никуда отлучиться не могут.
— Ничего с вами, я думаю, не случится, — проворчала леди Ледбери, а Пенелопа бросила на Алису насмешливый взгляд.
Стоял весенний солнечный день, и девушки быстро добрались по Пиккадилли до Бонд-стрит — тем более что у Пенелопы в отличие от Алисы не было никакого желания рассматривать витрины магазинов. У нее на уме сейчас было только одно: как можно быстрее обзавестись модными туалетами.
— Как только у нас появятся платья, — говорила она Алисе, направляясь к магазину миссис Лалуорт, — мы тотчас же начнем выезжать в свет.
Алиса считала, что сестра настроена чересчур оптимистично, но, поскольку очень ее любила и не хотела расстраивать, она не стала делиться с ней этими мыслями.
У входа в магазин глаза у Пенелопы вдруг восхищенно вспыхнули, и она показала Алисе на шляпку, выставленную в окне. Это была не шляпка, а произведение искусства. Высокую тулью украшал венок темно-красных роз, а загнутые вверх поля были отделаны тончайшим кружевом.
— Как раз то, что нам нужно, — сказала Пенелопа и решительно вошла в магазин.
Там она надменно осведомилась, не могут ли они видеть миссис Лалуорт, и минуту спустя сестры уже стояли перед хозяйкой магазина, которая явно была чем-то встревожена.
— Чем могу служить, юные леди? — поинтересовалась она и, вглядевшись в Алису, громко воскликнула: — Куда же вы пропали? Почему не зашли ко мне, как я вас просила? Как я ругала себя, что забыла спросить, как вас зовут и где вас найти.
— А зачем ее нужно было искать? — спросила Пенелопа, видя что Алиса не в состоянии открыть рта.
— Мадам Вестри была в восторге от ваших кремов, и все актрисы валом повалили в мой магазин, горя желанием приобрести такие же. В высшем обществе уже поползли слухи о том, что у меня есть что-то новенькое.
— Я понимаю… — медленно проговорила Пенелопа. — Итак, вам нужны еще кремы?
Сообразив, что сказала лишнее, миссис Лалуорт небрежно бросила:
— Да, я могла бы взять у вас несколько баночек и попробовать продать. Если не получится, я вам их верну.
— Нас это не устраивает, — заявила Пенелопа. — Но у меня к вам есть деловое предложение. Если мы с вами пройдем куда-нибудь, где нам никто не помешает, я сообщу вам наши условия.
Сказав это, Пенелопа почувствовала на себе недоуменный взгляд Алисы. Она, несомненно, считала, что сестра ведет себя вызывающе. Но миссис Лалуорт, по-видимому, придерживалась другого мнения, поскольку спокойно проговорила:
— Прошу вас в мой кабинет. Там нас никто не потревожит.
— Пойдемте, — согласилась Пенелопа и, идя следом за миссис Лалуорт, ободряюще сжала руку Алисы.
Через полчаса все трое вернулись в магазин. Миссис Лалуорт выглядела слегка сбитой с толку, но вежливости не утратила.
Пенелопа четко изложила свои условия.
Они дают миссис Лалуорт пятьдесят баночек крема, а та безотлагательно предоставляет им платья, шляпки и прочие принадлежности.
Нужное количество крема у сестер уже есть, а при необходимости они могут изготовить и больше — столько, сколько понадобится.
За эти пятьдесят баночек им немедленно должна быть выплачена сумма из расчета десять шиллингов за каждую.
По этому аспекту между миссис Лалуорт и Пенелопой произошла острая стычка: мадам Лалуорт настаивала на семи шиллингах, а Пенелопа — на десяти.
После жаркого спора Пенелопа согласилась на девять шиллингов, при условии что если на крем будет большой спрос и им с сестрой понадобится срочно ехать в деревню делать очередную партию, то цена возрастает до десяти шиллингов.
Алиса участия в дискуссии не принимала, но про себя подумала, что с радостью согласилась бы на семь шиллингов. В такого рода делах она была совершенно беспомощна, да и вообще полагала, что торговать чем-либо некрасиво и стыдно.
Но, поскольку Пенелопа всеми правдами и неправдами стремилась попасть в высшее общество, Алиса попыталась отринуть угрызения совести, мучившие ее еще и оттого, что они тратят деньги графа, и взглянуть на все глазами сестры.
Зато когда дело дошло до выбора платьев, Алиса испытала восторг, которого прежде не знала. Теперь и она поверила, что в этих нарядах они с Пенелопой будут выглядеть обворожительно и вполне могут сойти за гранд-дам.
Кроме того, Пенелопа умудрилась вызвать у миссис Лалуорт значительный интерес, ловко дав ей понять, что они с сестрой имеют связи в высшем обществе, и связи немалые.
— Мы остановились в Ислингтоне у нашей тети, леди Ледбери, — заявила она, — и нам с сестрой чрезвычайно важно поскорее обновить гардероб, поскольку мы намерены нанести визит давней подруге нашей матери, маркизе Конингхем.
