Читаем без скачивания Боб – необычный кот - Джеймс Боуэн

Глава 23

Все меняется

Я сидел под потрепанным старым зонтом на улице где-то неподалеку от станции «Виктория». Был вечер субботы.

Дождь бил по зонтику уже часа четыре, не меньше, и никто даже не притормозил около нас, не то чтобы покупать журнал. Винить проходивших было не за что. Им просто хотелось убежать от потопа.

Продажи «на бегу», в общем-то, шли не очень хорошо. Мы с Бобом все время меняли свое место – стояли на углах в районе «Оксфорд-стрит», «Паддингтона», «Кингс Кросс», «Истон» и других станций.

– Я уже в третий раз прошу вас уйти отсюда, – сказал полицейский. – Я делаю вам официальное предупреждение. В следующий раз арестую.

Я пытался не засвечиваться в популярных местах и выбирал окраины, всякие мелкие улочки. И в результате понял, что там ничего не продашь. Даже с таким мощным промоутером, как мой Боб.

Стало смеркаться, и дождь забарабанил сильнее.

– Давай, дружище, еще куда-нибудь сходим, – говорил я Бобу, упаковывая пожитки, – надо же продать все эти номера. Они устареют уже к утру понедельника.

До сих пор Боб вел себя сущим паинькой. Он никогда не возражал против перемещений, даже в самые туманные и темные дни. Он мирился с тем, что нас обдают водой проносящиеся мимо машины и что на нас летят брызги от пешеходов, хотя он терпеть не мог холодного душа. Но на этот раз, когда я попытался остановиться и устроиться на углу, он, как пес, натянул поводок и наотрез отказался.

– Ладно, Боб, намек понял, – сказал я, – пойдем дальше.

На следующем выбранном мною месте все повторилось. И в следующий раз повторилось снова – Боб тянул меня дальше. Чаша его терпения переполнилась. Все.

– Ты хочешь домой, да? – спросил я.

Он склонил в мою сторону голову и, будь человеком, несомненно бы поднял бровь. Остановился. И как бы сказал:

– Хватит. Довольно. Хочу на ручки.

В этот момент я принял решение. Боб ведь всегда был рядом, хотя в последнее время дела наши шли не очень и даже в миске его любимые лакомства бывали через раз. Теперь мне настала пора отплатить ему за терпение. Я намеревался решить проблему с нашим отстранением официально.

Для этого придется пойти в главный офис и дать отпор всем обвинениям, которые могут быть мне предъявлены. Ради Боба и ради себя. Дальше так жить было невозможно.

В понедельник утром я хорошенько умылся, надел приличную рубашку и отправился в Воксхолл. Вместе с Бобом.

Минут через двадцать молодой парень и женщина чуть постарше проводили нас в ничем не примечательный кабинет.

– Закройте дверь, – сказала женщина. Я затаил дыхание, готовясь к худшему.

Они устроили мне форменную головомойку.

– Мы получаем на вас жалобы, – повторяли они. – Вы попрошайничаете и продаете журналы в неположенных местах.

– Знаете, мне тоже непросто, – попытался я объяснить. – Мы же команда, я не могу без кота. А люди нас останавливают, хотят погладить его, поговорить, дают мне деньги или желают купить журнал. И отказать в данном случае – нехорошо. Так я думаю.

Они выслушали довольно сочувственно, даже кивали иногда.

– Да, Боб привлекает внимание, – признал парень. – Некоторые распространители сообщили нам, что он – центр притяжения толпы… Но тем не менее мы обязаны вынести вам устное предупреждение. Вы не отстраняетесь от торговли, но ситуация может стать совершенно иной, если вас снова заметят дрейфующим.

И все?!

Я почувствовал себя глупо. Устное предупреждение это, по сути, ничто. А я-то паниковал и прокручивал в голове самый худший из возможных сценариев. Я был уверен, что потеряю работу, но меня, выходит, и не думали увольнять.

Я вернулся на Ковент-Гарден.

Сэм улыбнулась, увидев нас с Бобом.

– Вот уж не думала увидеть вас снова. Сходил в офис? Выяснил?

– Я получил устное предупреждение, – сказал я.

– Ясно. Это значит, что ты теперь как бы снова на испытательном сроке. Несколько недель ты сможешь работать в будни только по вечерам после половины пятого и по воскресеньям. Потом переведем тебя на обычный график. Если к вам с Бобом будет кто-нибудь подходить и просить продать журнал – отвечай, что журналов у тебя нет или что ты уже пообещал их постоянным клиентам.

Это был хороший совет.

Одним воскресным днем мы с Бобом спешили на Ковент-Гарден на свой укороченный рабочий день. Устроились на Джеймс-стрит неподалеку от стойки координатора. И тут над нами навис Стэн.

Стэн – фигура известная в наших кругах. Он мог быть приятнейшим собеседником и рубахой-парнем. Но, если он был чем-то недоволен, превращался в настоящую занозу и головную боль. Это был как раз один из таких недружелюбных дней.

Надо сказать, мужик он был огроменный, наверное, метра два. Нависнув надо мной, как гора, он взревел:

– А тебя тут быть вообще не должно! Тебя выставили!

– Сэм сказала, я могу работать тут после половины пятого и по воскресеньям, – ответил я, не собираясь сдаваться.

– Это правда, – подтвердил Питер, который работал на стойке координаторов, – оставь Джеймса в покое, Стэн.

Стэн отодвинулся было, но потом опять пошел на меня. Его взгляд упирался в Боба. Недружелюбный какой-то взгляд.

– Будь моя воля, – прохрипел он, – я придушил бы твоего кошака. Прямо сейчас.

Эти слова меня просто взбесили.

Сделай он хоть шаг в направлении Боба, и я бы напал на него. Я защищал бы кота, как ребенка. Моего ребенка! Но это был бы конец моей карьеры в «Big Issue».

И тогда сразу два решения пришли в мою осторожную голову. Во-первых, никогда не работать поблизости от Стэна, когда он в таком состоянии, а во-вторых, я решил уйти с Ковент-Гарден.

Сердце мое разрывалось. У нас с Бобом здесь было столько знакомых, столько постоянных клиентов! И вот теперь приходилось перемещаться туда, где все нужно было начинать заново, где нас не знают.

Прежде чем облюбовать Ковент-Гарден, я тусовался одно время у станции «Энджел» в Айслингтоне. Там было неплохо. И я решил сходить завтра к тамошним координаторам.

– Да, можешь работать у выхода из метро, если хочешь, – сказал мне один из них, когда я обратился по поводу участка. – Никто вроде на это место не зарится.

У меня было ощущение дежавю.

Еще в Ковент-Гарден я заметил уникальную способность Боба притягивать внимание спешащих мимо прохожих. Увидев его, они замедляли свой бег, они больше не торопились. Он будто давал им какую-то передышку, чуть заметное облегчение… ощущение дружбы и тепла. Я уверен, что многие покупали номер журнала только как благодарность за это его тепло. Так что я рад был, что никто не претендовал на наше коронное место у выхода из метро.

Работать мы начали на той же неделе.

И почти сразу люди начали останавливаться и здороваться с Бобом. Наш бизнес набирал ковентгарденовские обороты.

Кто-то даже узнавал нас.

Как-то вечером стильная дама в деловом костюме остановилась около нас и внимательно посмотрела, будто проверяя догадку.

– Вы разве не на Ковент-Гарден работаете? – спросила она.

И я сказал ей в ответ:

– Больше нет, мадам. Больше нет.

Глава 24

Сердца ангелов

Бобу очень нравилось, что мы переехали на новое рабочее место.

Когда мы вышли из автобуса на Айслингтон Грин, он даже не попросился ко мне на плечи, как это бывало в центре. Вместо этого он гордо вышагивал впереди меня, ведя мимо Кэмден Пэсседж, мимо этих всех антикварных магазинов, кафе, пабов и ресторанов до самого конца Айслингтон-хайстрит, на большую вымощенную булыжником площадь у выхода из метро.

Иногда мы ходили к координатору «Big Issue» на северной стороне Грин. В такие дни Боб не упускал возможности удрать в закрытую парковую часть, сердце зеленого Грин. Мне приходилось ждать его и смотреть, как он там снует в зарослях, вынюхивает мелкую живность и птиц. Он совал голову в каждую дырку, в каждую норку.

Когда наконец мы добирались до его любимой площадки напротив лотка с цветами и киоска с газетами, он с удовлетворением наблюдал, как я ставлю сумку на тротуар и выкладываю журналы. Затем он садился, тщательно слизывал с себя пыль путешествий и готовился к долгому рабочему дню.

Мне тоже нравилось это место. Айслингтон был как бы новым этапом жизни. На этот раз, я надеялся, мы задержимся тут надолго.

Энджел отличается от Ковент-Гарден и других улиц Вест-Энда. Туристов здесь тоже хватает, но публика тут более деловая и зажиточная. Каждый вечер море народу в деловых костюмах спешит в метро. Большинство из них и внимания не обращали на рыжего. Но некоторые бросали на него короткие веселые взгляды – и вот эти некоторые всегда были с нами щедры. Общий оборот, считая чаевые, был даже чуть больше, чем в Ковент-Гарден.

Местные «ангеловцы» тоже не скупились. Как только мы начали продавать здесь «Big Issue», народ стал подкармливать красавчика Боба.