Ренно спрятался за деревья, сжимая нож и вставив в лук стрелу. С противоположной стороны на лужайку вышли три воина, раскрашенные в боевые цвета гуронов.
Они громко смеялись. Ренно понял, что враги не заметили ни его, ни туши, подвешенной на дерево.
С поясов воинов свисали свежие скальпы, а один нес целую связку одежды и украшений. Скорее всего, гуроны возвращались из очередного набега.
Ренно дождался, пока гуроны войдут в хижину и разведут огонь, а потом тихонько подкрался к окну. Над очагом сохли окровавленные скальпы и кожаная рубаха. Судя по вышивке, рубаха принадлежала его соплеменникам. Ренно прислушался. Воины обсуждали подробности набега, и молодой воин догадался, что те разорили маленькую деревню к северу от города.
Ренно осторожно подошел к двери, стараясь не намочить заряженный лук.
Ударила молния, на несколько мгновений осветив весь лес, и страшно взревел Дух Грома. Маниту взывали к мести.
Ренно выкрикнул боевой клич и шагнул в открытую дверь. Испуганные гуроны, щурясь от яркого света, обернулись к нему, но юный воин оказался проворнее. Не успели враги опомниться, как первая стрела вонзилась в глаз одному, а вторая попала в грудь его товарищу.
В это время оставшийся в живых воин выхватил из-за пояса странное оружие, металлический предмет с длинным стволом и изогнутой рукояткой, и навел его на юного сенека.
Раздался странный звук.
Гурон пробормотал проклятие, швырнул оружие на землю, выхватил нож и бросился на врага.
Ренно ловко отвел руку гурона в сторону. К счастью, он еще утром смазал все тело жиром, чтоб защититься от пронизывающего ветра, и теперь имел преимущество. Воин был выше и тяжелее молодого сенека, и быстро сбил его с ног. Теперь они катались по полу, стараясь ранить друг друга.
Каменное лезвие мелькнуло у самого лица, и Ренно понял, что не выдержит долгой борьбы. Он сделал вид, что целится в горло, неожиданно ударил в живот, потом еще и еще раз. Гурон начал слабеть
- Пусть дух твой бережется в другом мире. Все, кто желает зла сенека, умрут.
И он ударил ножом в горло.
Ренно медленно поднялся на ноги. Нужно было снять скальпы, но сначала ему хотелось посмотреть на незнакомое оружие.
Предмет оказался на удивление тяжелым, чуть длиннее руки, с трубкой толщиной в палец. Отверстие было только с одной стороны, в отличие от духовых ружей, которыми пользовались онондага.
Ренно все еще рассматривал необычную вещь, как вдруг почувствовал резкую боль в левом плече, и тут же сильный удар сбил его с ног, а на спину опустилось что-то очень тяжелое.
Ерзая и извиваясь, он как-то ухитрился повернуться. Огромный гурон с жутким красно-белым лицом покачивался у него на груди, коленями прижимая к земле его руки.
Ренно попытался сбросить врага, но не смог приподнять колени. Плечо отчаянно болело. Гурон взмахнул ножом. Металлическое лезвие блеснуло в свете пламени.
- Послушай мои слова, сенека, прежде чем отправиться в долгий сон. Ты убил трех моих воинов, и ты умрешь.
Плечо горело, но лицо Ренно оставалось неподвижным. Сенека умирают с честью.
Алан де Грамон, или Золотой Орел, как его называли индейцы, злобно рассмеялся.
- Хорошенько запомни, что я тебе скажу! Ты и я не похожи на остальных воинов. Мы с тобой оба из другого мира.
Ренно с удивлением заметил, что глаза его не карие, как обычно, а голубые, и кожа под краской почти такая же, как у него самого.
- Вот уже много лун я не встречал ирокеза, равного мне по силе. Я Золотой Орел, величайший из воинов. Запомни это имя!
- Я унесу твое имя в другой мир, Золотой Орел.
- Я передумал. Ты отправишься туда, но попозже. Ты слишком молод, и не обрел своей силы. Сейчас я сильнее тебя, но придет время, ты станешь старше и выйдешь на тропу войны. Я дарю тебе жизнь, молодой сенека, чтобы ты стал воином. Может быть, ты станешь врагом, какого я искал.
Если б не боль в плече, Ренно решил бы, что это сон.
- Это мой дар, юный сенека. Прими его, и мы встретимся равными, если такова будет воля маниту.
Металлический нож, дрожа, врезался в землю в нескольких дюймах от головы Ренно.
- Кто ты? Я хочу знать имя врага Золотого Орла.
- Меня зовут Ренно.
- Мы еще встретимся, сенека Ренно. Слово Золотого Орла, величайшего из гуронов.
Белый гурон встал и растворился во тьме. Ренно потерял сознание.
Через какое-то время он услышал, как кто-то зовет его по имени. Что было потом, Ренно помнил плохо. Кажется, его несли на носилках, слышались голоса воинов и отца. Потом Йала назвала его по имени, он удивился, и снова погрузился во тьму.
Когда он проснулся, голова уже не болела. Слышались женские голоса. Ренно попытался сесть, но тут же опустился обратно на постель. Пахло горящим табаком, кто-то посыпал его толчеными травами, и он узнал голос матери.
Пение внезапно оборвалось. Ренно скосил глаза и увидел, как Са-ни-ва подает матери чашку с горячим травяным настоем.
Ина поднесла напиток сыну, и он начал пить, сначала маленькими глотками, а потом залпом.
Боль прошла. Ренно лежал в доме родителей. Ба-лин-та подкладывала дрова в очаг, а Йала крошила в огонь табачные листья.
Ренно осторожно потянулся к левому плечу. Мускулы были напряжены, но боли совсем не чувствовалось.
Мать и тетка улыбались, но лицо Йалы оставалось печальным.
Ина сказала несколько слов Ба-лин-та. Девочка вышла на улицу. Воздух наполнился шумом трещоток и мужских голосов. Хранители веры пришли помочь Ренно обрести силы.
Люди в огромных масках вошли в дом.
- Пепел, - отец Йалы. Он умел общаться с маниту леса. - Мы развеем пепел, и ты поправишься.
Пепел поднялся в воздух и медленно опадал на Ренно. Голова снова начала кружиться, дыхание остановилось, и все началось сначала. Маска отца Йалы подошла совсем близко и стала очень похожа на его истинное лицо, и только в отверстиях горели голубые глаза.
Жесткая бизонья шерсть, венчавшая маску, превратилась в бледно-желтую, и Ренно узнал маниту из большого дома.
- Ренно, сын Гонки, - сказала маска женским голосом, - ты прошел испытание и одержал победу. Теперь ты воин.
Потом маска опять приняла прежний вид. Хранители веры пели до тех пор, пока у Ренно не заболели уши. Мать, тетка и Йала тихонько смахивали с него остатки пепла.
Хранители веры уходили.
- Теперь тебе надо поесть, - сказала Ина и торжественно вручила Йале деревянную чашку.
Девушка опустилась на колени рядом с Ренно и начала кормить его с большой ложки.
Он проспал весь день, а когда проснулся, увидел сидящего рядом отца. Гонка держал в руках красивый головной убор из девяти перьев.
- Это твое, сын мой. Они принадлежали тем гуронам, которых ты убил в лесу. Скоро ты поправишься, наденешь его, заткнешь за пояс три скальпа, и тогда тебя объявят воином.
Велики сахем достал из-под плаща металлический нож. На рукоятке стоял знак Золотого Орла.
- А ты нашел металлическую трубку, отец?
Гонка наклонил голову.
- Эл-и-чи принес ее, когда нашел тебя.
- Я никогда не видел такого оружия.
- Ты все узнаешь на совете ирокезов, - Гонка не хотел говорить на эту тему. -Теперь объясни мне, как этот нож оказался в земле рядом с твоей головой.
Ренно рассказал про встречу с бледнолицым гуроном, который называл себя великим воином.
Отец задумался.
- Верно. Золотой Орел - могучий воин. Я всегда мечтал встретиться с ним в бою. Он самый страшный из наших врагов. Но, может быть, он прав, и тебе, а не мне суждено сразиться с ним. И если так случится, не знай жалости. Ты должен убить его.
- Я слышал твои слова, отец. И сделаю, как ты велишь.
Гонка подал ему металлический нож. Ренно положил оружие под тюфяк.
- Когда маниту войны пошлют мне встречу с Золотым Орлом, я убью его этим самым ножом.
Гонка встал и вышел из дома.
Вскоре Йала принесла ему ароматную похлебку из бизоньего мяса, помидоров и кукурузы.
Ренно не смог справиться с любопытством.
- Почему ты ухаживаешь за мной?
Йала отвернулась, пряча улыбку.
- Правду говорит Са-ни-ва, что даже великие воины думают, как дети.
- Так может великий воин должен думать, как женщина? - Ренно обиделся, что она не ответила на его вопрос.
Йала засмеялась, наклонилась и коснулась губами его лба.
Ренно вспыхнул. Он знал, что это означает. Йала вовсе не жалеет его и уж конечно не считает братом. Она предлагает себя, женщину, ему, мужчине. Сердце Ренно заколотилось быстро-быстро.
Йала выпрямилась и снова взяла в руку ложку.
- Теперь тебя ждет много дел. Ты станешь воином и пойдешь на совет ирокезов. Ты встанешь на тропу войны, и гуроны никогда не будут разорять наши деревни. А потом ты вернешься домой, и тогда мы поговорим о том, что касается только нас двоих.
Три старших воина привели Ренно в общественный большой дом. Языки пламени в очаге вздымались прямо к отверстию в крыше. На помосте, в окружении сахемов из других городов сенека, сидел Гонка. Старейшины и старшие воины собрались у него за спиной.
