Неожиданно его взгляд упал на мольберт, закрытый тканью. Приблизившись, Анжело отбросил тряпку и замер. Бутылка выскользнула из его рук и со стуком ударилась об пол, разлетевшись на мелкие осколки.
На полотне был изображен он. Анжело впервые увидел себя со стороны. Глаза… холодные, не выражающие абсолютно ничего. Губы сжаты в тонкую линию. Всем видом выражалась апатия к миру. Чем он отличался от отца?
Сессилия.
Эта девочка хотела романтики — она ее получит. Он исполнит то, о чем мечтает каждая девушка.
Станет для нее принцем романтики и грез.
Если для него Сессилия изменилась и смирилась со своей нерадостной участью, то неужели не сможет он что-то для нее сделать?
Подойдя к выдвижному шкафу на стене, Анжело извлек оттуда две смятые бумажки и внимательно изучил их.
Глава восьмая
Сессилия надела белые хлопчатые брюки и темно — синюю шифоновую кофту с длинными рукавами, подчеркивающую ее живот. Свежий ветерок залетал в спальню, и она выдавила что-то похожее на улыбку.
Два дня превратилась в вечность. Она понимала, что часы с Анжело превращались для нее в секунды, а секунды без него — в часы. Но он даже не звонил ей.
Сессилия не могла думать об Анжело, потому что её дыхание исчезало, а её глаза наполняли слёзы. Она скучала по нему. Нет, это не правильно… Она скучала по нему так тихо. Она нуждалась в нём. Но Анжело не нуждался в ней. Еще вчера ей так хотелось схватить телефон, позвонить, услышать любимый голос и спросить о состоянии его матери, но он считал ее во всем виновной.
Ее вина, в том что она полюбила.
Сессилия помнила, какие проклятия изрыгал ее брат, когда она прилетела первым же рейсом в Париж. Ангелос предоставил ей возможность: купил билет и отправил куда подальше. А Роман… уволился. Как она не пыталась убедить брата в том, что ее личные проблемы не касаются его — все было тщетно. Он решил и сделал.
Неожиданно раздался звонок в дверь. Сессилия пошла открывать, мысленно гадая, кто бы мг прийти в десять утра. Роман уехал помочь друзьям в подготовке к вечеринке. Через два дня у Сессилии будет день рождение, и он пообещал устроить ей незабываемый праздник.
Открыв дверь, она увидела паренька лет двенадцати — тринадцати, держащего в руках огромный букет красных роз в композиции с белыми лилиями.
— Вы Сессилия Де Вуа? — получив удовлетворительный кивок, он вручил ей букет, и она подписав бумагу о получении, закрыла дверь.
Де Вуа… Она уже начала отвыкать от девичьей фамилии, так как все к ней обращались «миссис Габрис».
Если бы она осталась прежней мечтательницей, то была уверена, что это подарок ее мужа. Но правда слишком горькая. Анжело не принадлежал к романтикам.
Как только она поставила букет в вазу, в дверь снова позвонили. Тот же паренек держал теперь в руках корзинку с белыми розами.
— А от кого эти цветы? — удивлено спросила Сессилия, но парень лишь пожал плечами. Заказ являлся анонимным.
Ее день рождение не сегодня, однако спустя час она уже сомневалась насчет предстоящего праздника. Сотня букетов и корзинок с цветами еле вместились в доме. Сессилия даже запуталась в названиях, понимая, что это не конец, она оставила дверь открытой, чтобы парень спокойно все вносил.
Когда ей дали последний букет красных роз, Сессилия заметила прикрепленную к стебельку записку.
Вот сейчас она узнает, что за тайный поклонник решил так пошутить с ней, заполнив весь дом цветами.
Медленно вскрыв конверт и предвкушая вкус тайны, Сессилия прочитала написанное:
«Вспоминай обо мне, когда сердце ласки просит».
Осторожно присев на стул, она продолжала сжимать в руках лист. Эти слова… Она помнила их… Когда в первую ночь она ушла от Анжело, то именно это она оставила ему в память, подавшись мимолетному импульсу.
Но он никогда не упоминал о том письме, оставленном ею, поэтому Сессилия была уверена, что он даже не прочитал его.
А это…
Сессилия попыталась убедить себя, что это всего лишь чья-то глупая шутка. Кто-то решил поиздеваться над ней, не зная, что ранит ее сердце.
Внезапно звонок телефона отвлек ее от размышлений и вскочив, она подбежала к трубке и ответила:
— Алло.
— Сессилия, как давно не слышал я твой голос — радостно воскликнули на другой линии.
Сессилия приятно улыбнулась. Ее бывший работодатель — владелец художественной галереи Франсуа был ее единственным другом. Несмотря на то, что у него была жена и двое детей, он всегда слушал ее с энтузиазмом и советовался с ней.
— Сессилия, у меня для тебя хорошая новость — весело заинтриговал ее Франсуа.
— Какая?
— Твои картины, которые ты подарила нашей галереи, будут выставлены послезавтра.
Сессилия вскрикнула от радости. Упорным трудом и бессонными ночами она вкладывала душу в рисунки, мечтая, что когда — нибудь весь Париж увидит ее работы. Однако такая мечта стоило кучу денег, и ей приходилось мириться малым.
— Но… — мгновенно опечалилась Сессилия, вспоминая, что брат больше не имеет стабильного дохода. Как же она оплатит выставку?
— Не беспокойся — успокоил ее Франсуа — У нас появился очень богатый спонсор. Он все уладил и арендовал галерею в день выставки.
— А кто он? — с замиранием сердца спросила Сессилия.
— Не знаю — послышался вздох — Какой-то богач из Франции.
Сессилия поблагодарила Франсуа и, положив трубку, засмеялась от переполнявших ее эмоция. Мечты еще могут исполниться. Она представила изумленное лицо брата и уверенные черты Анжело, много раз повторяющего, что когда — нибудь она станет самой известной художницей в мире.
Анжело.
Она хотела разделить с ним этот счастливый момент с ним, признаться, что осуществилась ее заветная мечта, но ей не было с кем поделиться этой новостью.
Роман не поддерживал ее хобби по рисованию и будущее направление в профессии, поэтому для него это событие не имело значения.
Накинув на плечи джинсовую куртку, Сессилия подцепила ногтем ключи и направилась к двери.
Прогулка на свежем воздухе была полезна, как для нее, так и для малыша.
Прежде чем выйти, она подхватила свою сумку с альбом для рисования. Ей нужно было вернуть жизнь в прежнее русло.
* * *
Сессилия поблагодарила официанта и, пригубив горячий чай, потеплее запахнулась в шерстяной плед.
В окна стучали капли дождей, а раскаты грома разносились, казалось, по всему Парижу. Она не любила дождь. Именно в эту дождливую погоду погибли ее родители, не справившись с управлением. Она боялась грозы, но со временем привыкла к ней. Дожди в Париже — частое явление.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
