– Где отец? – спросила Софи.
– Поехал в Ниццу. Здесь никого нет. – Джой встал. – Ну?
Она отошла от двери, открыла сумочку и вынула из нее замусоленный конверт. Передав его Джою, она повернулась к нему спиной и уставилась в окно.
Джой дрожащими пальцами открыл конверт и вынул снимки. Несколько минут он пристально рассматривал их. Он ожидал увидеть нечто гораздо более страшное. Но эти снимки не были столь ужасны. Конечно, часы над дверью говорили о многом, но это еще не значило, что именно Джой убил девушку. Жаль, что его разговор с инспектором произошел до того, как он увидел эти снимки. Зная, что на снимках изображено посещение их номера девушкой, он выдумал бы совершенно другую историю. Теперь же ложь зафиксирована, и, если инспектор соберет против него улики, ложь может стать роковой. С другой стороны, Джой еще мог взять назад свое заявление о том, что не встречался с девушкой после пляжа. Он мог рассказать инспектору ту же самую историю, что и Софи: девушка предложила ему подняться в номер, и он проявил слабость и согласился, а потом в самый неподходящий момент вернулась Софи. Он выдворил девушку из номера и больше ее не видел. Он мог намекнуть, что слонявшийся по коридору Керр мог в припадке пьяной ярости схватить девушку и утащить ее в пустой номер. Однако, чтобы эта история звучала убедительно, нужно собрать побольше улик против Керра.
Повернувшись, Софи сказала:
– Ну?
– Эти снимки не так уж и опасны, не правда ли? Конечно, часы показывают, что во время смерти Люсиль и ты, и я были в номере. Но, по-моему, это делает ситуацию еще более безопасной: ведь никто не может заподозрить тебя в соучастии в убийстве, правда?
– Это весьма любопытное умозаключение, – сказала Софи, подходя к креслу. – Кажется, мне надо выпить, Джой. Сделай мне, пожалуйста, коктейль.
Подходя к бару, Джой спросил:
– Что из себя представляет эта женщина?
Софи закрыла глаза и прислонилась головой к спинке стула. В ее памяти живо встал маленький обшарпанный отель. Именно в такие отели она сама в свое время водила мужчин, зарабатывая деньги на римских улицах.
– Мадам Дилени? – спросила женщина за конторкой, улыбаясь. Она оценивающим взглядом оглядела Софи. – Я решила, что будет удобнее, если вы придете сюда, а не я в «Плазу». Вам нравится здесь, дорогая?
– Вы собираетесь мне что-то показать? – холодно спросила Софи.
– Да. – Мадам Броссет тяжело встала, подошла к какой-то двери и открыла ее. – Идите сюда, здесь никого нет, и нам никто не помешает.
Софи последовала за ней.
Раньше она встречала немало женщин, подобных мадам Броссет. Опыт прошлых лет многому научил ее, и Софи трудно было запугать. Она, не дожидаясь приглашения, села на стул, а мадам Броссет открыла ящик и положила перед Софи три снимка. Софи с бьющимся сердцем стала разглядывать снимки. Она сразу же поняла, что стрелки часов являются свидетелями преступления, но ее лицо осталось бесстрастным.
– Вы хотели их продать?
– Да. Человек, сделавший их, заинтересовался, почему девушка так и не вышла из номера, – сказала мадам Броссет. – Его всегда интересует все необычное. Он просидел под дверью вашего номера до трех тридцати утра и видел, как этот молодой человек переносил девушку из номера в кабину лифта. Она была мертва. Вы сами понимаете, что, если полиция увидит эти снимки, вы оба, бедняги, будете немедленно арестованы… Да, я хотела бы продать их, если цена меня устроит.
– Сколько вы хотите?
Мадам Броссет посмотрела на Софи с восхищением.
– Учтите, что, скрывая такие улики, мой друг становится соучастником преступления.
– Сколько? – перебила ее Софи.
– Допустим, единовременно десять миллионов франков.
– А потом?
Мадам Броссет приподняла брови.
– В обмен на эту сумму вы получите мое честное слово, что полиция не увидит эти снимки. Позже моему другу могут понадобиться еще деньги, но, уверяю вас, мой друг – человек с очень скромными запросами.
– А сколько стоят негативы?
Мадам Броссет покачала головой.
– Негативы не продаются. Мне очень жаль, но мой друг хочет обезопасить себя. Никогда ведь не знаешь, как все может повернуться. Вдруг могут понадобиться деньги.
Софи нагнулась и стряхнула пепел в стеклянный бокал мадам Броссет.
– У меня нет десяти миллионов франков, – спокойно сказала она.
Мадам Броссет подняла свои массивные плечи.
– Это понятно: у вас богатый муж, но он не дает вам столько наличных денег. Однако бриллиантовое колье, которое было на вас в день открытия фестиваля, стоит не менее десяти миллионов. Пусть оно пойдет в качестве первого взноса.
Софи затянулась сигаретой.
– Согласна.
Мадам Броссет улыбнулась.
– У вас, несомненно, есть опыт, дорогая. Вероятно, в прошлом у вас была нелегкая жизнь. Время от времени ко мне приходят девушки, попавшие в беду, и я помогаю им. Но сейчас я сама в трудном положении. Я буду ждать до десяти часов завтрашнего дня. После этого снимки попадут в полицию.
Софи встала и пристально посмотрела в глаза мадам Броссет.
– Не путайте меня с другими женщинами, с которыми имеете дело. Если у меня будет возможность, я заставлю вас за это дорого заплатить.
Мадам Броссет улыбнулась. Ей так часто угрожали, что угрозы для нее потеряли всякий смысл.
– Я, конечно, понимаю, что вы сейчас чувствуете, – сказала она. – На вашем месте я чувствовала бы то же самое. Но советую все же принести колье до десяти утра. – Она снова улыбнулась. – После той роскоши, которая вас окружает, не слишком приятно будет сесть в тюрьму. – Она толкнула снимки в ее сторону. – Возьмите их с собой и покажите мальчику. У меня есть еще.
Софи сложила снимки в конверт, который лежал на столе, и вышла из комнаты.
Теперь, глядя на Джоя, она рассказывала ему о встрече с мадам Броссет. Он сидел бледный и слушал, положив руки на колени.
Закончив свое повествование, Софи спокойно сказала:
– Ну? Ведь это только начало. Если я дам ей колье, она вскоре попросит что-нибудь еще. Что ты собираешься делать, Джой?
– До завтрашнего утра у нас мало времени, – сказал он. – Ты не должна отдавать ей это колье. – Его губы скривились в страшном оскале. – До десяти часов утра я что-нибудь устрою.
– Что именно?
– Что-нибудь. Не думай об этом, Софи, и не беспокойся.
Он встал и сделал шаг к двери.
– Джой!
Он остановился.
– Подожди, – сказала Софи. – Я должна знать, что ты собираешься сделать.
– Нет, лучше, если про это не будет знать никто, кроме меня.
Он открыл дверь и вышел.
Глава 7
Джой вступает в борьбу с шантажистами, а Диверо получает новые данные об убийствеСмешавшись с оживленной толпой туристов, Джой медленно шел по тротуару. Добравшись до улицы Фош, он остановился. На углу улицы находилось кафе отца Жаннетт, а за ним отель мадам Броссет. Отель был точно таким, каким его и описывала Софи: маленьким, запущенным и жалким. На окнах висели кружевные занавески, пожелтевшие от времени.
Пока Джой стоял и смотрел, в отель стремительно вошла девушка в легком платье, с сумочкой через плечо, а с ней элегантный мужчина.
Джой пересек улицу и остановится около «Золотого шара». Это было веселенькое заведение с пятью столиками на улице и полосатым навесом. Джой сел за свободный стол и вгляделся в прохладный полумрак кафе. За конторкой сидел коренастый мужчина в инвалидном кресле. Увидев клиента, отец нагнулся и нажал кнопку. Через минуту из задней комнаты вышла Жаннетт. Улыбнувшись, отец указал на Джоя. Она подошла к нему, и он обрадовался, увидев, что она покраснела.
– Привет, – сказал он. – Я шел мимо…
– Отец ничего не должен знать, – шепнула она.
Джой понял ее. Ему тоже захотелось, чтобы отец не знал его. Он окинул девушку взглядом. На ней было простое голубенькое платье, а волосы были завязаны сзади голубой лентой. Девушка казалась Джою очаровательной.
– Можно сухого вермута со льдом? – спросил он и шепотом добавил: – Я буду в полночь на пристани. Вы придете?
– Да. – Она ушла.
Джой глянул на «Лазурный берег» в тот момент, когда Жаннетт принесла ему заказ. В отель вошла накрашенная девица в сопровождении краснолицего мужчины в шортах и пестрой рубашке – наряд, по которому безошибочно можно узнать американца в отпуске.
– Я подыскиваю себе другой отель, – сказал Джой. – Этот не подойдет? – Он кивком указал на «Лазурный берег».
– Этот? – Жаннетт широко раскрыла глаза. – Туда вам даже и входить не следует. Это же ужасное место, им пользуются уличные девицы.
– А я и не знал этого. – Джой откинулся на спинку стула, глядя на девушку. Он заметил у нее на подбородке крошечную родинку, и ему захотелось поцеловать ее.
– Вы знаете какие-нибудь места подешевле?
– Ну… – Она была в нерешительности. – У нас наверху есть несколько комнат. Они чистые, но вряд ли это вам подойдет.
