коленками, с домом в ремонте, садом в грязи, родственниками в проблемах задыхалась.
— Крис, да приди ты в себя! Ты на себя не похожа! В тебя как будто дьявол вселился! Ты меня подозреваешь, бросаешь на меня сына! Чем я заслужил подобное? — Герман постарался поймать меня за руку, но я уже развернулась в сторону холла. Гер поймал меня и перехватил за талию, чтобы удержать, и у меня все поплыло перед глазами.
Я только помнила болезненный удар, который обжег ладонь.
Ошарашенное лицо мужа, потирающего щеку.
Мои дрожащие губы.
И злые слова:
— Тем, что ты кобель!
Я быстро взбежала по лестнице и скрылась в спальне. Меня всю трясло.
Ещё делал невинное лицо. И чем это он заслужил мое отношение.
По телу словно пустили ток, и я не могла успокоиться.
Я облизала припухшие от слез губы.
Все просто.
Жена трахает мозг, а муж трахает любовниц. Простое уравнение.
Я не могла сосредоточиться, даже выпила несколько таблеток успокоительного. Меня всю выворачивало от мерзости, в которой оказалась моя жизнь. И мой сын.
Ещё до восхода солнца я решила, что именно сегодня отвезу Мирошку к маме, но проспав пару часов, я едва успела слететь с кровати и добежать до ванной.
Меня выворачивало водой. Тошнота била фонтаном. Слёзы текли из глаз, потому что сил терпеть не было. Спустя пятнадцать минут, когда я смогла прополоскать рот и тяжело опуститься на пол ванной, меня прострелила ужасная догадка.
Я знала эту чёртову рвоту.
Она у меня уже была.
Твою мать! Твою мать!
Приступ паники и страха скрутил меня. Внутри все задрожало, а я судорожно пыталась вспомнить, когда мы последний раз были с Германом вместе.
Нервные пальцы загибались, а календарь плясал перед глазами.
Нет, нет, нет…
Божечки.
Быть такого не может!
Мы же предохранялись!
Я предохранялась. Оральными контрацептивами.
Я открыла ящик с аптечкой и нервно стала выбрасывать все из неё в поисках обычного теста на беременность.
На самом дне корзинки в обычной тонкой фольгированной упаковке лежал он.
Через пару минут я сидела и смотрела на тонкую полоску и молилась, чтобы второй чёрточки не появилось.
Не сейчас.
Это цинично.
Но только не сейчас. Не тогда, когда мы с Германом разводимся. Не тогда, когда я только решила выйти на работу. Не тогда…
— Крис! Что Мирону на завтрак? — грохотнул по двери ванной Герман, и я в испуге вытаращила глаза.
Твою мать. Только не Герман. Если он узнает, что я беременна…
Я нервно перевела взгляд на ещё не проявившийся тест.
— Крис! С тобой все хорошо? Крис?! — Герман дёрнул на себя дверь и задвижка, звякнув, вылетела из паза. Муж толкнул дверь и замер, глядя настороженными глазами на меня.
Глава 17
Секунда.
Я просто разжала пальцы и чертов тест, который так и не показал результат, упал в унитаз. Я резко вскинула глаза на Германа.
— Что? — выпалила я. — Ты сам не можешь выбрать, что Мирону на завтрак? Ты же рычал вчера, что мужики едят только мясо!
— Ты чем тут занималась? — сузив глаза, спросил Герман и прикрыл за собой дверь.
— Какая разница? — выдала я и нажала кнопку слива. Мельком осмотрела все на предмет упаковки от теста. — Иди, отвари курицу или индейку. Можешь салат покрошить, но Мир захочет овсянку на молоке.
— Крис… — тихо позвал Герман и сделал шаг ко мне. — Ты что от меня скрываешь?
— Герман, у меня очень болит голова, поэтому выйди и дай мне привести себя в порядок, — попросила я, внутри заходясь тихой паникой. Черт! Так и не выяснила беременна или нет. А ещё Герман…
— Крис, где ты его прячешь? — холодно спросил муж и посмотрел на меня с сомнением. Мое сердце зашлось в лихорадочном беге. Неужели Герман понял, что я делала тест? Неужели он его заметил всё-таки?
Мои губы затряслись. Я шмыгнула носом и отвернулась, но Герман приблизился и, потянув меня за плечо, заставил посмотреть на него.
— Где ты его прячешь? — холодно спросил Герман начиная заводиться, а я поняла, что лучше язык себе откушу чем признаюсь в своих подозрениях.
— Я не понимаю о чем ты… — хлопнула я покрасневшими глазами. По лицу Германа пробежала тень злости и он, подхватив меня на руки, усадил на столешницу. Сдавил пальцами мне колени, я почти ощущала, как кожа стала гореть, а потом резко развёл мои ноги и встал между.
— Лучше признайся сама и мы после с тобой вместе посмеёмся над этим… — хрипло сказал Герман, а я задохнулась злостью. Для него ребёнок это смех? Для него беременность это смешно? Ну конечно! Это ведь не он лежал почти сутки со схватками, а потом ещё несколько месяцев нормально не спал.
— Скажи мне, что ты хотел найти и не нервируй! — выдохнула я обречено и зло.
Герман склонил голову к плечу. Сузил глаза, и в них пробежала чертовщинка, а потом приблизившись, прошептал на ухо:
— Запертая ванная, Крис, ты смущенная и растерянная, алые щечки, волосы растрепанны, пижамка вся задралась… — Герман говорил таким тоном как будто заигрывал со мной, и я замерла, как мышь перед удавом. У меня похолодели ладони, нервно сжались пальцы на столешнице. — Крис, я же не тупой. Просто признайся, где ты прячешь этот гребанный вибратор, и я даже не сильно тебя буду ночью лупить…
Я задохнулась словами. Потом хотела заржать как припадочная, но все же нашла в себе силы угомонить этого мартовского кота, который и любовницу трахает и на меня ещё влажные фантазии распространяет.
— Ты сумасшедший! — выдала я и уперлась руками Герману в грудь. — Нет никакого вибратора! Ты вообще о чем думаешь. Фу блин, Гер! Извращёнец!
— Да, извращенец, который затрахался спать в гостевой, жену видеть в постели раз в месяц, а все остальное время работать вручную! — обиделся Герман и сам от меня отшатнулся, а я поджала губы. Какие ранимые. Вручную он работает. Видела я эту рыжую, которая кайф и экстрим, а я ничего подобного не сделаю никогда.
Лицемер.
— Не преувеличивай, — холодно заметила я и спрыгнула. Подняла оброненное полотенце.
— Я преуменьшаю! — зарычал Герман. — Если ты как наивная фиалка так и будешь хлопать глазами, то я не такой. Я хочу свою жену. Я устал спать один. И это не только того, что ты меня выгнала сейчас из нашей спальни касается, а в принципе. Я три года спал один!
— Ты хотя бы спал! — взбеленилась я и бросила в мужа полотенцем. Вышла из ванной и бегом спустилась вниз,
