он клонил и каким образом оказался у нее на работе, но, вспомнив знакомый взгляд, скрытый за капюшоном, тот же поняла, о чем шла речь. — Хочешь, я сделаю так, что твоя смелость окажется в глубокой заднице? Хочешь, сделаю так, что ты сама себя в скором времени возненавидишь, — свободная рука плавно очертила стройную фигуру. Красивую, поистине девичью. Мороз любил таких девушек, любил раскрепощать их и наслаждаться только что проснувшейся пылкостью. Любил ломать их и подстраивать под себя, а затем, насладившись вдоволь, избавляться от них. — Ты будешь чувствовать себя грязной и униженной, а я лишь буду упиваться этим.
Лера почувствовала, как он коварно улыбнулся, как его прохладное дыхание, слегка даже ментоловое, опустилось на приоткрытый блузкой участок шеи, а затем — как сухие губы коснулись того места. Ее будто прошибло сильным разрядом тока, состоявшим из страха, чувства неизведанности и... чего-то еще. Того, чего не ощущала раньше. Чего-то невесомого и приятного. Неизведанного ранее. Легкие поцелуи покрывали ее кожу, прикасаясь практически невесомо, но Лера продолжала стоять как истукан, не в силах пошевелиться. Не зная, что ее ждет в будущем.
Не понимая, что она сейчас испытывает...
Все чувства разом перемешались в огромный клубок, который невозможно распутать сразу. На это должно уйти время, которого у Леры нет. Ей нужно либо бежать, либо сдаться в лапы этого змея-искусителя. Только она не могла. Не могла принять решение, когда все мысли спутаны, поцелуи мужчины больше не казались ей такими противными. До одного момента. Он словно пытался передать ей через прикосновения заряд тока, который с каждой секундой убивал в ней что-то живое и настоящее. Убивал те нотки наивности, которые порой проявляла девушка временами. Они должны умереть, им не место в этом мире, где можно убить одним лишь взглядом.
Его рука двигалась по определенной траектории, словно знала, куда и как нужно прикасаться. Она поднималась все выше и выше, ловко поднимая подол и без того короткой, по мнению девушки, юбки, заставляя те странно-приятные волны исчезнуть и уступить место панике. Была бы воля — врезала между ног, съязвила бы, послала к черту, как делала это на работе. Но не может. Язык будто отрезали, а тело разом окаменело от этих прикосновений и скованности движения. Получала ли она от этого хоть какое-то удовольствие? Вряд ли. Но и отвращение тоже не присутствовало.
Пока его рука не нырнула в красные трусики девушки, подаренные им накануне...
Еще никто не прикасался к ней там, между ног, еще никому Лера не позволяла таких вольностей, но этот мужчина будто решил все за нее, не спрашивал, желая оказаться в запретном для него месте. Он просто брал, не интересуясь мнением жертвы. Ему это не нужно. Хищник всегда добивается того, что желает, и сейчас на этом месте стояла, как оказалось, довольно стеснительная девушка, раскрасневшаяся от злости и безысходности. Или от стыда? Может, от всего сразу? Да, скорее всего, так оно и есть.
Как только Егор прикоснулся подушечкой пальца к нетронутому никем ранее естеству Лера, она тут же попыталась дернуться, освободиться от оков мужчины, только мужчина оказался гораздо сильнее и мощнее как физически, так и морально. Ему плевать на ее мнение, плевать, что неприкосновенность для Леры — святое. Он просто делал то, что хотел.
— Тише, — вновь шептал он, только на этот раз его слова звучали угрожающе, а нотки хрипловатого голоса, которые Лера не замечала ранее, пропитали разум, заполнили пространство вокруг них.
Девушку захватывали волны паники, когда она поняла, что сейчас может произойти. То, чего она так сильно боялась, происходило сейчас, на ее глазах, только весь страх, который сковал ее до этого, медленно рассеивался, как только чуткие подушечки пальцев начали нежно массировать ее складки. Даже немного трепетно. Егор не останавливался, ощущая, как нежное тело потихоньку расслаблялось, как менялись эмоции, как дыхание медленными темпами становилось все глубже и глубже.
— Чувствуешь?
Нет, она ничего не чувствует. Ничего между ног не ощущается. Совсем. Лучше она ответит так, чем даст понять, что его план, о котором Лера не сразу догадалась, воплощался в жизнь. Она не будет ничего чувствовать. Не будет так глубоко дышать, стараясь поймать хоть немного кислорода, не будет прикрывать глаза. Она не даст понять, что он победил, что выиграл. Она не сдастся просто так.
— Каково это, ощущать, когда тебя предает тело?
Он нажал на маленький бугорок нервов чуть сильнее, прижимаясь к ее телу крепче, несмотря на преграду из пойманных сзади рук. Дыхание окончательно сбилось. Если Лера раньше пыталась хоть как-то контролировать новые, ранее не испытываемые ощущения, то сейчас это просто невозможно. Она старалась дышать ровно, но не получалось, она пыталась выгибаться навстречу его ласкам, но почему-то не контролировала свои телодвижения. Он все продолжал и продолжал ритмично крутить вокруг ее естества, заставляя все бушующие внутри Леры эмоции сконцентрироваться в одном месте. Вся горечь, безысходность, отчаянность, толика страха и... возбуждение.
Лера не сразу заметила, в какой момент бедра начали ритмичнее двигаться в такт его движениям, как она терлась о его шероховатые подушечки пальцев. Как желала подняться все выше и выше в горы, чтобы одним прыжком скатиться с них нежно и плавно, преодолевая все бугры и преграды. Да, девушка когда-то слышала о том, что такое оргазм, читала об этом в книгах, но никогда не испытывала чувство, которому уделяли столь пристальное внимание. Не знала, что такое взметнуться наверх и резко упасть вниз. Не понимала, как центр ее наслаждения мог пульсировать, а тело предательски биться в конвульсиях от наслаждения. Лера не знала об этом, но сейчас ощутила это на себе по полной.
Только не подозревала, что на смену удовольствию тут же вернется реальность...
— И не говори, что тебе не понравилось. Не обманывай себя.
Он резко отпустил ее, лишив опоры, словно оставил ее одну обдумывать свой поступок и понимать, насколько низко пала в момент оргазма. Первого в жизни оргазма. Егор стоял всего лишь в нескольких метрах, наблюдая, как девчонка приходит в себя после его маленькой игры. Как она тут же поднимет вверх голову и уйдет отсюда, словно сейчас ничего не произошло. Как покажет свой характер и язвительность, как проявит себя. Только девушка не спешила
