Читаем без скачивания Эдудант и Францимор - Карел Полачек

Король послушался, открыл рот, и королева с помощью камердинера влила туда микстуру.

Король, проглотив, заявил, что ему стало немного легче.

В это время Францимор, лёжа в постели, читал книжку. Вдруг его окатили сверху какой-то жидкостью, погасившей свечку. Францимор очутился в темноте.

— Нечего сказать, славная гостиница! — негодовал Францимор. — Крыша дырявая, дождь хлещет прямо в комнаты. Я в газеты напишу про здешнее гостеприимство.

Он выбрался, чертыхаясь, из постели и стал шарить в потёмках, ища брюки, чтобы достать спички из кармана. Найдя коробок, он снова зажёг свечку.

Король, уже начавший было засыпать, вскочил с постели как ужаленный.

— Ой-ой-ой! Ой-ой-ой! Опять жжёт! — закричал он. — Я этого не выдержу, с ума сойду!

— Это я сойду с ума, а не ты! — возопила его, супруга. — Где ещё на свете найдётся такая несчастная королева?… Готова биться об заклад, что ни одна на моём месте не вытерпела бы этого.

— Ой! Аи! Аи-аи! — надрывался король. Королева, нажав кнопку, снова вызвала Цердалеофрона.

И приказала ему:

— Разбуди доктора Кесубима! Тоже называется королевский врач! Спит себе спокойно, когда рядом разыгрывается такая трагедия. Жалованье получать — об этом его просить не надо, а когда он нужен, так посылай за ним. Скажи ему, чтоб сию минуту был здесь, а то я велю выдать ему вместо жалованья сто ударов бамбуковой тростью!

Камердинер побежал исполнять распоряжение и вскоре вернулся с доктором Кесубимом, который на ходу застёгивал и поправлял на себе сюртук.

Доктор Кесубим был важный и учёный муж. Король поставил его над всеми врачами в королевстве, и слово доктора Кесубима имело силу закона. Он пользовался благоволением государя и в знак особого отличия имел право носить на шее золотые клещи на шёлковой ленте.

Прославленный врач велел королю высунуть язык, вдумчиво прощупал королевский пульс.

Потом сказал:

— Согласно всем прогнозам и гороскопам, это не что иное, как кулинариум желудкарум минор — болезнь, часто встречающаяся в наших климатических условиях. Можете быть спокойны. Моё врачебное искусство быстро избавит вас от неприятных ощущений.

Он надел пенсне и написал рецепт, а камердинер Цердалеофрон помчался с этим рецептом в аптеку.

Король сидел на постели и жалобно вздыхал, держась за объёмистый живот.

— Аи, ой!… Никогда больше не буду есть жирного мяса. Это вредно для моего высочайшего желудка…

Королева и лекарь утешали больного как могли, и все нетерпеливо ожидали возвращения камердинера с лекарством.

ГЛАВА 21

ПОСЛЕДСТВИЯ ЛЮБОПЫТСТВА УЧЕНИКА ШИМАНДЛА

Гордый корабль «Принцесса Бесси» величественно плыл по синему морю, направляясь к неведомой гавани. Дети стояли на палубе, опершись о перила, и наблюдали, как лёгкая зыбь рябит поверхность воды, как вслед за кораблём скользят в волнах рыбы, ожидающие, когда с палубы упадёт что-нибудь съедобное.

Белые чайки танцевали и резвились вокруг мачт. Эдудант сидел поодаль и всё думал о брате Франциморе: где-то он сейчас, какова его судьба? Эдудант не замечал, что среди детей нет Войтеха Шимандла из 4-го класса «Б».

Где же был Войтех Шимандл? Этот школьник не мог все смотреть да смотреть на море, как остальные. Одна мысль засела у него в голове, не давая покоя. Он ходил по пятам за матросами, следил, как они управляются с парусами, приглядывался к работе рулевого, на некоторое время пристал к драившим палубу. Потом спустился в камбуз, где кок готовил обед. Несколько раз пытался он завязать с матросами разговор: так хотелось спросить у них о содержимом таинственного ларца и значении загадочной надписи, выгравированной на крышке!

Но матросы хмуро занимались своим делом и на вопросы школьника Войтеха Шимандла не отвечали.

Ученик Шимандл выждал минуту, когда внимание всех путешественников было чем-то отвлечено, и незаметно юркнул в трюм. Таинственный ларец властно притягивал его к себе.

В тусклом свете восковых свечей он подкрался к ларцу, взял его в руки и стал разглядывать со всех сторон. Но, помня о предостережении капитана, открыть всё не решался.

Он хотел уже вернуться, как вдруг услыхал вблизи тоненький голосок:

— Отомкни! Отомкни!

Войтех Шимандл огляделся: вокруг — никого. Он подумал, что ему просто почудилось, и сделал несколько шагов к дверям, ведущим наверх.

Но тоненький голосок послышался снова:

— Отомкни! Отомкни!

Шимандл оглянулся и похолодел: крышка одно-то гроба приоткрылась и оттуда выглядывал безобразный череп. Череп шевелил челюстями, и это из его зубастого рта исходил голос, предлагавший Ши-мандлу открыть ларец.

— Не бойся, отомкни! — подзуживал скелет. Шимандл хотел было пуститься наутёк, но скелет удержал его:

— Не глупи: ведь я ничего не могу тебе сделать — я мёртвый. Отомкни ларец!

— Нельзя! — нерешительно возразил Шимандл.

— Я тебе позволяю, — сказал скелет. — Отомкни ларец — и увидишь, какая будет потеха.

Шимандл не устоял. Он подошёл к ларцу и поднял крышку.

Вдруг — что это? — из ларца взвилась тонкая струйка пара.

Пар растёкся по трюму и стал потихоньку улетучиваться через иллюминатор. Очутившись на воле, он стал подыматься вверх, образуя серое облачко на чистом синем небе.

Капитан Мёртвый Билл заметил облачко и принялся недоверчиво изучать его в подзорную трубу.

А из ларца все вился пар, восходя к небесам. Ученик Шимандл увидел, что гробы пришли в движение и из них стали вылезать скелеты.

Во всех углах трюма слышался стук костей.

Наконец скелеты покинули свои убежища, взялись за руки и пустились в пляс вокруг перепуганного Шимандла.

Облако на небе всё росло и наконец стало тучей. Поднялся ветер. Мачты заскрипели, как сосны в лесу во время непогоды.

В трюме все ходило ходуном. Скелеты подскакивали, высоко вскидывая руки и ноги.

Услышав шум в трюме, капитан воскликнул:

— Господи! Кто-то выпустил бурю на свободу!

Вместе со встревоженным Эдудантом он поспешно сбежал вниз по винтовой лестнице, ведущей в трюм. Там он увидел жуткое зрелище: одни скелеты, держа друг друга за талию, танцевали парами фокстрот, блюз и танго, а другие играли им на саксофоне, гобое, кларнете и других инструментах. На полу сидел ученик Шимандл, горько плача и дрожа от страха перед тем, что натворил.

Скелеты смеялись и гикали:

— Гоп! Гоп! Мы мертвы, но через минуту будут мертвы и остальные!

Капитан, ломая руки, вскричал: Мы погибли!

Чёрная туча закрыла весь небосклон. Ветер превратился в настоящую бурю, которая швыряла корабль, как скорлупку.

Дети вцепились в перила, боясь быть смытыми в море. Взглянув на небо, они увидели, что у чёрной тучи огненные глаза и огненный рот, извергающий молнии.

— У-у-у! А-га-га! — ревела буря. — Я могучая Зиуурара, королева бурь. Всех вас погублю!

Капитан, воздев руки к небу, молил:

— Смилуйся, великая Зиуурара!

— Ха-ха! — смеялась буря. — Теперь ты просишь, жалкий червь… А кто держал меня в этом ларце целых двести лет?

— Прости, великая Зиуурара! — зарыдал капитан.

— Я владычица всех ветров, — отвечала ему буря, — я королева ураганов, смерчей, тайфунов, вихрей и метелей… За то, что вы осмелились держать меня взаперти, я размечу ваш корабль в щепы, так что и помину о нём не останется!

Туча дунула — и корабль дрогнул. Туча метала молнии, каждая вспышка их сопровождалась ужасающими раскатами грома.

Капитан и вся команда бросились на колени, вознося к небу молитвы вперемежку со страшными проклятиями. Они понимали, что пришёл конец и скоро они станут добычей разбушевавшегося моря.

Единственным, кто не утратил хладнокровия, был Эдудант. Он видел, что корабль в величайшей опасности, что зловещая буря в любое мгновение может погубить и школьников, и моряков.

Он старался припомнить, не слыхал ли когда от своей мамаши мадам Крутибабы волшебных заклинаний, с помощью которых можно было бы укротить свирепую бурю. Но ничего подходящего не приходило в голову. Дело в том, что мадам Крутибаба умела вызывать своим колдовством всякие стихийные бедствия, но вовсе не занималась их предотвращением.

Но Эдудант упорно думал и, так как у него была светлая голова, всё-таки нашёл выход.

Он вынул из кармана электрический фонарик и зажёг его. Потом поднял руку высоко вверх и крикнул яростной буре:

— Могущественная королева Зиуурара! Тебе подвластны все смерчи и ураганы, и я знаю — ты многое можешь. Но и твоя власть не безгранична.

— Ха-ха! — ответила Зиуурара. — Ну чего бы я, по-твоему, не сумела сделать?

— Например, ты не сумеешь погасить вот этот огонёк, — объявил Эдудант и показал туче светящуюся лампочку.

— Хотела бы я поглядеть на огонёк, который устоит передо мной! — похвалялась Зиуурара и дунула на фонарик с такой силой, что Эдудант зашатался.