аптечки, я потратила бы немало времени, копаясь среди витаминных пластырей Жасмин и очень похожих на них антипростудных, разыскивая пригодный для заклеивания раны пластырь. Но автоматический блистер быстро выплюнул нужный, и я взялась за мультисмартфон. Инна, наверно, не успела заскучать.
Суть письма сводилась всего лишь к тому, что со мной решили поделиться книгой.
«Ты же любишь такое, пожестче» — писала Инна. — «Я сразу о тебе подумала, когда увидела».
Хмыкнув, и не поскупившись отправить Инне благодарный смайлик, я все же решила посмотреть на книгу. Может, чтение позволит отвлечься от проблем и скоротать вечер. Но увиденное быстро убило это намерение.
Автором книги значился некто, по фамилии (а может нику-псевдониму, кто там сейчас их разберет?) Абрикосашвили. Фоном обложки служили куски железа с заклепками, а на переднем плане красовалась запутавшаяся в проводах девица, облаченная в легкомысленное платьице. Аннотация сулила погружение в постапокалиптический мир, деградировавший после какой-то катастрофы. Власть захватили пресловутые ИИ вместе с компьютерщиками (угу, какой же бестселлер без злых ИИ?), а простое население, утратившее историю предыдущих поколений, поклоняется Всезнающему Google. По сюжету книги, главная героиня как раз попала ни много, ни мало — на отбор жриц для Гугла. Девице предстояло спасти родину и ни в коем случае не влюбляться ни в кого из приспешников компьютеров…
Я вспомнила, как недели две назад о чем-то подобном рассказывала Катенька… то есть Матроскин. По лицу сама собой расплылась ехидная ухмылка, но поразмышлять на тему, искал Константин специально темы для разговоров или действительно читал подобные книги, мне не дали.
— Сестричка, — жалобно сказала подошедшая Жасмин. — А твой комп взбесился и жрет оперативку со всех устройств.
К компьютеру я мчалась, сверкая пятками, не слушая объяснений мелкой. Выходка Матроскина? Атака похитителей? Отрубят нас от сети и начнут штурм?..
Только у монитора от сердца отлегло. БэС всего-то на всего переусердствовала, пытаясь переварить какой-то непомерный объем данных, вот у сестры и не тянул даже блог.
— Видишь? Что я говорила? — Жасмин догнала меня и уперла руки в боки. — Чокнулся он у тебя! Выруби его из розетки, а?
— Подожди… — отмахнулась я.
В этот момент системник в последний раз с шумом выдохнул и затих, зато динамики разразились счастливым тявканьем.
— Она же не гавкала раньше. Лью что, подарил тебе неадекватный ИИ⁈
— Ну хоть ты не начинай! Еще скажи, что следишь за новостями в духе «правительство скрывает от нас бунт машин»! — фыркнула я. — Льюис бы мигом вправил тебе мозги насчет настоящих ИИ!
В самом деле, у нас как-то состоялся разговор на эту тему. Я помнила, что всякие прикладные системы — это и есть слабые ИИ, которые рядовые пользователи к ИИ не причисляют вовсе, а сильные, точнее универсальные, подобные человеческому разуму, остаются фантастикой, как бы не бились программисты. Однако, на задворках моего сознания все равно теплилась вера в «классический» ИИ из книг и фильмов, слишком уж в человечество въелась эта идея.
Но БэС действительно тревожила. Не собачьим тявканьем, самостоятельно подобранным к визуальной оболочке, вместо прежних системных звуков, а результатами запроса. Их набралось как-то слишком много. И сколько БэС работала? Программа в ответ на запрос показала таймер с дикими цифрами — около двух суток! Да что там за жесть такая⁈
Жасмин, заметив выражение моего лица, перестает ныть, а подождав, и убедившись, что застряла у экрана я надолго, творит невероятное — придвигает ко мне легкий столик и приносит на него ужин. Для меня. Это моя-то вредная сестра! Но я замечаю это только вскользь, краем сознания.
БэС, руководствуясь моим запросом, собрала информацию о попытках Мурата устроиться на работу. Тут-то понятно, наверно, лучше собирать конфиденциальную информацию медленно, не привлекая внимание. Только для чего куча не относящейся к нему информации — анкеты других соискателей? Ладно, сделать запросы, раз уж они нужны, чтобы замаскировать в потоке одного единственного Мурата, а зачем грузить все это на компьютер?..
Но думать так я вскоре прекратила. БэС высыпала на экран какие-то графики и таблицы. Похожие случаи, где систематически рассортировала каждого, кто подходил под параметры, списанные с Мурата.
Не знаю, сколько я так просидела, пялясь сквозь графики, и не решаясь открыть тот, единственный нужный файл, с результатами своего запроса. То есть, раньше я считала, что он единственно нужный.
— Все очень плохо? — непривычно серьезная и взрослая Жасмин обняла меня за плечи и я решилась.
— Так, первый ответ: «В данный момент наша фирма не нуждается в специалистах вашего уровня, но мы сохраним ваши контакты», бла-бла… — зачитала я.
— Может этому твоему знакомому просто не слишком повезло несколько раз? — неуверенно предположила сестра.
— «К сожалению, должен сообщить Вам, что в данный момент мы не ведем набор сотрудников. Но некоторые обстоятельства заставляют нас оставлять объявление о наборе активным. По нашим наблюдениям, опасения оказаться заменимыми стимулируют добросовестность и повышают продуктивность работы». Что за бредовый ответ⁈
Остальные оказались ничуть не лучше, а некоторые и хуже. Например, шедевры снобизма и бездушия, в которых почти прямым текстом говорилось, что вчерашний студент — никто для работодателя, и слишком наглый, раз посмел прислать им резюме. Бедный Мурат, как он читал каждый раз всю эту гадость⁈
— Вайпер, — Жасмин, читавшая едва дыша, прижалась ко мне еще крепче. — После такого человек и из окна выйти может. Что в остальных файлах? Мне страшно.
Каждый файл, содержащий историю чьей-то несчастливой жизни, БэС пометила флажками. Зелеными, большинство желтыми, и несколько штук — красными. Мурат болтался в желтой категории.
Я начала с зеленых. В каждом файле в конце списка горела надпись об устройстве на работу, словно свидетельство о выздоровлении. Желтые отличались «диагнозами» — кто-то устроился на работу, но не по специальности, кто-то продолжал поиски, еще не оставив намерения посвятить жизнь компьютерам.
Уже предчувствуя неладное, чуть дрогнувшей рукой я открыла красные: самоубийство, самоубийство, несчастный случай. И все трое — отмечены как перспективные, отличные программисты. Разные потоки, разные институты, и никогда больше одного-двух человек.
Меня прошиб холодный пот.
— Смотри! — сестра углядела что-то в мешанине графиков и таблиц, и с негодованием закричала мне прямо в ухо: — Смотри, что наша ИИшка раскопала!!! Они все поддельные! Ты видишь⁈ Видишь⁈ Их анкеты просто не дошли куда надо! Им всем с каких-то подложных серверов ответы шли!
Не стесняясь сестры, я крепко выругалась. В наше время никто не ходит на собеседования, все происходит через компьютер — анкеты, видеоинтервью. Это настолько привычно, что трудно представить иные варианты.
Кто, кроме настоящего психа, заподозрит заговор вокруг себя и усомнится в отказе? Кто станет
