Не потому ли Безымянный изначально не собирался ему мешать?
* * *
Прогнозы сбылись. Сулей собирал сторонников всего четыре дня.
В первый день работа ковена остановилась. Никто не желал пропускать такое явление — Сулей Возрожденный, собственной персоной, в отделе контроля над магическими потоками, и кто угодно может зайти, выпить чаю в его компании, а если повезет, то и переброситься с ним парой слов. Благо никаких магических сбоев или атак потусторонних существ в эти дни не было, и ничто не мешало ведьмам наслаждаться обществом своего кумира.
На второй день произошло массовое паломничество колдунов из ложи. На третий день порталами и обычным транспортом начали прибывать посланцы из других городов.
Алиса наблюдала за всем этим в безмолвном ужасе. Все сильнее казалось, что по мере приближения к Сулею у магов исчезает последний разум. Пропадает способность критически мыслить и анализировать, остается только беззаветная преданность пополам с желанием поскорее избавиться от Безымянного. Громче всех радовались те, кто и прежде возмущался строгими законами и запретами на проклятия. Те, кому законы особо не мешали, радовались тихо. Голоса скептиков почти терялись в общем хоре.
Но скептики были. Пожалуй, только они не дали Алисе окончательно разочароваться в магах. Часть совета высших отказались поддерживать Сулея. Когда он попытался собрать их, не явилась почти треть. От Города N, ковеном которого заправляла Кристина Лещинская, посланец так и не прибыл. Алиса видела, что Сулей этим недоволен. Город, приютивший у себя Техногена и обладающий первым классом магической активности, мог стать сильным союзником. Но союзников хватало и без него.
К концу четвертого дня Сулей осмотрел свое воинство. В центральном зале отдела контроля над магическими потоками собрались только самые главные, генералы при маршале: опытные ведьмы и колдуны — главы отделов, Богдан Сергеевич и Ида Амвросиевна из высших инквизиторов и Алиса, которую Сулей предпочитал не отпускать от себя надолго. Он утверждал, что делает это из признательности, но на самом деле… Возможно, контролировал, чтобы она не улизнула к Безымянному.
— Отлично, — сказал Сулей. — Пришла пора занять кабинет верховного инквизитора.
— Что, сейчас? — удивилась Лина Венцеславовна. Она, одна из самых преданных сторонниц, тоже входила в число «генералов».
Окна оккупировала глухая декабрьская ночь. Дыхание Нового года пробивалось сквозь эту завесу едва заметно, перемигиваниями гирлянд, наконец-то выпавшим снегом, обрывками мишуры у дверей магазинов. Приближалась полночь. Сегодня Сулей засиделся. Возможно, намеренно?
— Самое время, — хищно усмехнулся он. И вскочил пружинистым легким движением. — Если я все сделал правильно, сложностей не будет. Кто-то хочет меня сопровождать?
Он по-хозяйски положил руку Алисе на плечо. Словно приглашая. Но на самом деле — это становилось все яснее — чтобы проконтролировать, не дать ей предупредить Безымянного.
Впрочем, она и не собиралась.
По ступеням администрации президента, над которой располагался офис инквизиции, процессия поднималась молча. Администрация еще не опустела, даже сейчас, за пятнадцать минут до полуночи, еще встречались редкие служащие. Они скользили по магам взглядами и проходили мимо.
Алиса уже представляла, как все будет выглядеть. Сулей займет пустой кабинет, возможно, еще с полчаса или час пообщается со сторонниками, затем отпустит их по домам. А с утра Безымянный придет на работу… И что будет? Драка? Кто выйдет победителем? Для чего-то же Сулей собирал воинство, так почему не использует его?
Но все оказалось не так. Секретарша-дух напрасно взвилась со своего места и замельтешила перед чужаками, швыряя в них всеми предметами, которые могла поднять в воздух магией. Сулей легко отбросил и заставил замереть гору ручек, карандашей, папок, бумажек, пресс-папье и даже большой шкаф, который угрожающе плыл прямо к его голове. А потом дернул массивную дверь.
Та легко распахнулась. За столом, удобно откинувшись в кресле, сидел Безымянный. И чуть заметно улыбался своей привычной уже улыбкой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Добрый вечер, Станислав, — сказал он. — Оперативно работаете.
Глава 6
Сулей слегка растерялся. Но ненадолго. Даже Алиса не заметила бы, если бы хватка, стискивавшая ее плечо, не ослабела на миг. Но он быстро взял себя в руки.
— Что вы здесь делаете в такой поздний час? — светски поинтересовался он.
— Как что? — удивился Безымянный. — Я же должен передать вам обязанности. Вы ведь пришли меня сменить?
— А вы даже не попытаетесь сражаться? — насмешливо уточнил Сулей. Но Алиса чувствовала, что он растерялся еще сильнее, даже выпустил ее плечо, и она отступила на несколько шагов.
Сулей рассчитывал на драку. Возможно, в его картине мира соперник, отказывающийся сражаться, был слабаком. Безымянного никто не считал слабаком, однако тот сдался без боя. И теперь у Алисы — и, она не сомневалась, у Сулея тоже! — крепло смутное ощущение какого-то подвоха.
— Это ни к чему, — спокойно сказал Безымянный. — Подойдите. Магия должна подтвердить смену верховного. Не знаю, в какой форме это было, когда вы получили должность в первый раз…
— Было, — буркнул Сулей. И, шагнув к столу, положил руку на массивный черный шар на подставке.
Алиса думала, что это просто пресс-папье. Каменный шар соседствовал с выключенным компьютером, стаканчиком с ручками и карандашами, пластиковой папкой для бумаг и интеркомом. Но когда его коснулся и Безымянный, шар начал светиться. Белым. Сначала бледным, потом все ярче и ослепительнее, пока сфера не поглотила обоих инквизиторов, пока по ней не начали пробегать электрические разряды…
— Что-то долго, — встревоженно пробормотала Лина Венцеславовна.
— А вы видели, как это проходило в прошлый раз? — спросила Ольга, возглавлявшая отдел борьбы с проклятиями.
— Я видела, — скрипуче подала голос Ида Амвросиевна. — И когда господин Сулей получил власть, тоже видела. А перед ним был Григорий Непомнящий. Его ординация была пышной… Но там тоже использовали Сердце, — она кивнула на шар. — Обычно проходит несколько секунд.
«Сколько тебе лет?» — подумала Алиса, искоса разглядывая пожилую инквизиторшу. Ида Амвросиевна была самой старой из совета высших. Простые ведьмы при должном везении могли прожить лет пятьсот. Инквизиторы… да кто их знает. Если этот Непомнящий, как Сулей, правил тоже триста лет, то Иде могло быть и больше. Но Алиса не знала, сколько он правил, а расспросы сейчас казались неуместными.
Наконец электрическое сияние начало нехотя спадать. Проступили фигуры Сулея и Безымянного. Сияние свернулось, превратилось в негаснущие молнии, которые привязывали обоих противников к шару. К Сердцу, как его назвали, хотя он ничем не напоминал сердце. Так просто… Алиса привыкла, что магия может проявляться как угодно причудливо. А здесь — просто прийти в кабинет, просто коснуться Сердца. Может, все самое важное всегда просто?
— Какого черта? — не выдержал Сулей.
— Случается, — отозвался Безымянный. — Порой армии союзников недостаточно. Но вы собрали их немало. Магия не сможет это проигнорировать.
— Не сможет? — зловеще переспросил Сулей. — Знаете, к вам у меня тоже будет несколько вопросов…
— Не сомневаюсь, — мягко сказал Безымянный.
Ведьмы переглядывались. Богдан Сергеевич наблюдал за игрой магических молний с застывшим выражением лица. Впрочем, он всегда казался странноватым, этот Богдан Сергеевич. А магия все не могла определиться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Она словно знает, подумалось Алисе. Догадывается или чувствует, что нынешняя жизнь Сулея — ненастоящая, что он уже шестьдесят лет как мертв, что он, несомненно, силен и умен, но вся его сила и ум — в прошлом, и сам он остался в прошлом, а сейчас за шар держится живой труп или призрак, пытаясь занять не свое место.
Через долгих несколько минут молнии начали уменьшаться. Медленно-медленно сияние ушло с руки Безымянного.
