Сборы в дорогу не заняли у меня много времени. В конюшнях Инквизиториума я одолжил рослого коня, сила и стать которого гарантировали, что он выдержит быстрое путешествие, распихал по вьюкам самые необходимые вещи, натянул кольчугу и прицепил меч. Тракт, который ведёт к Готтингену, считался дорогой спокойной, но вооружённых встречают обычно с гораздо большим почтением, нежели прочих путешественников, а, кроме того, всегда можно было натолкнуться на какого-нибудь отчаянного бандита. А я не имел ни времени, ни охоты драться по дороге. Очевидно, что в нашей славной Империи вообще не рекомендованы ночные путешествия (разве что кто-то не ценил особенно жизни или искал острых ощущений), и я также намеревался каждый вечер останавливаться в любом из многочисленных трактиров, расположенных вдоль тракта.
Погожим днём я миновал обильно увешанную трупами пригородную виселицу, над которой носилась, громко каркая, туча ворон. Это был несомненный пример старательности бургомистра и юстициариев, а также зрелище, которое может заставить глубоко задуматься всех стремящихся к лёгкому заработку и лёгкой жизни, не оплаченной честным трудом.
Путешествие в Готтинген прошло безо всяких хлопот, если, конечно, не считать привычных ссор о лучшей комнате. Поскольку я хотел разведать, где именно находится мельница, принадлежащая семье Швиммеров, я подумал, что кто же может служить мне лучшим советом, чем сборщик налогов? Его контору я нашёл в месте чрезвычайно соответствующем, совсем рядом с городской тюрьмой. Сам сборщик был толстым пожилым мужчиной с нахмуренным лицом, производящим впечатление, что его владелец гневается на весь мир, и следует начать предпринимать любые шаги, чтобы только этот гнев смягчить.
– А вы чего хотите? - заговорил он недружелюбно, когда преодолевая сопротивление служащих, я ворвался в комнату, в которой он обедал за обильно накрытым столом.
– Вина, цыплёнка, печёной форели, а на десерт немного фруктов, - сказал я, глядя на громоздящиеся перед ним блюда.
– Позови стражу, Дитрих, - приказал он служащему, с трудом поднимаясь из кресла.
– Не нужно. - Я поднял руку. - Я Мордимер Маддердин, лицензированный инквизитор Его Преосвященства епископа Хез-Хезрона. Я думаю, что мы поговорим минуту за трапезой. Принеси второй прибор, Дитрих, - распорядился я.
Сборщик со вздохом сел, а его розовое лицо слегка побледнело.
– К вашим услугам, мастер, со всем моим уважением, – пробормотал он. - Какие счастливые ветры принесли вас в Готтинген?
– Покорная просьба об определённой информации, - сказал я. - И я рассудил, что у вас быстрее всего найду в этом помощь.
– Спрашивайте.
– Знакомо ли вам село Сейтзен?
– Знаю, как не знать. – Засмеялся он. - Вот уж пятнадцать лет я являюсь сборщиком налогов, мастер Маддердин. Иоахим Книпроде, к вашим услугам. Как бы я мог не знать даже не каждого села, а каждого дома в ближайшей околице?!
– Я знал, что вы являетесь подходящим человеком на подходящем месте, - констатировал я с признанием и поблагодарил кивком головы Дитриха, который поставил передо мной оловянную тарелку и солидного объёма бокал.
Книпроде вынул пробку и налил мне до краёв. Поднёс свой бокал.
– За налоги, мастер Маддердин, - изрёк он, улыбаясь.
– Высокие и своевременно взыскиваемые, - прибавил я, после чего мы выпили до дна.
Сборщик громко рыгнул.
– Что вы хотите знать о Сейтзене? – Спросил он.
– Я слышал, что тамошняя мельница принадлежит семье Швиммеров. Можете ли вы, из милости своей, подтвердить эту информацию? И указать мне подробную дорогу, ибо где находится это село я только на карте и видел?
– Мельница, мельница, мельница ... - Он потёр подбородок жирными пальцами. - Правильно: мельница. Я придумал лучше, мастер. Я не только укажу вам путь, но и пошлю с вами парня, чтоб показал все, что вам нужно.
– Покорнейше благодарю, - ответил я. - Вы окажете мне этим большую помощь.
– Могу ли я узнать, с вашего позволения, мастер Маддердин, что за дело привело вас в Сейтзен?
– Простите, но моя служба в значительной мере предполагает секретность.
–Да-да, конечно, – отступил он сразу. - Простите за глупые вопросы. Выпьем ещё и попробуем форель. Только сегодня поймана…
Мы ели и пили до сладкого пресыщения, а сборщик Книпроде оказался неожиданно приятным и остроумным собеседником. Незадолго до заката он вызвал одного из своих работников и наказал ему отвести меня к мельнице в Сейтзен.
– Может, переночевали бы вы в Готтингене, – предложил он. – Поскольку до Сейтзена доберётесь не ранее, чем через несколько часов.
– Благодарю вас, - ответил я, - но мне это не препятствует.
И действительно, я желал оказаться у хозяйства Швиммеров ночной порой, поскольку знал, что тогда я смогу сделать соответствующие исследования и наблюдения, не опасаясь человеческого любопытства. Ведь известно, как обстоит дело в небольших сёлах - каждый чужак вызывает там живой интерес.
* * *
В Сейтзене мы оказались после заката, но в сумерках прекрасно видна была мельница, возвышающаяся над запрудой.
– Вот и Швиммеры - сказал, указывая здание пальцем, мой проводник, молодой парень с лицом плутоватого лисёнка.
Мы привязали коней к деревьям на взгорке, а сами встали под прикрытием густых кустов. Я осмотрел окрестности и увидел серый дым, который поднимался из дымоходов недалёких зданий.
– Здесь проживают, так?
Помощник Книпроде энергично закивал головой.
– Я могу уже ехать, мастер? - спросил он безропотным тоном. – Я ведь всё вам уже показал как есть...
Очевидно, он не хотел участвовать в дальнейших событиях вечера, и я не удивлялся этому.
– Ещё минуту, парень, - ответил я. - Не знаешь, одно у них строение? Только эта мельница?
– Хм, хм. - Потёр он пальцами прыщавый подбородок. - А вы знаете, нет! – Он хлопнул себе по лбу так сильно, словно убивал отравляющего жизнь комара.
– Ну? – поторопил я его.
– Такой сарай у них ещё есть, будто склад или что... Я знаю, потому что сам когда-то с уважаемым господином Книпроде искал там старика Швиммера.
– Тогда покажи мне ещё этот сарай, и можешь уезжать в Готтинген.
Мы вернулись к коням, но помощник Книпроде посоветовал не садиться, потому что он поведёт меня извилистой боковой тропинкой, где есть камни и обрывы, а ветви деревьев свешиваются слишком низко, чтобы это было удобно для всадника. Я послушал его, и он вывел меня практически на вершину взгорья, у подножия которого я увидел в блеске месяца деревянный сарай. Я разглядывал его весьма внимательно, ибо блеск огня просвечивал через многочисленные щели в досках.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
