Входит Мерримен, за ним лакей с подносом, скатертью и подставкой для чайника. Сесили готова дать достойный ответ, но присутствие слуг заставляет ее сдержаться, как, впрочем, и Гвендолен. Это злит девушек.
Мерримен. Чай накрывать, как всегда здесь, мисс?
Сесили (сдерживая раздражение, спокойным голосом). Да, здесь.
Мерримен начинает освобождать стол и накрывать его к чаю. Продолжительная пауза. Сесили и Гвендолен бросают друг на друга свирепые взгляды.
Гвендолен. Есть ли у вас здесь интересные маршруты для пешеходных прогулок, мисс Кардью?
Сесили. О да, сколько угодно. С вершины одного из близлежащих холмов видно пять графств.
Гвендолен. Пять графств! Вряд ли мне это могло бы понравиться. Ненавижу всякого рода скопления!
Сесили (очень любезно). Именно потому вы, вероятно, и живете в Лондоне?
Гвендолен (закусывает губу и, озираясь, нервно постукивает зонтиком по ноге). Здесь у вас очень мило, мисс Кардью.
Сесили. Рада, что вам понравилось, мисс Ферфакс.
Гвендолен. Мне трудно было представить, что в такой глуши может быть хоть что-то, напоминающее хороший вкус. Я приятно удивлена.
Сесили. Боюсь, вы судите о деревне, основываясь на том, что видите в Лондоне. Лондонские дома, как мне кажется, в большинстве своем очень вульгарны.
Гвендолен. Да, пожалуй, они ослепляют сельский ум. Лично мне трудно представить, как можно жить в деревне, — конечно, если ты из себя хоть что-нибудь представляешь. Мне деревня быстро надоедает до смерти.
Сесили. Неужели? Газеты это явление называют сельскохозяйственной депрессией. Мне кажется, нынешняя аристократия страдает от этой болезни в усиленной форме. Как мне рассказывали, среди них это чуть ли не эпидемия. Не угодно ли чаю, мисс Ферфакс?
Гвендолен (с подчеркнутой вежливостью). Благодарю вас. (В сторону.) Несносная девчонка! Но мне очень хочется пить.
Сесили (очень любезно). Положить сахару?
Гвендолен (высокомерно). Нет, благодарю вас. Сахар больше не в моде.
Сесили (сердито смотрит па нее, берет щипчики и кладет ей в чашку четыре куска сахара, затем холодно спрашивает). Пирог или хлеб с маслом?
Гвендолен (с безразлично-скучающим видом). Хлеб с маслом, пожалуйста. В приличных домах сейчас не принято подавать сладкие пироги.
Сесили (отрезает большой кусок пирога и кладет на поднос рядом с чашкой чая). Передайте мисс Ферфакс.
Мерримен ставит поднос перед Гвендолен и вместе с лакеем уходит.
Гвендолен (отпивает из чашки, морщится, ставит чашку на стол и протягивает руку за хлебом, но видит, что это пирог, и вскакивает в негодовании). Вы набросали мне до верху сахара, и хотя я совершенно отчетливо попросила дать мне хлеб с маслом, вы подсунули мне пирог. Всем известны мои деликатность и мягкость характера, но предупреждаю вас, мисс Кардью, вы заходите слишком далеко.
Сесили (тоже встает). Чтобы спасти моего бедного, ни в чем не повинного, доверчивого мальчика от происков коварных женщин, я готова пойти на любые крайности!
Гвендолен. С той самой минуты, как я увидела вас, я все время была начеку, зная, что вам нельзя доверять. Я сразу поняла, что вы притворщица и обманщица, а меня трудно ввести в заблуждение в такого рода вопросах. Первое мое впечатление всегда оказывается безошибочным.
Сесили. Мне кажется, мисс Ферфакс, я злоупотребляю вашим драгоценным временем. Вам, вероятно, предстоит сделать еще несколько таких же визитов по соседству.
Входит Джек.
Гвендолен (увидев его). Эрнест! Мой дорогой Эрнест!
Джек. Гвендолен!.. Милая! (Хочет поцеловать ее.)
Гвендолен (отстраняясь). Минутку! Позволено ли мне узнать, не помолвлены ли вы с этой молодой леди? (Показывает на Сесили.)
Джек (смеясь). С малышкой Сесили? Конечно, нет. И как только могла подобная мысль возникнуть в вашей хорошенькой маленькой головке?
Гвендолен. Благодарю вас. Теперь можно. (Подставляет щеку.)
Сесили (мягко и приветливо). Я знала, что тут какое-то недоразумение, мисс Ферфакс. Джентльмен, чья рука в данный момент лежит на вашей талии, и есть мой опекун — мистер Джон Уординг.
Гвендолен. Простите, не поняла.
Сесили. Это дядя Джек.
Гвендолен (отстраняясь от него). Джек! О Боже!
Входит Алджернон.
Сесили. А вот и Эрнест!
Алджернон (никого не замечая, идет к Сесили). Любимая моя! (Хочет ее поцеловать.)
Сесили (отступая). Минутку, Эрнест! Могу ли я вас спросить — вы помолвлены с этой молодой леди?
Алджернон (озираясь). С какой молодой леди?.. Силы небесные! Гвендолен!
Сесили. Вот именно, с Гвендолен.
Алджернон (рассмеявшись). Ну конечно, нет! И как только могла подобная мысль возникнуть в вашей хорошенькой маленькой головке?
Сесили. Благодарю вас. (Подставляет щеку для поцелуя.) Теперь можно.
Алджернон целует ее.
Гвендолен. Я сразу почувствовала, мисс Кардью, — тут какая-то ошибка. Джентльмен, который вас сейчас обнимает, — мой кузен, мистер Алджернон Монкрифф.
Сесили (отстраняясь от Алджернона). Алджернон Монкрифф? О Боже!
Девушки сходятся и обнимают друг друга за талию, как бы ища друг у друга защиты.
Сесили. Так вас зовут Алджернон?
Алджернон. Да, отпираться не стану.
Сесили. О Господи!
Гвендолен. Ваше имя действительно Джон?
Джек (горделиво). При желании я мог бы это отрицать. При желании я мог бы отрицать все, что угодно. Но мое имя действительно Джон. И уже много лет.
Сесили (обращаясь к Гвендолен). Мы обе жестоко обмануты.
Гвендолен. Моя бедная оскорбленная Сесили!
Сесили. Моя дорогая обиженная Гвендолен!
Гвендолен (медленно и серьезно). Называйте меня сестрой, хорошо?
Они обнимаются. Джек и Алджернон тяжело, со стоном вздыхают и начинают ходить взад и вперед по комнате.
Сесили (как если бы ее осенило). Есть один вопрос, который я хотела бы задать опекуну.
Гвендолен. Прекрасная идея! Мистер Уординг, я тоже хотела бы задать вам один вопрос. Где ваш брат Эрнест? Мы обе помолвлены с вашим братом Эрнестом, и нам очень важно знать, где он сейчас находится.
Джек (медленно и неуверенно). Гвендолен… Сесили… Мне очень трудно говорить об этом, но я готов открыть вам всю правду. Впервые в жизни я оказался в таком затруднительном положении, и быть до конца откровенным мне совсем непривычно. И все же признаюсь вам по совести, что брата Эрнеста у меня нет. У меня вообще нет никакого брата. Никогда в жизни у меня не было братьев, и я не испытываю ни малейшего желания обзаводиться ими в будущем.
Сесили (с изумлением). Никакого брата?
Джек (бодрым голосом). Никакого.
Гвендолен (сурово). И никогда не было — хоть какого-нибудь?
Джек (чуть ли не игриво). Не было — даже самого завалящего.
Гвендолен. Боюсь, Сесили, вывод может быть только один — мы с вами ни с кем не помолвлены.
Сесили. Как грустно, когда молодая девушка внезапно оказывается в таком неприятном положении. Не правда ли?
Гвендолен. Давайте-ка выйдем в сад. Едва ли они осмелятся увязаться за нами.
Сесили. Исключено — мужчины такой трусливый народ.
Выражая всем своим видом презрение, они удаляются в сад.
Джек. В хорошенький же переплет я попал по твоей милости! (Алджернон садится за чайный столик и как ни в чем не бывало наливает себе чай.) С чего это тебе взбрело в голову приезжать сюда и изображать из себя моего брата? Хуже придумать ты ничего не мог.
