Не удивительно, что вся сложность отношений с матерью, взаимное непонимание, несоответствие мнений и интересов наиболее ярко проявились в один из самых ответственных моментов в жизни Елены – при выборе ею спутника жизни…
В воспоминаниях Н.В. Шишкиной говорилось и о том, в какой обстановке проходили юные годы Елены Ивановны, а также о ее родне со стороны матери – семье ее тети, княгини Путятиной. В ее доме Екатерина Васильевна и Елена проводили много времени.
О семье Путятиных Н.В. Шишкина пишет: «…надо сказать несколько слов о ее родне, семье ее тетки, родной сестры ее матери, Евдокии Васильевны, урожденной тоже Голенищевой-Кутузовой. Евд[окия] Вас[ильевна] обладала необычайно красивым колоратурным сопрано и пела с огромным успехом в опере Мариинского театра в Петербурге. В нее влюбился богатый князь Митус[ов], заплатил театру громадную неустойку, она ушла со сцены и вышла за него замуж. Но это был человек с тяжелым характером. Они развелись, и Евд[окия] Вас[ильевна] вышла замуж за князя Путятина, который нуждался в матери своим двум сыновьям. От этого брака у них были две дочери. Искусство музыки и пения царило в их доме, пели и дочери, и она сама. Дом их напоминал дом Ростовых в “Войне и мире”. Вот та обстановка, в которой Е.И. проводила свою молодость. У кн[язя] Путятина был свой особняк в Петербурге и именье в Новгородской губернии. Они вели великосветский образ жизни. У них бывали блестящие балы, и, конечно, на этих балах всегда бывала Е.И., всегда в красивом бальном туалете, – она мало танцевала, больше сидела где-нибудь в конце зала, окруженная толпой поклонников.
У нее было много завистниц ее успехам в обществе, много предложений выходить замуж.
[Был] один очень блестящий молодой человек, бывший лицеист, единственный сын у родителей, миллионер, ему принадлежало Общество Пароходства на Волге “Самолет”. Он был без памяти влюблен в Е.И., делал ей предложения, но и он получил отказ. Все окружающие ее и ее родные не могли этого понять: как отказать такому жениху, о котором так мечтали все петербургские красавицы.
Но она говорила, что она поставила себе задачей в жизни выйти замуж за человека – знаменитого служителя искусства, будь то музыкант, певец, художник, живописец или скульптор, но непременно человек с высшим дарованием и талантом» [71] .
Желание Елены Ивановны было вполне понятным.
Так уж устроена жизнь женщины, что одним из самых важных событий в ней является замужество. В дореволюционные годы это событие определяло всю судьбу женщины в гораздо большей степени, нежели в нашу эпоху. Именно поэтому юная Елена решила выйти замуж только за человека из творческой среды – художника, музыканта, скульптора, но непременно человека талантливого и духовного.
Ее желание совпало с Высшей волей – она встретила такого человека…
Однако право на осуществление этого желания ей пришлось отстаивать в упорной борьбе с мнением своей семьи, навязывавшей ей свои представления о том, какой муж ей нужен. И несмотря на молодой возраст, Елена Ивановна победила в этой борьбе, отстояв свой выбор и свое право на подлинное счастье.
Глава 4. Битва за счастье
Судьбоносная встреча
Говорят, что браки заключаются на небесах. Судьбоносные встречи, наверное, планируются там же. Таинственные космические часы отсчитали заветное число лет, месяцев и дней – и принесли в жизнь Елены Ивановны встречу с человеком, который станет для нее не только спутником жизни, но и единомышленником, сподвижником. Разумеется, эта встреча была не случайной – она была дана Учителем как необходимое и важнейшее событие в жизни его будущих сотрудников. «Встреча, безусловно, была кармически предуготовленной», – писал об этом событии П.Ф. Беликов [72] .
Это произошло в 1899 году. Елене Ивановне было тогда 20 лет.
Летние месяцы Елена с матерью почти всегда проводили в гостях у княгини Путятиной, в Бологом – имении Путятиных в Новгородской губернии. Усадьба князя располагалась в живописном месте на берегу чудесного озера – оно имело 22 км в окружности. Князь Путятин увлекался археологией, сам проводил раскопки. Новгородская губерния всегда представляла собой настоящий кладезь для археологов; там велись раскопки очень древних мест. Старого князя часто навещали другие археологи – он охотно помогал коллегам по увлечениям всем, чем только мог.
Летом 1899 года в имении Путятиных появился скромно, по-дорожному одетый молодой человек. Это был уже в то время известный художник Николай Константинович Рерих. Он заехал в Бологое по пути – Русское археологическое общество командировало его в Псковскую, Тверскую и Новгородскую губернии для изучения вопроса о сохранении памятников старины [73] . Однако князь Путятин был в это время в отъезде – уехал на несколько дней, чтобы принять участие в раскопках. Рериху пришлось ждать возвращения князя три дня в его доме. За эти три дня он и познакомился с той, которую впоследствии сам назовет своей Ведущей и которую будет боготворить всю свою жизнь.
На сегодняшний день существуют две версии, точнее, два рассказа-воспоминания о том, как состоялось это знакомство. Первый рассказ принадлежит уже известной нам Наталии Владимировне Шишкиной, а второй рассказ был записан Зинаидой Григорьевной Фосдик со слов самой Елены Ивановны. Вот как передавала подробности той важной встречи Н.В. Шишкина в своих воспоминаниях: «Однажды вся семья Путятиных отправилась в свою деревенскую баньку, построенную тут же на краю парка, на берегу озера. Е.И. первая вернулась и, проходя через переднюю, увидела в углу сидящего человека; она машинально взглянула на него и прошла мимо, приняв его за охотника или за одного из служащих князя Путятина. Сам Путятин был в это время в отъезде, тоже по делам раскопок, уехал туда на несколько дней. Она не очень большое внимание уделила … ожидающему человеку, но этот скромно сидящий человек с огромным удивлением перед ее красотой поглядел на нее. Она шла с распущенными после мытья волосами, которые, как длинная пелерина, окутывали до низу ее стан. Вернувшись из бани, вся семья села за стол в столовой ужинать, и тут только Е.И. вспомнила, что в передней “сидит какой-то человек, приехавший, должно быть, по делу к дяде”. Спохватившись, пошли к нему, пригласили его к столу. Это был невзрачно одетый, в охотничьих высоких сапогах, куртке и фуражке, человек, очень скромно назвавший свою фамилию – Рерих.
Из разговора выяснилось, что он и есть знаменитый уж в то время художник Рерих, чьи картины уже были в Третьяковской галерее в Москве и на выставках картин Петербурга, и что приехал он к старому князю-археологу по делам археологических раскопок, производимых в этой местности. Старик-князь задержался в пути, и несколько дней прогостил Рерих в их усадьбе в ожидании приезда князя» [74] .
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
