и красивой, настоящей Огненной. За это и любила.
Я вздохнула: ноги снова страшно ныли в неудобных туфлях. Я так устала, что в один миг не удержала равновесие и расплескала кофе, которым планировала немного взбодриться. Даже спустя много часов полета я не пришла в себя после резкого пробуждения.
— Понимаю, почему Джулиан с тобой развелся, — хмыкнула Принс, наблюдая, как я ползаю с тряпкой, вытирая кофейные разводы.
— Злишься, что старшая сестричка взяла в постель твою игрушечку? — хмыкнул Джулиан, поднимаясь в кабину.
Он бросил на стол перед Морганом папку с отчетами.
— На, проверь.
Принс дождалась, когда Златокрылый снова обратит на нее внимание и ослепительно улыбнулась, не забыв распустить роскошные локоны.
— Ну что ты, Джулиан, я просто искренне удивлена: неужели ничего не изменилось? Квин была по уши в тебя влюблена, без умолку трещала о том, как ждет свадьбы! Столько лет прошло, а она все такая же… Такое постоянство даже восхищает.
Если бы я могла пожелать себе магическую силу, я бы все отдала, чтобы научиться проваливаться сквозь землю! Или чтобы перестать краснеть каждый раз, когда кто-то говорит обо мне… ну вот что-то такое. Может, если бы я не ползала по полу, собирая осколки чашки, то нашлась бы, чем ответить Принс, но под всеобщими взглядами я, чувствуя, как к лицу приливает жар, пробормотала что-то невнятное и отвернулась.
Более униженно я, пожалуй, себя еще не чувствовала.
— Понятно, — как-то нехорошо протянул Златокрылый.
А потом резко протянул руку и схватил Принс за ухо.
— Ай-ай! Больно! — заверещала сестра, приподнявшись на цыпочки.
Не обращая внимания на протесты, Джулиан потащил ее к выходу. Морган и Делайла не могли пропустить такое шоу, да и я, даже будучи слегка растерянной, вышла следом. Пока Берр, на которую мы пересели у границы, мыли, прямо через тучи брызг, Джулиан протащил Принс к выходу и вышвырнул на газон перед ангаром. К нам уже спешил обеспокоенный Пламенеющий, готовый защищать рыдающую Принс. Да я и сама была в шаге от того, чтобы кинуться успокаивать неразумную младшенькую.
— Господин Златокрылый!
— Чтоб я ее больше не видел! — рыкнул тот.
— Стажеры — часть вашей профессии!
— Вот эта — явно филейная. Я. Сказал. Она. Больше. Не. Стажируется. Так понятнее или по слогам прочитать?
— Джулиан! То, что я не могу вас уволить не означает…
Но Джулиан уже шел обратно в ангар.
— Ну что нам с ним делать… — устало вздохнул Пламенеющий.
Я приблизилась, чтобы помочь Принс подняться, но сестра с ненавистью меня отпихнула.
— Убирайся! Все из-за тебя! Всегда все из-за тебя!
— Да и шли бы вы… — пробормотала я.
Надо снова себя спросить, не хочу ли вернуться на кухню, раскладывать колбаски в касалетки. У них хотя бы причин для ненависти не имеется.
Глава пятая. Дракон всегда прав
Если дракон не прав — это не дракон
После рейса всегда давали выходной. Даже не знаю, стоило ли ему радоваться, одиночество и безденежье не располагали к хорошему настроению, но первый рейс вымотал сильнее, чем я ожидала. И дело было не столько в непростых отношениях в коллективе, сколько в свалившейся нагрузке. Никакая учеба не сравнится с работой в небе, с многочасовым стоянием на ногах, заполнением отчетов, общением с пассажирами. Я чувствовала себя выжатым лимоном, так что два дня отдыха оказались вполне кстати.
И командировочные выплатили, так что я даже позволила себе бутылку недорогого, но неплохого вина.
Немного пошмыгала носом от обиды, но полноценно рыдать не хотелось. Принс била в больные места, я до сих пор злилась за щенячью восторженность перед свадьбой. Что скрывать, идеальная картинка счастливого брака гнала меня вперед, в дом Златокрылого. Кого бы не гнала? Если отбросить поганый характер, о котором я тогда не знала, то Джулиан был хорош. Высокие блондины всегда мне нравились.
По большей части вином я заливала чувство стыда. Мне следовало, как более разумной и взрослой, сестре ужасаться поведению капитана и жалеть бедную влюбленную Принс, а я испытывала мстительное удовлетворение от того, как поганку за ухо выкинули за ворота.
Низко и мелочно конкурировать с семнадцатилетней девчонкой, младшей сестрой, но я ничего не могла с собой поделать. Из-за этого злилась, а еще старалась не думать о третьей стороне — Джулиане. И о том, была бы моя реакция на Принс другой, если бы она решила завоевать Моргана, а он за ухо вышвырнул ее прочь? Я бы точно так же сидела и радовалась, или кинулась защищать Принс от бесчувственного чурбана?
Ответ был очевиден, именно поэтому я коротала выходной наедине с собой, вином и небольшим кусочком сыра. Его я тоже не могла себе позволить, но позволила, потому что держаться не осталось сил.
Еще была какая-то не слишком интересная книга. Именно ей я была занята, когда в дверь постучали.
Вопреки здравому смыслу я испугалась. Кто мог явиться ко мне? Хозяйке я заплатила еще до выхода на новую работу, потому и сидела без денег. А больше никто за несколько лет не изъявлял желания меня навестить.
«Только не Златокрылый! Пожалуйста, пусть это будет не Златокрылый!», — мысленно взмолилась я.
Это был не Златокрылый.
Это был папа.
От неожиданности я сделала несколько шагов назад, чем он и воспользовался: прошел в комнату и с выражением легкой брезгливости осмотрелся. Особенно задержав взгляд на початой бутылке вина. В оправдание: я успела отпить едва ли пол бокала. Но папу это не волновало.
— Отдыхаешь, — резюмировал он.
— Что ты здесь делаешь?
— Принс сказала, ты вернулась.
— Я никуда и не уезжала.
Вот только не надо играть в эту игру! При желании отец мог раздобыть мой адрес за считанные минуты, просто у него этого желания не было.
— Принс сказала, ты работаешь с бывшим мужем.
— Я работаю в «Драконьих Авиалиниях». А у него доля в компании. Сложно не пересекаться.
— Да уж, и не говори, эти совещания в постели одноместного номера на крайнем севере…
— Что тебе нужно? Пришел просить за Принс? Я не мешаю ее отношениям с Джулианом. Мне плевать, с кем он спит и на ком женится. И ты, конечно, не хочешь знать моего мнения, но я его все-таки озвучу: было жестоко отправлять Принс ему на растерзание. Джулиан Златокрылый — сволочь, грубиян и бабник. Он может быть выгодным мужем, но не хорошим. А Принс — наивный ребенок, и если хочешь устроить ее брак, то делай это сам, не подставляя дочь под удар.
Папа по-хозяйски расселся на диване
