и лениво махнул рукой.
— Принс еще маленькая. Да, я был бы не против, если бы она стала Златокрылой и до сих пор уверен, что брак добавит ей мозгов. Но насильно мил не будешь, Джулиан не проявляет к ней интереса, а значит, так тому и быть.
— Ну и в чем проблема? Ко мне ты зачем пришел? Отчитаться о педагогических успехах?
— Все очень просто, Квин. Я хочу, чтобы ты вернулась к Джулиану.
— А? — зачем-то переспросила я.
Папа терпеливо повторил:
— Ты вернешься к Джулиану Златокрылому. Полагаю, после вчерашнего для тебя это не станет серьезной проблемой. Понимаю, спустя столько лет это непросто. Можешь не сразу, аккуратно, по-женски. Пусть думает, что сам тебя вернул, что ты не устояла, и старые чувства вспыхнули вновь.
— Я не хочу возвращаться к Джулиану!
Отец иронично приподнял одну бровь. Он, конечно, не был настолько наивен, чтобы ждать от меня беспрекословного подчинения, но все же пришел явно уверенный в том, что раскрыл наш с Джулианом тайный роман. И, дабы смыть с себя позор, я немедленно попрошусь обратно замуж, а Златокрылый, как порядочный мужчина… Нет, в такие фантазии даже папа не поверил бы.
— Дорогая, мы живем в достаточно свободном и терпимом мире, где секс без брака не есть нечто предосудительное, но давай будем честны друг с другом, как два взрослых и, хочется верить, умных человека. Твой демарш не оказался успешным. Независимая жизнь оказалась совсем не такой сладкой, как тебе виделась. Теперь у тебя два пути: или остаться любовницей Златокрылого, перебиваясь его подачками до тех пор, пока не появится новая пассия, или все же взяться за ум. Статус госпожи Златокрылой дает куда больше, чем прозвище «очередная подстилка Джулиана».
Он умолк, чрезвычайно довольный произведенным эффектом. Явно считал, что я потеряла дар речи от осознания очевидных истин.
— Так. По порядку. Я не любовница Златокрылого.
— Да, и ты не ночевала в его номере в гостинице.
— Нет.
— Квин, хватит врать, об этом шепчутся все «Драконьи Авиалинии».
Кто бы сомневался. Они там, небось, еще подрались за право слить жаркую сплетню. Не то чтобы я рассчитывала, что будет по-другому, просто старалась не думать, что еще услышу с утра на работе. Помимо того, что я предательница и стукачка.
— Это он ночевал в моем номере. А знаешь, почему? Потому что Принс вешалась на него весь день и завалилась в спальню. Она ему прохода не давала! Что, надо было отправить его спать в коридор или на лавочку у входа в мороз?
— И, конечно, из всех членов команды Златокрылый выбрал именно тебя. Именно к тебе — вот удача! — попросился на ночевку.
— Его так-то не очень любят, если ты не в курсе.
— И номеров свободных не было?
— Не было.
Я никак не могла понять, почему оправдываюсь перед отцом. Как будто я ему что-то должна!
— Не будь дурой, Квин! Златокрылый может купить весь отель, если захочет! Уж кому-кому, а ему точно не надо побираться по чужим кроватям. Стоит захотеть — и ему организуют рейс в столицу, в лучший отель, а потом доставят прямиком к старту. Или что, он решил не беспокоить руководство «ДА»? Или, может, экономит?
Закусив губу, я упрямо вздернула подбородок.
— Это твой шанс, и ты им воспользуешься. Через месяц ты должна быть как минимум его невестой.
— Иначе что?
— Иначе, — отец угрожающе прищурился, — я выкуплю твой заем. И заставлю вернуть все разом. Тогда тебе придется вернуться домой и делать то, что я скажу. Ну или идти на улицу и думать, как заработать денег в кратчайшие сроки, если ты понимаешь, о чем я.
— Убирайся! — Я взвилась с места и едва не запустила в папу бутылкой. В последний момент вино, купленное за свои кровные, стало жалко.
Оно мне еще пригодится.
— У тебя есть время подумать, — равнодушно пожал плечами отец. — Это твой шанс исправить то, что ты натворила и загладить вину перед семьей. Не усложняй себе жизнь, Квин. Я все равно выйду победителем.
Отец ушел, оставив меня наедине с шоком и призрачной надеждой, что его приход мне просто привиделся. И он не требовал от меня вернуться к бывшему мужу и не угрожал, что в ином случае загонит в долги.
Я протянула руку, схватила бутылку и сделала хороший глоток.
Мысли не прояснились, но стало чуть легче. Может, каким-то чудом пронесет?
Почему я много лет не замечала, что у родителей есть старшая дочь и любимая? Или Принс всего лишь повезло вырасти достойной в понимании отца дочерью, и она не разочаровывает его, в отличие от меня? Отцу ведь действительно плевать, окажусь я в долгах или в постели Златокрылого. Плевать, что будет со мной, если придется выплатить весь заем, ровно как и плевать, как я буду чувствовать себя женой Джулиана. Ему нужны две вещи: связи и наши со Златокрылым одаренные магически дети.
От возмущения, обиды и бессильной злости я не могла найти себе место. Ходить туда-сюда по крошечной комнатке было неудобно, и после двух отбитых об углы мебели мизинцев, я отправилась в парк.
Холодный воздух отрезвил. Я прошлась до центра, пересекла парк и только на набережной выдохнула, сбавив шаг. С удивлением обнаружила, что выходной совпал с каким-то городским праздником, и по всей набережной работают ярмарочные шатры.
А еще свои двери распахнули десятки баров и таверн. И каждая на свой лад зазывала расслабленных посетителей. Где-то предлагали скидку, где-то живую музыку, а где-то бесплатный коктейль или закуску. Я пересчитала имеющуюся наличность, прикинула, сколько смогу потратить на восстановление душевного равновесия, и выбрала небольшой бар в отдалении от центральных улиц. У него не было летней веранды, зато зал был выдержан в старинном стиле. Лишь войдя я поняла, что интуитивно выбрала место, связанное с драконами: здесь они оказались буквально везде. На картинах, на резном декоре столов и стоек, на рукоятях ножей.
Я даже заметила несколько знакомых лиц, но, поскольку уже начала изучать меню коктейлей, решила не беспокоиться. Я работаю в самой известной и самой крупной компании мира, вряд ли те, кого я мимоходом вижу на работе, даже знают, как меня зовут. Для них рыжая девица из какой-то там команды — не более чем еще одна смутно знакомая коллега.
Но некоторые, впрочем, узнавали меня не только в лицо.
— О, рыжая, — раздалось подозрительно знакомое сзади.
Несколько секунд во мне боролись желание бросить оплаченный коктейль и сбежать с нежеланием терять из-за идиота бывшего остатки настроения. Но я на всякий
