Читаем без скачивания Поселок кентавров - Анатолий Ким

Посмотрел на него и Потогришечек с косматой гривою и с такою же косматой бородкой. Он посмотрел столь же неопределенно, как и все остальные кентавроны. Но он стоял ближе всех к новоявленному вождю, и это предрешило его участь. Коротко вскинувшись на дыбы, Кехюрибал двумя передними ногами обрушился на грудь Потогришечеку. Этот охнул испуганно и, взмахнув руками, мгновенно исчез за краем обрыва.

Два трупа неподвижно лежали внизу один возле другого, чуть ли не обнявшись, и, полюбовавшись на них, кентавры вновь подняли глаза на лысого Кехюрибала, и в их взглядах новый копытоводитель уже не увидел никаких смутных чувств. Общий единообразный взгляд кентавронов был ясным, исключительно одобрительным безо всякого сомнения.

Кехюрибал тут высморкнулся, зажимая большим пальцем по очереди широкие ноздри своего вздернутого носа, наклонился к струе и принялся жадно пить. И никто в это время не подумал к нему приблизиться. Командир основательно напился прохладной водицы и неспешно уступил место следующему, мухортому битюгу Гухемгухему, буйно бородатому, с полуседой сивой гривою.

Утолив жажду, отряд кентавров спустился с водопойной скалы и направился в сторону ближайшего леса, зеленеющего на склоне горы.

Свежее лесное веяние пробудило надежды кентавров, они жадно потянули воздух ноздрями, зачихали жизнерадостно и бодро зашагали, выпрямив свои человеческие станы, покачивая широко расставленными локтями, деловито махая хвостами. Лес обещал им долгожданный корм, впереди отряда шел новый командир, сверкая шаровидным голым черепом, и его лысина казалась теперь кентаврам совсем не такою, как вчера.

Это была отныне совсем не смешная, а какая-то особенная лысина: можно сказать, она была похожа на самую лучшую в мире круглую лачачину, только что вымытую в чистой воде… И подобным образом мечтая о лучшем будущем, кентавры незаметно для себя перешли на рысь.

Когда они были уже близко к опушке леса, длинными гривками зелени уходящего вверх по склону, вдруг под купою отдельно растущих деревьев обозначился человек. Он был с голыми ногами, одетый в шкуру овцы, с обнаженным левым плечом, в руке держал короткую палочку.

Кентаврский отряд дружно замедлил бег и, пыля копытами, притормозил возле неизвестного томсло. Тот с удивленным лицом взирал на них и, держа на плече палочку, шагнул навстречу кентаврам. Эти также раскрыли рты от удивления, ибо в стоявшем перед ними существе они учуяли и увидели человеческую самку, выпустившую на волю свою голую левую грудь. На месте правой женской груди у нее было плоское. место, прикрытое полосою белой овечьей шкурки.

Под легкой меховой одеждой амазонки бугрилось и дышало могучее тело, снизу на ней были короткие меховые штанишки из пятнистой барсовой шкуры, голые свободные ляжки ее, толстые и дебелые, были искусаны комарами и расцарапаны до багровых полос.

Учуяв вблизи здоровенную теку с, едва прикрытую барсовой шкурою, из-под края которой выглядывали ее собственные темные, длинные, буйно вьющиеся волосы, кентавры радостно заперхали, высунув языки. И несмотря на многодневный голод, их елдораи начали высовывать свои головы из капюшонов.

А лысый командир Кехюрибал чуть не до самой земли вывалил свои жеребячьи возможности и, широко расставив руки ладонями вперед, крадучись двинулся к амазонке. Он как бы играл в ловлю птицы мереке, чьи хвосты украшали головные уборы кентаврийских щеголих. При этой игре так и двигались: как бы бесшумно подкрадываясь, на мысках всех четырех копыт, иноходью, растопырив руки и в знак высшей настороженности шевеля кончиком высунутого языка и скосив к переносице глаза.

Неожиданно повела себя, при этом амазонка: не побежала прочь, испуганно оглядываясь, не вскрикнула со страху, а спокойно шагнула в сторону, упрочилась на широко расставленных ногах и, встряхнув рукою, расправила по земле то, что оказалось прикрепленным к концу палочки. Это был плетенный из бычьей кожи чудовищной мощности пастушеский бич — самое надежное оружие против горных хищников, волков и барсов. О существовании такого оружия кентавры ничего не знали.

И когда крадущийся «птицелов» с мотавшимся причиндалом приблизился на вполне подходящее расстояние, амазонка шагнула вперед и с воинственным вскриком «хэс-с-с» нанесла бичом первый удар по конскому телу кентавра. От неожиданности и страшной боли конечеловек так и взбился на месте — приземлился, отскочил в сторону, споткнулся о камень, упал. Тут же щелкнул следующий удар, оставивший на человеческом плече кентавра мгновенно вздувшийся багровый рубец. — Хэс-с! хэс-с! — продолжались удары, И амазонка безжалостно катала по земле корчившегося кентавра. Тот вскочил, кинулся прочь, остальные кентавры также бросились врассыпную, отбежали И остановились, оглядываясь через плечо назад.

Но амазонка не дала убежать их копытоводителю — змеей пустила бич над травою, его конец обвился за бабку передней ноги Кехюрибала. Мгновенно с силою дернув ременный бич на себя амазонка вновь повергла наземь лысого кентавра и. резво подбежав к нему, уселась верхом на его пятнистое брюхо задом наперед.

Саврасый был крупным кентавром и сильным воином, но, не зная приемов самозащиты без оружия, Кехюрибал лишь визжал от щекотки и мотал копытами в воздухе, подбрасывая на своем брюхе сидящую верхом амазонку. Ее звали Полифимьей, то была здоровенная амазонская соддатиха, охотница на львов.

Она ненавидела все мужское на свете — подскакивая на чувствительном Жеребячьем пузе, свирепая андрофобка озверела от ненависти и схватилась за рукоять ножа, висевшего на поясе в ножнах.

Полифимья любила холостить рабов, уже с дюжину их бегало по Амазонии с отрезанными лично ею елдолачами. Но на этот раз она действовала в ослеплении такой ярости, что и до причин не добралась, а в гневе ухватилась сразу за то, что моталось под самым ее носом. Стоило только ей это сделать, как саврасый испустил одновременно стон сладострастия и струйку щедрого кентаврского семени.

Но сие последствие особенно взъярило андрофобку. Бешено мотнув стриженой головою и даже плюнув от злости, она широким ножом, зажатУм в правой руке, смахнула то, что держала левой. Оружие было сделано в стране Халиб, нож был железным, одним из немногих, имевшихся в стране амазонок. Темная кровь хлынула страшным потоком из круглой раны, столь же страшным был последний крик Кехюрибала. И затем он сразу умер, получив от судьбы серемет лаеай.

Соддатиха Полифимья была одна из тех амазонок, которые когда-то под командованием воительницы Апраксины преследовали стаю львов и попали в страну кентавров. Там они имели сражение с конечеловеческой четырехногой пехотой — амазонки впервые увидели кен/гаврскую фалангу. Нелепая и смешная с виду, марширующая пехота была тем не менее неприступна для атакующей конницы…

Пришлось амазонкам тогда отступить. И с тех пор ненависть к кентаврам у Полифимьи была особенно велика; размахнувшись тем, что-моталось у нее в левой руке, она швырнула это в толпу трепещущих кентавров и не промахнулась: амазонские соддатихи одинаково хорошо владели и левой и правой рукою.

От ужаса взвизгнув и заржав по-лошадиному, кентавры галопом ушли в рассеяние по всей горной долине, бросив у ног амазонки своего нового предводителя, который был добродушно-покоен в смерти. Полифимья тщательно вытерла нож о его пятнистую шкуру и вложила в деревянные ножны — охотница очень дорожила своим редкостным оружием и берегла его от ржавчины.

Вдруг загремела земля — из ближайшего леска вылетело в долину вытянувшееся в длину стадо быков, поднимая над собою тучу пыли. И в этой пыли скакали, пригнувшись к лошадиным шеям, две молодые амазонки, размахивая и щелкая бичами.

Полифимья едва успела отскочить за дерево, как стадо быков набежало, и самые передние начали с ревом бить рогами и топтать труп кентавра. В одйо мгновение он был превращен в грязное отрепье, заляпанное кровавой пылью, опутанное блестящими кишками. И растоптав дранье, стадо быков кинулось дальше — преследовать разбежавшихся по долине кентавров И ничто уже не могло остановить разъяренных рогатых зверей, почуявших запах вражеской крови.

Две юных амазонки, уже голоногих, как взрослые воительницы, но еще обоегрудых, не прошедших ооряд выжигания правой груди, крутились на своих лошадях перед охотницей Полифимьей и прокричат еи, чтобы она догоняла их, а они поскачут за быками После чего амазонки шенкелями разгорячили коней и вмиг умчались за зеленый холм

Охотиться на хищников по горам и ущельям было трудно, куда легче делать это, выманиьая лььов из их горных убежиш, для чего Полифимья и пригнала сюда быков А ей помогали два подпаска, молодые амазонки, не прошедшие еще военной подготовки и всех сопутствующих этому испытании и обпятпп прн. _цы-подпаски попались буйные, неуемные, именно такие и нравились матерой охотнице на львов. И Полифимья мечтала со временем сама им выжечь правую грудь и священным каменным елдорайчиком по-матерински дефлорировать каждую…