Читаем без скачивания Машина-Орфей - Рэй Олдридж

Руиз смотрел на нее как можно униженней, но он чувствовал, что эта женщина его занимает. Что «язык» Геджас мог прочесть в этих ледяных глазах, в неподвижном лице? Какие страшные деяния приказывала она выполнить этим отсутствующим выражением лица? Мог ли Геджас хоть раз ошибиться в интерпретации ее воли, и какие последствия это принесло «языку»? Его манера говорила о том, что это был человек, захваченный маниакальной страстью. Но сколько в ней было любви, а сколько – ужаса?

– Желтый Лист спрашивает: ты утверждаешь, что ты мальчик для развлечений по имени Руиз Ав. Это правда?

– Да, хозяин.

Она улыбнулась жестокой улыбкой.

Геджас сказал:

– Желтый Лист спрашивает: где ты занимался своей работой?

– Хозяин, я работал на Дильвермуне, в Бо-Зме… во дворце Страстной Прелести, в Клубе Демене, в Красном Ослике. Я еще служил на кораблях Сид-Корпа, хотя не в официальном качестве.

– Желтый Лист хочет заметить: ты – шлюха для машинного отделения.

– Да, хозяин.

Улыбка ее стала чуть шире. Геджас продолжал говорить:

– Желтый Лист говорит: жестокая работа. Желтый Лист спрашивает: как же это твоя краса осталась неповрежденной?

– Хозяин, я был настолько удачлив, что приобрел себе покровителя.

– Желтый Лист спрашивает: а как ты попал на Суук?

– Хозяин, мой патрон меня продал.

– Желтый Лист замечает: старая история.

– Да, хозяин.

Воцарилось молчание. В этой маленькой комнатке с двумя остальными Руиз никогда не чувствовал себя более одиноким, чем сейчас. Казалось, сама атмосфера заряжена общением, которого он не слышал, но он мог почувствовать беседу между гетманом и ее «языком», словно вибрацию, отдающуюся в костях.

Наконец Геджас снова заговорил:

– Желтый Лист говорит: у нее есть взвод Дакканских войск спецназа, которые недавно испортили свою живую игрушку. Может быть, она тебя им отдаст. Желтый Лист спрашивает, как тебе это понравится?

Руиз понимал, что он должен ответить или ему опять причинят боль, но это было нелегко. Много раз ему приходилось контактировать, весьма неохотно, с Дакканскими войсками. Они были немногим лучше, чем роботы-убийцы из мяса и костей. Они жили на свете только ради убийства и самых примитивных удовольствий, их специально выводили как породу, полную зверства. Они были весьма непригодны для заданий, которые требовали хоть сколько-нибудь хитроумного задания, но незаменимы для карательных операций над населением уже покоренных местностей.

– Да, хозяин, – сказал он наконец.

У него не было выбора, как только продолжать играть свою роль.

Желтый Лист улыбнулась еще шире, показав выкрашенные красной эмалью зубы.

– Желтый Лист говорит: ты либо невероятно храбр, либо бездонно глуп. Желтый Лист спрашивает: что именно из двух?

– Хозяин, я не храбр.

Желтый Лист беззвучно рассмеялась, это странное зрелище оставляло жуткое впечатление. Но почти сразу же ее лицо разгладилось и стало напоминать маску без всякого выражения.

– Желтый Лист утверждает: ты повеселил ее какое-то время. Теперь пора перейти к делу. Ты, Руиз Ав, не мальчик для развлечений с высоким порогом болевой чувствительности. Ты, Руиз Ав, в прошлом безуспешный освободитель, в последнее время ты был наемным убийцей, заключившим контракт с Лигой Искусств. Брось всякое притворство. С этих пор враньем ты только заслужишь себе такие мучения, которые даже ты не сможешь выдержать.

– Да, хозяин, – ответил униженно Руиз.

– Желтый Лист говорит тебе: мы попытались сделать тебе послойное ментоскопирование, без особого успеха. Мы нашли некоторые аспекты твоего сознания весьма оригинальными. Может статься, что ты окажешься на службе Родериго в важной должности.

Тут Геджас остановился, пока Желтый Лист смотрела на него своими мертвыми глазами.

– Да, хозяин, – сказал Руиз.

– Желтый Лист уточняет: в Моревейнике существует некая ситуация. Родериго заинтересованы. Желтый Лист недавно получила поручение прояснить эту ситуацию. Желтый Лист спрашивает: что ты знаешь о предмете, который заставил пиратских владык Моревейника уничтожать друг друга с такой безжалостной и неразумной свирепостью?

– Хозяин, почти ничего.

– Желтый Лист говорит: это может быть и правдой. Мы не могли найти никаких сведений об этом вопросе в данных твоей ментоскопии. Желтый Лист спрашивает: примешь ли ты контракт от Родериго, чтобы добыть им эти сведения?

Руиз почувствовал абсурдный приступ надежды.

– Да, хозяин.

Он согласился бы на все, что давало бы ему возможность удрать от Родериго.

– Желтый Лист смеется. Желтый Лист говорит: единственный путь, которым ты когда-нибудь покинешь Родериго – это как тело со стертой личностью или как мясо на крюке в морозильнике. Но если ты согласишься принять наше задание, – твоя жизнь до тех пор, пока ты нам будешь нужен, будет легче и приятнее, более удобной. Это самое лучшее, на что ты можешь надеяться. Желтый Лист спрашивает: разве это не столь важно?

– Нет, хозяин, – ответил грустно Руиз.

– Желтый Лист продолжает: на острове Дорн однажды существовала огромная библиотека. Теперь от нее ничего не осталось, только руины и виртуальный депозит, который, к сожалению, пострадал в той катастрофе, разрушившей библиотеку. У Родериго есть данные, что все, что касается тайны Моревейника, находится в архивах библиотеки. Несколько человек рангом пониже, такие, как Геджас, были посланы в виртуальный депозит, но все они были либо повреждены умом, либо просто убиты. Никаких полезных данных получить не удалось. Недавно послали гетмана Красную Скалу, человека редкостной выносливости и силы. Он вернулся в совершенно разбитом состоянии, и нам пришлось его отправить на его дачу в северных горах. Что же, теперь он почти снова научился есть сам.

Геджас сделал паузу. Руиз снова почувствовал скрытое невидимое общение между «языком» и гетманом, течение, которое посверкивало даже тогда, когда его совершенно не удавалось заметить взглядом.

Наконец Геджас заговорил снова.

– Желтый Лист утверждает: твой мозг соединяет в себе множество необычных черт. Ты настолько хорошо защищен самонастроенными ловушками и синаптическими заглушками, что ты практически недоступен для проникновения в мозг, разве только для разрушительной деконструкции. И все же ты сохраняешь удивительную гибкость. Наши техники зафиксировали у тебя такой индекс приспособляемости, какого они еще никогда не видели. Ты воистину ценная добыча. Если бы ты не был так стеснен своим устаревшим и неразвитым моральным кодом и этическими конструкциями, то тебя могло бы ждать на Родериго блестящее будущее. И все же мы постараемся использовать твои таланты самым лучшим образом. Мы используем тебя так или иначе.

– Да, хозяин, – неуверенно сказал Руиз.

– Желтый Лист подчеркивает: не думай, что сможешь обмануть нас лживой внешней готовностью сотрудничать. Мы понимаем, что ты готов согласиться на все, что давало бы тебе шанс убежать. Такого шанса у тебя не будет.

– Нет, хозяин.

Геджас оторвал от гетмана свой пристальный взгляд так, словно это причиняло ему физическую боль. Он дотронулся до контрольной панели на запястье, и стена справа от Руиза открылась. В темной нише было кресло с ограничителями для рук и ног, а вверху был грубый холомнемонический щуп.

Геджас схватил Руиза за плечо и толкнул его на кресло. По контрасту с почти медицинской чистотой в комнате, кресло было все покрыто брызгами темной засохшей крови и прочими неприятными веществами. Сиденье покрывала толстая корка, и она царапала обнаженную кожу Руиза.

На его щиколотках и запястьях защелкнулись ограничители, а колпак щупа опустился на лицо. Запах смерти в колпаке был настолько силен, что его чуть не вырвало.

– Желтый Лист спрашивает, принимаешь ли ты такое поручение: тебя перевезут на Дорн и приведут к депозиту, где ты сольешься с ним и поищешь в библиотеке необходимые данные для нас, не надеясь ни на какое вознаграждение, кроме обращения, которое мы применяем к достаточно ценной собственности?

Колпак был словно могила, он был скользкий от слизи разложения.

– Да, хозяин! Да! Да!

Руиз почувствовал, что его душат призраки всех тех, кого гетман предала смерти в этом месте. Он едва мог дышать. Казалось, прошло очень много времени, прежде чем он услышал, как Геджас снова заговорил:

– Желтый Лист говорит в гневе: ты неискренен!

– Нет! Хозяин!

Воистину, Руиз почувствовал, что готов сделать все, лишь бы его выпустили из страшных объятий колпака.

– Желтый Лист утверждает: тебе еще предстоит понять все особенности своей ситуации. Если бы ты был обыкновенной добычей, то уже давно был бы трупом в морозильнике. Но Желтый Лист покажет пример приспособляемости: тебе дают другую работу, которая использует твои другие навыки, уникальные, до тех пор, пока ты не оценишь, как желательна будет для тебя перемена обстановки.