Читаем без скачивания Руна смерти - Галина Гордиенко

С другой стороны – какой смысл именно сейчас избавляться от Гора? Ну, наблюдает он за нами, подумаешь… Пусть себе тащится следом, если ему больше заняться нечем. Я в любую секунду смогу воспользоваться руной.

Меня передернуло: в памяти всплыл способ отправить Гора в его мир в случае, если сработавшей руны вызова при мне не окажется. Ведь вещица с руной (тетрадь, футболка, носовой платок… мало ли!) могла потеряться, сгореть, ее могли просто стащить…

Да уж, мой рюкзачище всегда при мне!

К счастью.

Тяжеленное, блин, счастье, сомнительное.

И все равно, теперь я чувствовал себя спокойнее, увереннее как-то. И меньше волновался за друзей. Ничуть не сомневался: в случае необходимости без колебаний отправлю волка вон, пусть для этого и придется порезать палец или даже запястье.

Гор равнодушно молчал. Я заметил, что несчастный Витек слепо тычется в разные стороны, и сердито крикнул:

– У меня предложение!

– Какое? – устало поинтересовалась Лена.

– Ставить палатки, пока дождь не хлынул, – отрезал я. – Нарезать побольше еловых веток под днище, чтобы не подтекало внутрь, а сверху полиэтиленовой пленкой накрыть. – И я прорычал в бессильной злости: – Совещаться потом будем! Вся ночь впереди!

– А поход? – удивленно пробасил Вован. – Сам же сказал: утро потеряли…

– И день тоже! Ничего не попишешь. Плюнь, – я угрюмо усмехнулся. – В крайнем случае, завтра-послезавтра время привалов сократим вдвое.

Вован нахмурился. Витек со страхом глядел в темное небо. Лилька растерянно осмотрелась. Ткнула пальцем в старую приземистую сосну с мощной раскидистой кроной и заявила:

– Наша с Леной палатка будет тут стоять!

Ее слова послужили сигналом, и мы наперегонки бросились к рюкзакам. И в первый раз за сегодняшний день нам повезло: мы успели вовремя.

Едва мы поставили последнюю палатку, нашу с Серегой, кстати, как небеса будто прорвало, и хлынул настоящий ливень. Он не распадался на отдельные капли, стоял стеной, не давая дышать.

Вован, с трудом перекрикивая шум лившейся сверху воды, заорал из своей палатки:

– Собираемся у меня! Пожрать и поговорить!

Серега хмыкнул:

– Пожрать – это хорошо… – И вдруг запнулся на полуслове и явственно побледнел.

Я обернулся: у входа, приподняв носом полог, маячил совершенно мокрый Гор. Я невольно покраснел: если честно, о волке я как-то в этой суматохе забыл.

Серега растерянно прошептал:

– Ты хочешь сказать…

– А куда его?! – хмуро буркнул я. Шлепнул ладонью по брезенту у самого входа и нехотя проворчал: – Ложись уж, скотина.

Серега отшатнулся. Я вяло пообещал:

– Клянусь, только в ливень. В другое время он будет спать на улице. Хочешь, сегодня можешь с Витьком и Вованом лечь…

– Ага! Между ними хорошо, если мышь втиснется, будто сам не знаешь. И храпит Кузнецов, как работающий трактор, – проворчал мой ближайший друг. – Тут останусь. Авось подавится.

Спрятался за моей спиной и выскользнул из палатки, ни на секунду не выпуская из поля зрения Гора, развалившегося у входа.

Глава 11

Катастрофа

Если честно, совещаться было не о чем. Компас исчез, оставалось одно – вернуться к болоту. Путь оттуда мы, по счастью, знали. Получалось – следовало пересечь его или обойти.

Судя по карте, километров через пять к северу мы наткнемся на речку Чистую. А там все просто. Пойдем по течению и через два-три дня выйдем к хутору, где живет Лилькина бабушка. Так что самое сложное – найти само болото.

Повеселевшая Лилька махнула рукой:

– Что там искать? К утру небо расчистится, вот и пойдем на восток! От болота же мы сюда шли на запад?

Орлов кивнул:

– Солнце всю дорогу в глаза било, мы прямо как по нитке к тому холму вышли.

Мы с Леной хмуро переглянулись. Вован, поглядывая на нас, настороженно просипел:

– Что-то не так?

Лена вздохнула:

– Как тебе сказать…

Витек покраснел и покрепче вцепился в свою гитару. Он впервые за дни похода вспомнил о ней и даже снял чехол.

Лилька насупилась.

– Онемел, что ли? – Сергей ткнул меня в бок.

Я неохотно пояснил:

– Понимаешь, если бы мы от того холма прямиком к болоту двинулись, все было бы элементарно – пошли бы на восток. А так… Мы же кружили сегодня.

Лилька открыла рот. Витек сердито уставился на меня.

– И что?

Я пожал плечами.

– В принципе, ничего страшного. Времени только чуть больше потратим.

Орлов возмутился:

– Что ты тянешь?! Выдаешь по капле в час! Давай подробнее!

Лена устало улыбнулась:

– Саша прав. Мы вчера от болота километра на три всего-то и ушли. И сегодня километра на два от холма, не больше. Так что максимальное расстояние до болота – пять километров. Это если нам не повезло и мы сейчас шли на запад. Если нет, то болото от нас в километре-двух. Ну, в трех, если мы параллельно ему топали.

Вован озадаченно поскреб затылок. Лилька капризно протянула:

– Ничего не поняла!

– Ага, – согласно прогудел Вован. – Вы попроще давайте. Куда с утречка двинем?

– Для начала – на восток, – хмыкнул я. – Только место найдем позаметнее, примем за базовое.

Рот Кузнецова принял форму буквы «О». Витек нехорошо покраснел. Лилька насупилась, она не любила чувствовать себя дурочкой.

Я торопливо продолжил:

– Если через пять километров к болоту не выйдем, вернемся к базе и потом пойдем в другом направлении. Пусть – на юг. Если не повезет снова, двинем на север или запад. От базовой точки, я имею в виду. Уверен, к вечеру мы к болоту в любом случае выйдем. А при удаче – так сразу же.

Все замолчали, обдумывая сказанное. В тишине мы отлично слышали, как по туго натянутому полотнищу монотонно барабанят дождевые капли. Изредка над нашими головами оглушительно грохотало, и Лилька нервно ежилась, она ненавидела грозы.

Я откинул полог и невольно поморщился: лицо обрызгало ледяной моросью. Стена дождя была плотной, за ней еле угадывались две оставшиеся в стороне палатки.

Я напряженно всмотрелся в свою, там остался Гор. Меня очень интересовало: спал он сейчас или внаглую подслушивал?

Я тяжело вздохнул: дух он там или просто мутировавший волчара, доверия он мне вовсе не внушал. А уж его способность «видеть» тех же Лильку с Витьком…

Я ведь так до конца и не понял, что нужно от нас Гору. Доступ в наш мир он получил, что дальше? Решил понаблюдать за нами? Так просто? Зачем? Элементарное любопытство или что-то еще?

Ответа я не знал. Моя палатка была темной, движения в ней не чувствовалось, а окликнуть волка я не решился.

Сам не знаю почему.

Нам повезло, утро встретило нас ярким солнцем. Впрочем, повезло – слишком сильно сказано.

Обеспокоенный вчерашней задержкой Кузнецов поднял нас ни свет ни заря. Когда я выбрался из палатки и посмотрел на часы, то едва поверил собственным глазам: четыре!

Из соседних палаток с кряхтеньем выбирались друзья. И каждый будто «слизывал» мою реакцию. Вначале радостно улыбался, глядя на абсолютно чистое, дышащее прохладой небо, потом бросал взгляд на запястье и…

Правда, мы все негодующими ужимками и ограничились: лицо Вована выглядело суровым и к пререканиям отнюдь не располагало.

Кузнецов, к моему искреннему удивлению, оказался дипломатом. Скоро мы забыли о раннем подъеме и робко радовались тому, что нас не оставили без горячего завтрака. Когда же Вован объявил, что обеда сегодня не будет, в лучшем случае – перекусим на ходу куском черствого хлеба, никто из нас и не пикнул.

Даже Кочеткова смолчала. Лишь нервно облизнулась и бросила голодный взгляд на вкусно пахнущий котелок с готовой вермишелью – Лена щедро добавила туда две банки тушенки.

Пятилитровая посудина опустела мгновенно. Даже со стенок обобрали все до последней вермишелины, все-таки вчера мы не поужинали толком.

Вован покрутил в руках идеально чистую миску и разочарованно крякнул. Вытащил из своего рюкзака шмат сала и предложил:

– Кто хочет?

Лилька брезгливо скривилась. Лена отрицательно помотала головой. Витек облизнул свою ложку и сказал:

– Наелся вроде…

Серега покосился на желтый, облепленный крупной солью ломоть. Громко сглотнул и пробормотал:

– Обойдусь.

Я кивнул:

– Спасибо, мне хватило. – И оглянулся в поисках Гора.

Когда мы проснулись, волка уже не было в палатке. Куда он исчез, я не представлял. Лишь у самого входа на размокшей земле четко отпечатался след огромной лапы, иначе бы я решил – мне все приснилось.

Ребята отсутствия Гора будто и не заметили. Ни одного вопроса мне не задали. Мне показалось – они вздохнули с облегчением. И молчали, опасаясь сглазить.

Я их вполне понимал. Сам не знал, хочу ли я, чтобы волк вернулся. В глубине души я надеялся: странный гость решил – мы не представляем для него никакого интереса.

И замечательно. Теперь не нужно ломать голову – поливать ли своей кровью руну вызова, размышляя: насколько опасен для нас Гор?