Читаем без скачивания Руна смерти - Галина Гордиенко

– Речка, помню, по ту сторону как раз, всего-то около километра от болота, – пробормотал Серега.

– А само болото?! – истерично взвизгнула Лилька.

– Километра два-три шириной, кажется, – Серега пожал плечами. – В некоторых местах поуже будет, в некоторых – пошире, вот только где что…

– А если здесь как раз самое широкое место?!

– По закону подлости? – фыркнул Серега. – Да запросто!

Казанцева перекосило. Лилька хлюпнула носом. Орлов вкрадчиво заметил:

– Предлагаете неделю тащиться по лесу? Без еды и воды? И без компаса? А что, если мы окончательно заблудимся? Или вы знаете лучшее место для переправы?

Мы молчали. Никто из нас не мог набраться смелости предложить идти вдоль болота: а вдруг и правда заплутаем? И как-то так получилось, что мы дружно уставились на Вована. Даже Лилька с Казанцевым смотрели на него со злостью и… надеждой.

Наше внимание Кузнецова отнюдь не порадовало. Он бросил на нас быстрый взгляд и угрюмо сказал:

– Полчаса на отдых. Всем. А мы с Сашком займемся шестами.

Лилька упала на землю и умоляюще прошептала:

– Пить хочется…

– Недавно пила, – безжалостно отрезал Вован.

– Как же, недавно!

Кузнецов сухо заметил:

– За завтраком.

Мы молчали, старались не смотреть на Лильку. Если честно, напиться мечтали все. Думаю, Вован тоже.

Только какой смысл ныть? Воды у нас все равно нет.

Кузнецов кивнул мне и двинулся обратно к ельнику. Я с завистью посмотрел на друзей: больше всего на свете мне хотелось поваляться в траве, я в жизни не ощущал себя до такой степени выжатым.

Спорить с Вованом я не стал. Ясно ведь – без жердей в болото не сунешься. Я хмуро усмехнулся: и эти мизерные знания – из книг, не из опыта. Никогда я раньше на болота не ходил, даже за клюквой. Да и сейчас, будь моя воля, ждал бы вертолета здесь, на берегу.

Я трус, да-с…

Себе-то врать бессмысленно.

Вован безжалостно сломал живую осинку и протянул мне нож:

– Садись. Очистишь ее от веток. А я поищу другие.

– Что тут искать, смотри – сколько поваленных. И голых полно, почти без веток. Давай возьмем их, делов-то…

– Не пойдет, – возразил Кузнецов.

– Почему?

– Труха одна. Смотри.

Вован поднял с земли почти идеально выглядевший шест, оперся на него, и тот мгновенно хрустнул, переломившись пополам. Кузнецов брезгливо швырнул обломки мне на колени:

– Живое дерево нужно. Лучше – осина. Она гибкая. И желательно ствол – в руку толщиной, чтоб вес держал. – И ушел.

Я обреченно вздохнул и склонился над будущим шестом. Уставшие руки подрагивали и с трудом удерживали нож.

Я упрямо среза́л ветку за веткой. Утешал себя – мы не первые и не последние, кто лезет в болото. А если учесть, что многие идут туда добровольно, за морошкой, например, или клюквой, то чем мы хуже?

Солнце поднялось выше, и я перебрался в тень. Почти полная тишина угнетала. Иногда казалось, что я внезапно оглох.

Изредка с громким бульканьем прорывались из глубин пузыри зловонного болотного газа, и я нервно вздрагивал. Ребята, видимо, задремали, они даже не переговаривались.

Время от времени я бросал взгляд на лежавшую в траве Лену и вяло думал: «Пустячный поход обернулся серьезным испытанием. И ладно бы – для нас, а то и для девчонок тоже. Чем все закончится, непонятно. Хорошо бы сегодня же выбраться к реке…»

По нашим расчетам, от Чистой за день можно дойти до хутора. Если без рюкзаков и лишних привалов. А уж там все будет просто.

Мои неспешные размышления прервал неожиданный треск. Будто кто-то продирался сквозь ельник, безжалостно ломая сухие ветки.

Но кто?!

Вован бродил совершенно в другой стороне, я прекрасно его со своего места видел. Поэтому насторожился. Вскочил и напряженно уставился на деревья.

Сердце внезапно зачастило. Голову кружила безумная надежда: вдруг ТАМ лесник или просто какой-нибудь ненормальный турист? Не одни мы по лесам бродим, лето же, дураков полно, кому тоже дома не сидится…

Треск становился громче. Неизвестный ни осторожничать, ни скрывать свое присутствие не собирался. Ломился сквозь заросли, как лось.

Шум услышал и Кузнецов. Глаза его заблестели, он в несколько прыжков оказался рядом. Сунул мне в руку очищенный от веток шест. Сам перехватил поудобнее только что сломанное деревце и нехорошо ухмыльнулся.

– Ты чего? – пролепетал я.

– Да так. Вдруг это те самые шутники, что наши рюкзаки утром стянули? Ну, я им тогда…

Договорить Вован не успел. Ветки невысокой елочки задрожали, и прямо нам под ноги с хеканьем вывалился огромный волк. Знакомый серебристый ошейник туго обхватывал могучую шею, с длинного языка срывалась тягучая слюна, мохнатые бока запаленно ходили, вздымаясь и опадая.

Глаза Кузнецова округлились, рот открылся. Он почти с ненавистью уставился на незваного гостя. А я изумленно прошептал:

– Гор…

Глава 13

Трудный день

Шесты мы заготовили только к обеду. Впрочем, о нем старались не думать. В пустых желудках и без того урчало, языки едва ворочались в пересохших ртах. Неподвижные водные зеркала́ притягивали наши взгляды, как магнитом, и делали жажду еще более мучительной.

Гор будто издевался над нами. То и дело подбирался к ближайшей лужице и жадно, шумно лакал. Мельчайшие брызги каплями хрусталя разлетались в стороны, вода казалась идеально чистой.

Ребята смотрели на волка с бессильной завистью. Периодически я ловил на себе недобрые взгляды Витька или Лильки: они считали Гора моим зверем.

Я горько усмехнулся: хорошо еще, не знают всей правды о волке! Невольно оглянулся на друзей и подумал, что вряд ли мне поверили бы. Решили бы – свихнулся я на нервной почве.

Вспомнились мои размышления, как легко избавиться от Гора. Смешной показалась вчерашняя проблема – подумаешь, слегка порезать руку! Залил бы руну на рюкзаке кровью, и этого гада тут же вышвырнуло бы в его мир. Интересно, Гор знал об этом?

Впрочем, это могла быть и ошибка. Обычная дурость или некомпетентность владельца странного сайта. Ведь вряд ли там все правда, наверняка процентов на девяносто – вранье, как обычно и бывает.

Хотя вот с руной… да, тут мы вляпались! Осторожнее нужно обращаться со всей этой мистикой, а то мы вроде и не верим в нее по-настоящему, просто любопытно, вот и летим… как мотыльки на огонь.

Я мрачно покосился на волка: теперь от него отделаться будет не так просто. Раз руны вызова нет, придется рисовать руну изгнания. И, если верить распечаткам, понадобятся трое жителей нашей реальности: те, кто не хочет видеть здесь Гора. И руна должна быть начертана на земле – не на бумаге или тряпке, – а кровь должна бежать к ней по трем желобкам… кровь каждого из нас, питая гадскую руну…

Кстати, я ее помню?

Вроде помню пока.

Я невольно представил, как подкатываю со своей дикой идеей к друзьям, и хмыкнул: сочтут меня за идиота, и правильно. Бумаги-то в Орловском рюкзаке остались, а сам Серега (знаю я его!) вряд ли прочел все до конца.

Я оглянулся на друзей: уже хорошо, что нас требуется всего трое, – не девчонкам же кровь пускать?

Да и Казанцев ни в жизнь не согласится, он всегда вида крови боялся, особенно своей. Как-то раз его даже рвало от ужаса, когда он палец порезал – помогал мне (хозяйственный наш!) картошку чистить. А потом едва сознание не потерял, пока я промывал ему ранку и пластырь накладывал.

Черт, кто же стащил наши рюкзаки?!

Поймаю – убью!!!

Впрочем, что я привязался к волку? Он ничем не мешает, просто бегает по лесу, иногда навещает нас. Ну, наблюдает якобы, чем-то мы ему интересны… мне-то какая разница?!

Когда волк в очередной раз вернулся с болота и упал мне под ноги, я раздраженно прошипел:

– Специально, да? Не можешь уйти подальше в сторону?

Гор ответить не соизволил.

После своего возвращения он не сказал мне ни слова. Я уже начинал всерьез подумывать, что ночные приключения – результат моего больного воображения. Сон, бред, галлюцинация, как ни обзови. И руна вызова, и руна изгнания – все это лишь измышления моего воспаленного мозга. Сон и явь перемешались, я запутался, напридумывал себе черт-те что…

А этот волчара – действительно кем-то прирученный зверь. Ну, остался по каким-то причинам без хозяина, прибился к нам. Предпочитает почему-то держаться ближе к людям.

Я криво усмехнулся: вот это гораздо больше походит на правду, чем мои путаные воспоминания о страшной ночи. И о духе, якобы нечаянно вызванном легкомысленным Серегой.

Чувствуя себя полным кретином, я легонько толкнул волка в мохнатый бок и зло пробормотал:

– В молчанку играем? Ну-ну!

Гор шумно вздохнул и равнодушно повел на меня янтарным глазом. Я срезал с осинки последний сучок и взял следующее деревце.

– Хочешь, чтобы я считал себя самого шизофреником? Руна вызова, Витек посреди костра, наш с тобой идиотский договор… Выходит – всего лишь сон?