В такой ситуации я еще никогда не оказывалась. Принцессу по крови кто-то смеет трогать в собственном замке. Но мои просьбы игнорировались, как и попытки вырваться. Не могу сказать, что герцог был внешне неприятен, но внутри…
Меня от него тошнило. Я боялась, что если он и дальше будет меня к себе прижимать, то меня попросту стошнит на него.
— Ха-ха, герцог, не увлекайтесь сильно, — рассмеялась Анжела, словно не находила в происходящем ничего странного. — Вы же, надеюсь, помните условия? Согласие, мы пришли за согласием.
— Разумеется, — огрызнулся герцог, не обращая ни малейшего внимания на мои трепыхания. — Принцесса Алисия. Всего лишь согласие на брак. И все прекратится.
— Нет! Отпустите немедленно! Не смейте ко мне прикасаться! — Я не знаю, где был страх, где было мое опасение за свою жизнь и честь. Если бы на мои крики сбежались придворные, то, скорее всего, мне действительно пришлось бы согласиться на замужество. Но тогда во мне бурлила только злость.
— Спокойнее, спокойнее, сестричка! — Анжелу, судя по тону, все происходящее изрядно веселило. — Если ты ждешь свою служанку или сэра Рошкара, то не надейся на них: сегодня они не придут. Я обо всем позаботилась. Лучше сделай так, как тебе говорят. И все будет хорошо.
Глава 16
— Убирайтесь вон! Будьте вы прокляты, если посмеете ко мне прикоснуться! — я кричала.
Некрасиво, почти переходя на визг, словно была не принцессой, а уличной торговкой. Но тогда мне было безразлично. Ощущение крепкого тела рядом, запах какого-то популярного маслянистого парфюма и мерзкий приторно-сладкий уговаривающий тон вызывали лишь озноб и тошноту. Мне казалось, что я умру прямо здесь, если герцог продолжит ко мне прикасаться.
— Спокойнее, спокойнее. — Герцог Форден неожиданно побледнел, а потом отпустил меня. — Я не собираюсь ничего делать насильно. Мы пришли для разговора, не более. Зачем так нервничать и еще кого-то проклинать?
Я резко отскочила от герцога Фордена, бросила взгляд на нахмурившуюся сестру, которая выглядела куда менее довольной, чем минутой ранее. А потом отошла к креслу и уселась на него.
— Собственно, так я и провела всю ночь: сидела в кресле, пока герцог и моя сестра пробыли в моей комнате. — На этом моменте я замолчала, позволяя воспоминаниям поглотить меня.
Головой я понимала, что ничего плохого со мной в тот вечер не случилось, все могло быть значительно хуже и трагичнее. Но я отчетливо помнила свое бессилие и отчаяние, когда пришлось просидеть всю ночь в обществе этих людей, которые снова и снова пытались добиться моего согласия на брак с Милтоном Форденом. Почему они так себя повели? Если так нужен был брак, то почему герцог Форден не принудил меня ни к чему? Нет, я была безумно счастлива, что моя честь осталась при мне. Но если бы меня опозорили, то заступиться за меня было бы некому, а сестра и герцог получили бы свое. И в то же время все слова, которые они говорили, были хуже яда. Они заставляли меня трястись в кресле, давили на психику и испытывали на прочность. Иногда мне казалось чудом, что я осталась тогда в своем уме.
Хотя последствия остались. Страх — глупый и практически необоснованный. Сродни глубинному инстинкту, который я не могла контролировать. Каждый раз, когда я видела герцога Фордена и мою сестру вместе, то отчаянно хотелось убежать далеко-далеко и спрятаться там, где меня никто не отыщет. Правда, благодаря присутствию рядом королей страх был не так силен.
Я, наконец, оторвала взгляд от своих коленей и решила взглянуть на реакцию будущих мужей. Иштон казался чрезвычайно задумчивым, а вот Эрон — очень злым.
— Это все, да? Больше ничего не было? — вежливо уточнил Иштон, хотя недоверие скрыть ему не удалось.
Да и пытался ли он? Моя история могла показаться абсурдной, потому легко было предположить, что я лгу
— Все, — твердо ответила я, а потом горько усмехнулась: — Не веришь?
— Отчего же. Как раз-таки верю. Не понимаю причин, мотивов и смысла. Предполагаю, что где-то что-то ты упустила, что-то важное, что могло бы пролить свет на ситуацию. Но не считаю, что ты лжешь. Если бы я не мог отличить правду от вранья, то не был бы королем Далерии. — Иштон улыбался, но как-то рассеянно.
А я чувствовала себя глупее никуда. Вывернула душу, рассказала то, о чем не говорила даже Тайле, а в ответ получила сомнения. Это было ожидаемо, но неприятно.
Рядом Эрон шумно вздохнул, а потом затащил меня прямо к себе на колени.
— Я обязательно найду возможность избавить тебя от этого страха, — сказал Эрон.
— Избавить? Как? — фыркнула я. — Спрятать от всего мира?
— Вовсе нет, хотя заманчиво. Еще варианты есть?
— Эрон, прекращай, знаю я твои варианты. Ни одной даме не будет приятно о них услышать. Я не хочу в почти что супружеской постели разговаривать о том, как ты замуровал кого-то в стену, — отозвался Иштон. — И другие виды пыток меня тоже не интересуют.
— О! А я, разумеется, хочу слушать твои великие рассуждения о мотивах всяких венценосных особ, да? — огрызнулся Эрон. — Моя любимая тема — это обсуждение, почему чей-то родственник сделал какую-то странность?
По правде сказать, я чувствовала, что в этот раз ссора братьев не такая шутливая, как раньше. Было в Эроне неясная злоба, в Иштоне — раздражение. И мне безумно хотелось это все погасить, притронуться, обнять их обоих. До такой степени, что аж чесаться всё началось. Не всё. Шея! Я неприлично охнула, дотрагиваясь руками до нее, пытаясь ощутить, не поранилась ли где. Эрон с Иштон сразу же прекратили споры и полезли смотреть, в чем дело.
— Алисия, убери руку, покажи, хорошо? — Иштон мягко прикоснулся к моему плечу.
Я бы и рада послушаться, но шея начала так гореть, что я инстинктивно прижимала к ней ладонь посильнее. Не больно, но было ощущение, словно какое-то насекомое пыталось влезть внутрь. Разумеется, никакого насекомого не было и в помине, но спокойнее от этого не становилось.
— Уж извини, принцесса, буду грубоват, — прошептал Эрон и крепко сжал мое запястье, чтобы отстранить от шеи.
— Ну, ничего страшного, жить будешь, — облегченно выдохнул Иштон. — Ты очень хорошо поглощаешь нашу неконтролируемую магию, прямо поразительно хорошо. Только пока тебе рано «лакомиться» ей в таких количествах. Ты точно раньше ничему подобному не училась?
— Поглощаю магию? — я говорила с трудом — казалось, что огонь охватил всю шею. — Как бы я могла чему-то научиться? Остеон не признает магию…
— Что же, значит, твои способности — очень приятный сюрприз. Для нас, но не для тебя. Потерпи еще немного, я постараюсь унять жжение. — Иштон дотронулся до моей шеи и начал что-то шептать.
Как ни силилась, я не смогла разобрать ни слова. Зато почувствовала действие — по телу расползался приятный холодок. Когда Иштон закончил, я не чувствовала никакого дискомфорта.
— Значит, вот как это работает? — пробормотал себе под нос Эрон, а потом схватил меня в объятия, затаскивая к себе на колени.
— Что работает? Объясните мне? — спросила я, устраиваясь поудобнее на коленях Эрона. Жесткие! Разумеется, в сравнении с подушкой или постелью, больше мне уж точно сравнивать было не с чем. Даже удивительно, что я так быстро привыкла к чужим прикосновениям: ни мои родители, ни слуги, ни сестра не находились так близко ко мне. Разумеется, был еще герцог Форден, но он не стоит упоминания.
Как только на мне появилась милая татуировка, я стала способна поглощать магию, вызванную неосознанно. В теории. Обычно этому учились, но я оказалось едва ли не самородком — делала все инстинктивно. Разумеется, надо все было проанализировать: что стало причиной, буду ли я так делать всегда и тому подобное.
Но легкость, с которой я впитала магию, была необычной. Что было весьма удобно для моих будущих мужей. И не очень хорошо для меня.
— Но беспокоиться пока не о чем. — Иштон улыбнулся. — Мы постараемся себя контролировать, а если не сможем — то будем уходить подальше. Пока не пройден ритуал, ты сможешь забирать излишки только в том случае, если мы рядом. И полезную книгу мы тебе тоже подкинем, чтобы ты понимала, что и как делать. Правда, есть одна проблема.
