мою вторую квартиру. Но сперва я её не узнала. А вот когда зашла отдавать бельё, то заметила длинные волосы пепельного цвета, оставшиеся на кепке. Тогда и догадалась, кто же вы такие.
— Исключительная наблюдательность, — подметил я. — Однако я вынужден оказать этому миру услугу и избавиться от вас.
— Избавиться? И как ты планируешь это сделать?
— Вот так, — я вырвал крепления кровати, высвободив руки.
— Чего?.. Как ты это сделал⁈ — Лариса в ужасе попятилась назад, запнулась и упала.
— Не стоило связываться с Богом, — я снял наручники на руках и ногах, а затем взял с тумбочки огромный резиновый фаллос и пошёл на маньячку. — Ваши последние слова?
— Постой, я просто пошутила! — мямлила она, пытаясь уползти в коридор.
— Вряд ли эту фразу напишут на вашем надгробии, — я со всей силы ударил её по лицу.
— Не-е-е-ет! — Лариса закрывалась руками, но всё было тщетно, ибо божественная энергия позволяла ломать кости даже относительно мягким предметом.
Можно сказать, что я забил её до смерти резиновым фаллосом. Это даже иронично, ведь она так их любила. Погибла от предмета своей страсти… Когда вернусь на Олимп, надо будет рассказать Дионису. Он точно оценит всю комичность ситуации.
Правда, если его тоже куда-нибудь не сослали. Хотя ему ещё козлотавра воспитывать….
Наверное, Зевс его помиловал. Наверное…
А тем временем я бегал по квартире и искал свои вещи. Но эта маньячка либо спрятала мой «солидный» костюм, либо вообще выкинула. Время поджимало, поэтому я взял из ванной полотенце, обмотал вокруг талии и выбежал на улицу без обуви.
Мне во что бы то ни стало нужно вернуться к Марине раньше, чем приедут люди её отца. Ведь если не успею, то в прямом смысле слова останусь с голой жопой. Как минимум деньги лежали в той квартире, а без этих грязных бумажек смертный был никем. Там правда появлялась опция, стать бомжом и ссать где попало, но это сомнительный бонус.
Во дворе было довольно многолюдно, и многие обращали внимание на полуголого и босого парня, бегущего по газону. Холода я не чувствовал, а пульс бил по ушам. К счастью, у нашего подъезда не было ни машин, ни полицейских, ни людей в чёрных костюмах. Похоже, они ещё не приехали, ведь без боя Марина точно бы не сдалась.
Я вбежал на четвёртый этаж и начал добиться в дверь, ибо ключи остались в штанах. Но никто не открывал.
Неужели, Марину уже похитили? Если так, то это прискорбно, ведь мне её общество начало нравится. Да и где теперь искать столь ценного помощника? Случай с Ларисой показал, что доверять смертным — себе дороже. Но Марина была в отчаянном положении, а потому я ей верил.
Спустя полминуты я не выдержал и попросту выломал замок, потратив крупицу божественной энергии. К моему удивлению, Марина в этот момент вышла из ванны, замотанная в полотенце. У неё был обескураженный и слегка раздражённый вид.
— Ты чего это голый? Одежду украли?.. — недоумевала она.
— Та баба оказалась маньячкой и пытались меня изнасиловать. Но у нас есть проблемы и поважнее. Она позвонила в милицию и сообщила о тебе! — воскликнул я и побежал надевать свой спортивный костюм, который слегка попахивал тухлыми фруктами и овощами.
— Вот ведь сучка! Я даже побриться не успела… — Марина вернулась в ванну. — Собери пока все наши вещи, уходим немедленно.
— Хорошо! — я собрал все пакеты и зашёл на кухню. Там на тарелке стояли крайне аппетитные бутерброды с колбасой, сыром и белой жижей под названием «майонез».
— Ну, ты где там? — вопрошала Марина.
— Сейчас иду, — с набитым ртом ответил я, доедая последний из трёх бутербродов. — Как же вкусно… Просто божественно…
— Да ты просто давно не ел, — пояснила Марина, заглянувшая на кухню. — Чем сильнее чувство голода, тем вкуснее кажется еда. Обычные бутерброды. Ничего такого.
— Божественно! — я запил всё это дело сладким апельсиновым соком. — Вот теперь я готов!
— Пошли уже, — снисходительно буркнула Марина. — Лучше будет через крышу. Ты там что-то говорил про новых последователей? Сможешь перенести нас хотя бы на соседний дом?
— Без проблем! — воскликнул я и с пакетами в руках направился к выходу.
— Этот день никогда не закончится… — негромко посетовала Марина, идущая позади меня.
— И не говори. Поскорей бы рассвет — часть мои сих ко мне вернётся, — я открыл дверь и увидел людей в тяжёлой броне и с автоматами в руках. Они заполнили всю лестничную клетку и стояли даже на лестнице. — Взрослых дома нет, — я произнёс фразу, подслушанную в одной из телепередач, а затем закрыл дверь.
— Мы покойники… — прошептала Марина.
— Не спеши с выводами, — я щёлкнул пальцами, но ничего не произошло. Видимо, моя врождённая энергия всё-таки закончилась. — Упс… Возможно, ты права.
— Огонь на поражение! — донеслось из-за двери.
— Назад! — скомандовала Марина и создала стену воды прямо в коридоре.
Пули без труда пробивали деревянную дверь, но были не способны преодолеть водную преграду и просто падали у моих ног. Стрелки выпустили в нашу сторону по меньшей мере две сотни пуль, а то и больше, превратив дверь в дуршлаг. Мне потребовалось время, чтобы прийти в себя, ведь я впервые в жизни почувствовал себя беспомощным.
Но сдаваться было рано, ведь в моём распоряжении ещё оставалась божественная энергия. Как минимум на минуту полёта её хватит. Поэтому я рванул в комнату, окна которой выходили во двор и выглянул наружу.
Подозрительных машин всё так же не было, выделялся лишь один фургон с надписью «Хлеб», но здесь рядом магазин. Возможно, он прибыл для пополнения запасов, ибо люди просто обожали хлеб. Ни один человек не ушёл из продуктового без тёплой буханки, а некоторые приходили только за ней. Поэтому фургон не вызвал у меня никаких подозрений.
А вот подбежавшая Марина, почему-то изрешетила его водными снарядами. Если она так ненавидит хлеб, то почему сделала бутерброды? Кажется, я ещё не скоро начну понимать этих смертных. Слишком уж они странные и импульсивные.
— Чего встал? У нас теперь только один путь! — Марина была не в себе и, скорее всего, сильно боялась смерти. — Полетели!
— Как вам будет угодно, госпожа Решетникова, — я отдал пакеты, взял её на руки и использовал полёт, чтобы протиснуться в разбитое окно. — А чем тебе тот фургон не угодил? Тебя хлеб в детстве обижал?
— Да это такая «гениальная» конспирация. Люди моего отца на нём приехали, — пояснила она дрожащим голосом. — Я и не думала, что это так страшно…
— Летать? — мы поднялись выше десятого этажа и смешались с ночным небом, став невидимыми с земли.
— Ага… А у тебя точно маны хватит?
— Естественно! — гордо заявил я.
— Тихей… Тихей! — через пару мгновений завопила она.
— А?
— Почему мы так резко снижаемся⁈
— Ну-у-у… — промычал я и отменил заклинание. — Мана
