с яркими карими глазами и темными волосами до плеч. Она вышла из дома синьоров Маркони и была не похожа на столпившихся кумушек-соседок.
— Ох, Элена, дорогая, познакомься, это Алессандра, адвокат из России, представлявший интересы Микеле. Алессандра, это Элена, maresciallo dei carabinieri Кастельторре, о которой я вам говорил, — оставив женщин вдвоем, падре отошел в сторону, шепча молитвы и осеняя себя крестом, печально глядя на дом синьоров Маркони.
— Piacere! Как это вы решились нас навестить, да еще и в ноябре? Не слишком подходящее время для прогулок по долине! — сказала Элена. — Видели бы вы, как прекрасно здесь летом! Нет, ну совсем не вовремя вы приехали.
— Именно об этом я хочу с вами поговорить, у вас есть время? Все эти события мне кажутся странными.
Элена взглянула на часы.
— У меня есть немного времени, идемте, выпьем кофе. — Она кивнула на небольшое кафе по соседству. — Там и поговорим.
Они попрощались с доном Витторио, который растерянно развел руками:
— Синьор Сильвио так радовался, что мы придем, что приехала адвокат Микеле, сказал, поговорить о чем-то хочет.
— О чем, не сказал? — поинтересовалась Элена
— Не сказал, но у него все разговоры о внуке, наверное, обрадовался, что поговорит с адвокатом сына.
* * *
— Выслушав Сашу, инспектор развела руками.
— Я не знаю, чем вы могли бы помочь этой женщине. Я конечно не должна вам это все рассказывать, но раз уж дон Витторио попросил…
Четыре дня назад был убит местный повар. Есть тут остерия под названием «Старая мельница», чуть дальше по реке, в получасе ходьбы от старого города, там он и работал. Ее держит уже третье поколение семьи, брат и сестра. Сестра готовит, брат в баре напитки наливает и всеми финансами заправляет. Остерию местные любят, готовят там вкусно, но владельцы люди сложные. Брат вспыльчивый, резкий, столько стычек с полицией и финансовой гвардией было, удивляюсь, что под суд не попал. Год назад они решили пригласить нового повара, типа креативности захотелось, из Сан Миниато, как будто своих не хватает! Но повар — зовут его… звали… Анджело Бертуччи — действительно оказался полезен. Развил бурную деятельность, открыл кулинарную школу, его даже в мэрию советником пригласили.
— Он оказался настолько креативным? — засмеялась Саша.
— Он же из Сан Миниато!
— И что? — не поняла девушка.
— Сан Миниато — трюфельная столица Тосканы, там проходит вторая по значимости после Пьемонта трюфельная ярмарка в Италии. У нас в долине всегда собирали трюфели, их использовали в приготовлении различных блюд, и профессиональные tartufai у нас всегда были. Но размах был не тот.
— Кто был?
— Тартуфаи, охотники за трюфелями! Ты никогда не слышала, что они называются тартуфаи? Ну, так вот, новый повар привлек внимание к трюфелям долины, и они вошли в моду! Сейчас найду тебе статью… — Элена полистала странички в телефоне и протянула его Саше.
— Читай.
«В ожидании вкусных белых грибов, которые пока не растут в лесах долины и будущих дождей, на первый план выходит еще один продукт: трюфели.
Вот уже несколько лет в ресторанах Кастельторре и других городков можно легко найти блюда на основе трюфелей по «нормальным» ценам в меню. На самом деле это трюфели из долины, менее ценные, чем их коллеги из Альбы или Норчи, но такие же вкусные. А этим летом большим спросом пользовался трюфель из долины под названием «скорцоне».
Явление растет так же, как рынок. Охотников за трюфелями в этом районе можно пересчитать по пальцам, но начинает расти спрос не только со стороны рестораторов, но и в магазинах традиционных продуктов.
Цены? Абсолютно доступные. Белый трюфель Альба делле Ланге в Пьемонте, или Сан Миниато в Тоскане, самый ценимый в мире, стоит дороже золота: 300 евро за сто грамм. Черный из Норчи или Сполето стоит от 70 до 130 евро за сто грамм в зависимости от качества. В Пьемонте также есть биржа трюфелей, покупки можно совершать даже через интернет, и по сравнению с тамошними ценами цены на нефть бледнеют.
Трюфель из долины намного дешевле: он стоит от 18 до 20 евро за сто грамм, на кухне его можно использовать тысячами способов, с макаронами, рисом, овощами, яйцами, и так далее.»
— То есть он вывел трюфели из долины на большой рынок?
— Да, и сюда устремились желающие поесть блюда с трюфелями по смешным ценам. В первую очередь он обеспечил поток в маленькую остерию. Говорят, правда, что он решил уйти на собственные заработки и уже присматривал большое помещение для собственного ресторана. Ну, и покупали очень хорошо наши трюфели, почему бы и нет, их действительно можно использовать во многих блюдах.
— А цену за блюдо устанавливать, как за дорогой трюфель?
— Ты читаешь мои мысли. Знатоков конечно не проведешь, но для туристов вполне сойдет, и выручка увеличивается значительно, мы как раз занимались его связями в Сан Миниато и на севере, трюфели поставлялись по многие рестораны и небольшим производствам всяческих кремов, паштетов из трюфелей.
— А Татьяна здесь причем?
— Две недели уже, как Анджело не работал поваром, а находился под домашним арестом. Жил он в квартире рядом с остерией, там и должен был оставаться следующие полгода.
— Повар? За что?
— Когда мы начали расследование связей повара с траффиком фальшивых трюфелей, ну, то есть, не совсем фальшивых, а подмены дорогих на дешевые, мои коллеги пришли к нему в ресторан, а он набросился на них с большим ножом. Орал, что его оболгали завистники и ноги карабинеров не будет на его кухне. Вот и попал по решению суда под домашний арест за сопротивление представителям власти и даже нападение с холодным оружием. Еще хорошо отделался.
— А Татьяна-то причем? Не понимаю пока!
— Я рассказывала предысторию, чтоб ты поняла, о чем речь. Теперь о Татьяне. Камера видеонаблюдения на дороге зафиксировала, что Татьяна заходила в его дом, вышла примерно через полчаса. Буквально через несколько минут изнутри дома в окно бросили тарелку, на звук разбившегося стекла сбежались соседи, сначала стучали, потом взломали дверь.
Анджело еще был жив, но скончался на руках соседей, не сказав ни слова, из последних сил он бросил тарелку в окно в попытке позвать на помощь. Рядом нашли топор, видимо он схватил его, чтобы обороняться, но было уже поздно, и он упал, истекая кровью. Как еще смог тарелку бросить.
Женщину долго бы опознавали на записи, но Татьяну здесь хорошо знали и карабинеры, и полиция после фальшивых жалоб на мужа и дона Витторио, тогда ж целое расследование проводилось. И Татьяну сразу узнали
