– Что? – обернулась Рэйчел.
– Ты такая чудачка!
– И почему тебя это так удивляет?
– Ну… – Алекс пожал плечами. – Просто в прессе ты всегда представала идеальным автоматом для разрезания ленточек.
«Да. На каком-нибудь открытии здания, где ты идеально смотрелась бы, разрезая ленточку на входе».
– Если ты веришь тому, что плетут про меня репортеры, ты сам виноват. Они не знают меня и не представляют, как я веду себя дома.
– Они в этом не виноваты. Ты всегда настороже и никогда не раскрываешься перед людьми. Знает ли тебя хоть кто-нибудь по-настоящему?
Рэйчел остановилась, в задумчивости продолжая сжимать пальцами чашку с кофе.
– Наверное, Алана… по крайней мере, немного.
– Алана?
– Моя подруга. Та, с которой я была на Корфу. Именно она подбила меня заговорить с тобой. Она должна была стать моей подружкой на свадьбе вместе с Леей.
– Значит, она знает тебя по-настоящему?
– В основном. – Рэйчел поморщилась. Алана была рядом с ней в те разгульные годы. Они катались в «мерседесе» Рэйчел, по очереди отхлебывая спиртное прямо из горлышка. Они вместе заметали следы своих шалостей. Но Алана не знала, что Рэйчел задыхалась от той жизни, которую ей приходилось вести.
Они ходили по магазинам и обсуждали все подряд. Алана и Лея делились друг с другом своими девичьими секретами, тогда как Рэйчел считала себя обязанной оставаться разумной и давать им советы. Ее отношения с отцом были почти такими же. Она считала своим долгом постоянно казаться довольной, чтобы отец не переживал за нее, не думал, что она опять пойдет по скользкой дорожке и навлечет на себя беду.
А затем появился Аякс. Рядом с ним она должна была быть спокойной, радостной… такой, какой она всегда старалась предстать перед прессой. Стабильной, уравновешенной. Чтобы ни намеком не дать понять, что подростком она была способна на всевозможные грязные безумства. Ни грубого слова, ни резкого жеста.
С Алексом она могла позволить себе и то и другое. Интересно, почему? Потому, что он видел ее обнаженной? А может, потому, что она словно оставалась обнаженной с тех пор, как встретила его? Образно выражаясь, разумеется.
– Знаешь, – медленно проговорила она, – люди всегда чего-то ждали от меня. А рядом с тобой я могу делать все, что хочу. Потому что ты мне даже не нравишься, и при этом мы, так или иначе, вынуждены быть рядом, так что мне не важно, что ты обо мне подумаешь.
– Значит, ты фальшивка, – отозвался Алекс.
– Что?!
– Фальшивка. Как и я. Я тоже отлично умею притворяться. Когда работаю. Я никому не говорю о моем прошлом. Я сдержан на язык. Я одеваюсь так, чтобы все понимали, кто я теперь и чем занимаюсь. И чтобы никто не догадался о том, кем я был раньше.
– Я не фальшивка!
– Не надо так расстраиваться.
– Как я могу не расстраиваться, когда ты называешь меня фальшивкой? – Рэйчел с яростью взглянула на него.
– Это просто часть искусства выживания. Как у хамелеона. Его это спасает. Нас тоже.
Телефон Рэйчел громко зазвонил. Она схватила трубку. Звонила Алана.
– Привет, что случилось?
Алана говорила так быстро, что Рэйчел с трудом разбирала ее слова.
– У меня огромный заказ. Просто огромный! А я не смогу справиться, если не закуплю материалы. Я получила предоплату только на половину суммы. А тут еще, как назло, в магазине наверху прорвало трубу, и меня затопило. Залило все мои запасы! Я не могу просто так взять и заменить то, что там было! Моя страховая компания считает, что платить должна их страховая компания, а те – наоборот, в общем, я тут с ума схожу!
– Чем я могу помочь?
– Сама понимаешь. Но мне неловко просить тебя…
– Ну, поскольку это и мой бизнес тоже, естественно, я должна помочь, особенно теперь… Кстати, что это за огромный заказ?
– Костюмы для фильма. Ты знаешь, я это не люблю, но тогда нашу фирму упомянут в титрах. Это французский фильм, просто грандиозный, и…
– Ладно, я все поняла. Я лечу к тебе. Вместе мы со всем разберемся.
– Ты не обязана прилетать, если у тебя все еще… Ну, если у тебя проблемы с этим таинственным мужчиной…
– С этим я разберусь. – Отключившись, Рэйчел бросила взгляд на Алекса и поднялась на ноги. – Я лечу в Канны.
– Что?
– У Аланы, моей подруги, там бутик. Точнее, формально это мой бутик. Большая часть дела принадлежит мне. Но я обычно не лезу в ее дела.
– Почему я об этом не знал?
– Никто об этом не знал. Даже Аякс. Я чувствовала себя виноватой по этому поводу… но я верила, что Алана – отличный дизайнер, и решила ее поддержать. И помогла ей открыть бутик. В последние несколько лет он приносил неплохой доход. Но сейчас у нее проблемы: где-то наверху лопнула труба, вода уничтожила одежду. Так что я должна лететь – посмотреть, что происходит, и помочь ей разобраться.
– Почему бы не решить проблему деньгами?
– Потому что я в них ограничена. С учетом тех перемен, которые обрушились на меня, я лучше возьму тряпку в руки и помогу ей собирать воду. К тому же действовать надо быстро, потому что у Аланы наклюнулся крупный клиент, но она не сможет выполнить заказ, сидя по шею в воде. Такие дела.
– Я мог бы заплатить, сколько нужно. Если бы ты была моей женой, я считал бы себя обязанным это сделать.
– Ну нет! Я не твоя жена и даже не твоя невеста. Насколько я понимаю, я не твоя пленница. Так что мне нужен самолет, чтобы вылететь с этого острова и попасть в Канны.
– Но ты вернешься?
Рэйчел прикусила губу.
– Не знаю. Некоторое время мне придется провести с Аланой. Может, когда мы окажемся врозь, мы оба поймем, что нас, по сути, ничто не связывает.
– Я не хочу, чтобы все закончилось именно так, – нахмурился Алекс.
– Как же все должно закончиться?
– Семьей. Ты, я и наш ребенок. Ты в моей постели.
От неожиданности Рэйчел поперхнулась кофе и зашлась в приступе кашля. Наконец, с трудом вздохнув, она выпрямилась:
– Что?
– А о чем я, по-твоему, думал, когда предлагал тебе выйти за меня?
– Вряд ли о чем-то, настолько… интимном.
– Почему нет? Нам хорошо вместе, agape.
– Ну и что? Ты спал со мной, только чтобы отомстить Аяксу. Я сама тебя не интересовала.
– Возможно. – Лицо Алекса напряглось. – Но сейчас все изменилось. Ты – мать моего ребенка…
– Я не собираюсь делать то, что нравится тебе. Или любому другому мужчине. С меня хватит. Я слишком часто делала то, что было приятно другим. Довольно. Теперь я буду делать только то, что удобно мне. И моему ребенку. И хватит об этом.
– Что ж, значит, я выпью еще кофе и буду собираться в Канны.
– Зачем?
– Мы же летим в Канны?
– Мы?
– Я не хочу с тобой расставаться, Рэйчел. И да, в этот раз я плачу за номер. Ведь в прошлый раз платила ты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
