Слушая данную непонятицу, пятящаяся к двери девица замешкалась, но опомнившись, собралась было уже распахнуть дверь и выскочить в коридор, но не успела.
Принцесса взмахнула рукой. От её руки в сторону девицы вылетела тёмно-фиолетовая цепочка, которая, словно живая обвилась вокруг шеи жертвы. Дернув цепочку, она сделала рывок столь резкий, сильный и хлёсткий, что голову девицы срезало словно лезвием.
Амелия, не выдержав кровавого зрелища, прикрыла глаза руками, засопев и заплакав.
Далее же начало происходить нечто совсем уж мистическое.
Принцесса подняла левую руку ладонью вверх. Немедленно вся разбрызганная по комнате кровь к этой руке устремилась. За секунды собралась кровь вытекшая, после чего остатки её потянуло из мёртвых тел. При этом у покорёженного тела второго невидимки кровь потоком хлынула из носа и глаз.
Оплетая руку, алая жидкость начала растекаться по телу вампирши.
- Ну же, сними уже с себя этот маскарад, он меня бесит. И поторопись, есть разговор… - обратилась Принцесса к замершей ректорше.
Неопытному человеку могло показаться, что Медуза банально растерялась и боится пошевелиться, и это отчасти действительно было так. Вот только страх её происходил из опыта, понимания и безысходности. То, что забирало сейчас кровь из тел, классифицировалось Орденом как «Бедствие». Рекомендации при столкновении с подобным звучали предельно кратко: «Бежать, скрыться, выжить».
И тем не менее она, сжавшись словно пружина, была готова распрямиться и броситься в битву. Но так как женщина инстинктивно знала, что сражение ей не выиграть, тело её упорно откладывало рывок до последнего.
Взвесив за и против, эльфийка решила подчиниться.
Облик ректорши поплыл. Прошло около десяти секунд и стало ясно, что лицо и тело женщины покрывает что-то вроде слизи, которая совсем недавно была неотличима от кожи. Также начало частично меняться и её собственное тело. Волосы стали вдруг серебристыми, лицо утончилось, уши заострились. Глаза из голубых изменили цвет на зелёный.
Обеспечивающая основную метаморфозу слизь окончательно превратилась в жидкость, промочила одежду эльфийки и лужей растеклась по полу. И вот уже перед Амелией и Принцессой предстала мокрая, бледная и дрожащая от напряжения Артайна.
Одновременно нечто похожее происходило и с вампиршей. Вытягиваемая из тел кровь начала менять её облик. Из хрупкой семнадцатилетней девушки она начала стремительно превращаться в чувственную, пожалуй, даже излишне сексуальную зрелую женщину. Появилась заметная грудь, набрали массу бедра, чуть раздались плечи и даже увеличился рост. Надетая на её тело одежда нехорошо затрещала и натянулась.
Закончив вытягивать кровь из трупов, она по кошачьи изогнулась, отчего на блузке под мантией лопнуло несколько пуговиц.
- Немножко кровушки не хватило, я предпочитаю чуточку побольше… - оценивающе потрогав свою «новую» грудь, подмигнула Принцесса вытирающей слёзы Амелии.
Преодолев страх, девушка разглядывала превратившиеся в мумии трупы. Высохшие и сморщенные, они уже не пугали её так сильно.
- Ну что же, а сейчас будет то представление, которое я тебе обещала… - непонятно произнесла вампирша, после чего подняла взгляд на Артайну.
Эльфийка тем временем разрывалась между животным инстинктом приказывающим ей не шевелиться и своей гордостью воина и дочери леса.
Обращаясь к Артайне, Принцесса заговорила:
- Фарго - человек Аластора. Вся его команда перешла на сторону Севера. Сейчас они направляются в столицу. Мирадор просит тебя разорвать связь с Орденом и дождаться его здесь…
Строго говоря, до этого момента мокрая, экстренно вышедшая из трансформации женщина пусть и выглядела жалко, но всё же имела собранный и даже гордый вид. Однако услышав сказанное, она банально растерялась.
- Что? Это… - растерянно выдала она.
- Чуть позже я дам тебе футляр связи, и ты получишь подтверждение сама, - продолжила вампирша, - ну а пока: «Пусть каждая следующая весна до неприличия похожа на прошлую, лес никогда не бывает прежним…» - произнесла она переданную Мирадором условную фразу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Казалось, из Артайны выдернули внутренний стержень. Она потерянно обмякла, потеряв опору и напряжение. Однако, такое её состояние продлилось всего несколько секунд. «Воскреснув» словно феникс, женщина распрямилась, сдула лезущую в глаз слипшуюся чёлку, после чего спокойно произнесла:
- Хорошо, что мне делать дальше?..
- Я думаю, для начала тебе стоит переодеться, - очень ласково, словно не она пару минут назад отрывала людям головы, улыбнулась эльфийке вампирша. – А после мы покинем это скучное место. Да, сестрички?
Обернувшись к Амелии, женщина произнесла:
- Вот так вот, моя милая, выглядит легендарная эльфийская верность…
***
Похоже я сбился со счёту. И вроде бы залов и коридоров было всего ничего, но я не могу вспомнить сколько именно. Чёртова усталость, даже элирум не спасает. Ладно, не суть важно, какая разница седьмой этот зал или восьмой, куда важнее, что он последний. За ним находится долгожданный выход на поверхность.
Вот только это не повод расслабляться, скорее наоборот, стимул собраться до предела.
Что интересно, коридоры отняли у нас много сил и времени. Некоторые были узкими, некоторые широкими словно очень длинные помещения и все как один с какой-нибудь да заморочкой. Очень запомнился мне длинный коридор, который буквально через каждые несколько метров резко поворачивал на девяносто градусов. Иногда за поворотом стоял мертвец, иногда два, иногда было пусто, а один раз их оказалось восемь!
Пришлось спешно отступать в зал, из которого мы в этот коридор попали. В зале мертвецов не было, зато имелись два на два метра бездонные провалы в полу, в которые преследующие нас мертвецы благополучно попадали.
Грома, сбривая трофейным топором очередную мёртвую голову, не ленился происходящее комментировать. Из комментариев его в том числе следовало, что я - настоящий подарок небес. Если верить гному, пройденные нами залы и коридоры должны содержать некоторое количество различных активируемых ловушек и неприятностей. К неприятностям можно отнести внезапно открывающиеся скрытые проходы, из которых вываливаются солидные порции нежити. Нередко бывает, когда вошедший в зал отряд в нём на какое-то время запирается.
С ловушками здесь проще, никаких тебе отравленных стрел или падающих с потолка лезвий. Подобное - киношные выдумки. А вот фальшивый пол, провалившись под который ты чаще всего попадаешь не в самое гостеприимное место, это запросто. Изредка встречаются залы-головоломки, в которых, например, чтобы остановить опускающийся на твою голову потолок, необходимо решить определённый ребус. Но за такими приключениями придётся спуститься значительно ниже.
Но важно не это, а то, что почти всё из перечисленного сейчас не работает. Из-за меня не работает. «Магический привод» барахлит.
Грома, обведя внимательным взглядом относительно небольшое, метров двадцать на двадцать помещение, произнёс:
- Похоже это «гостиная». Мы, считай, на поверхности, но всё же не расслабляйтесь. И вообще странно, что мы никого не встретили, возможно, Привратник всё ещё жив.
- Что ты подразумеваешь под словами «Никого не встретили»? – уточнил я.
- Да прямо чудо, что нам навстречу не прут желающие озолотиться дурачки, - пожал плечами гном.
- Ты это серьёзно? – поразился я.
Удивление моё неподдельно и происходит из факта, что там, откуда мы пришли, слишком легко умереть. Никакой, мать её, романтики в этой чёртовой яме нет. После того, что я в ней увидел, в жизни бы сюда не полез.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Но вообще да, твоя правда, уж очень сложное место, - нахмурившись, произнёс гном. – Обычно куда проще, особенно на первых этажах.
- Когда лабиринт разведан, всё не так, - ожидая, когда Грома примет решение, произнёс Тихон.
- Сколько в этом лабиринте этажей? – поинтересовался у меня Хайнц.
