его сквозь всю Луарцию и выплюнул намного южнее, чем ожидалось: в землях, принадлежащих клеттам. Все их города-государства находились на другом краю страны, у побережья, а эти земли относились к бескрайним и полудиким заповедникам – так клетты называли свои территории, до которых им не было дела. Здесь могло произойти все что угодно.
– Да уж, – сказал Ноланд, – никогда так далеко не путешествовал. Господин Ферапонт, мне необходима комната и провизия. Оплата гульденами!
– Говорю же, все номера заняты. Что до золота – по твоему, рыцари мне мешок орехов отвесили? Зачем рисковать из-за одной лишней монеты? Не знаю, не устроят ли мне рыцари взбучку за то, что впустил тебя.
– Они на каком-то секретном задании? – спросил Ноланд.
– Явно не на прогулке. Рыцари не снимают нагрудники даже за столом… хотя, эти их расписные скорлупки больше похожи на парадный доспех, а не на броню. Но ответь, парень, как ты сюда попал?
В дверь постучали. Взгляд Ферапонта заметался от двери к Ноланду. Помедлив, трактирщик откликнулся на стук, но вошел всего лишь угрюмый повар с первого этажа.
– Господин Ферапонт, извините, что отвлекаю. Сэр Арчибальд снова дебоширит.
– Что на этот раз?
– Просит пирог с олениной, а она кончилась. Я ему так и сказал, а он говорит, мол, иди к хозяину, он знатный охотник, пусть добудет…
– Счас! – гаркнул Ферапонт, – уже бегу! Стреляю по оленям! Скажи сэру Арчибальду, что его благородная особа сама может отправиться в ближайший лес и настрелять себе хоть слонов.
Повар вздохнул и удалился. Хозяин не только не решил проблему, но и ответ для рыцаря придется придумывать самому.
– Видишь, как они наглеют? А пострелять я и правда люблю. Большой зал – весь в моих трофеях, а здесь мой первый лев. – Трактирщик широким жестом указал на чучело на стене. – Но патроны у нас в большом дефиците – Эпимахия нынче пресекает ввоз любых боеприпасов. Охота для меня теперь праздник, а не промысел…
– Этот Арчибальд и есть приор? – спросил Ноланд.
– О, нет. Арчибальд его заместитель. Он командует одним из взводов. Тот еще нахал. И обжора, что в другой ситуации меня бы порадовало. И все же проблем от него поменьше, чем от приора.
Снова зашел повар. На этот раз сэр Арчибальд требовал подать пирожные с миндалем. Ферапонт отправил повара с очередной отговоркой.
– Тут есть нюанс, – сказал он Ноланду, – к обеду Арчибальд порядком напивается и начинает выдумывать всякие капризы. Но скоро он угомонится: либо уснет, либо погонит взвод на тренировку. И так изо дня в день.
– Славный рыцарь, – поморщился Ноланд. – Но у меня к вам новое предложение, господин Ферапонт.
– Все, что угодно, кроме крова над головой.
Ноланд достал из рюкзака коробочку с патронами и выложил на стол.
– Не знаю, подойдут ли? – с сомнением сказал он.
Глаза трактирщика заблестели. Он схватил упаковку и нетерпеливо стал разглядывать этикетку. Разгладив морщины у рта, появилась довольная улыбка, отчего Ферапонт помолодел на десяток лет. Он стал покачивать картонную коробочку в руке и мечтательно прищурился, словно подсчитывая, сколько походов на охоту сможет устроить. В это время снова раздался стук в дверь, но на пороге появился не повар, а удивительнейшая персона, какую только видывал Ноланд за свою жизнь. Ферапонт выругался, но так невнятно, что ругательство можно было принять за пожелание доброго дня.
Глава 7. Рыцарь
Повар в коридоре переминался с ноги на ногу.
В комнату уверенно шагнул молодой мужчина, коренастый и с мощными, как у матроса, предплечьями. Русые волосы туго собраны в косу, отчего верхняя часть головы выглядит уже, чем есть, а нижняя челюсть и подбородок, наоборот, настолько массивные и мясистые, что форма лица напоминает грушу. Область от щек до шеи гладко выбрита и серая, как сырой бетон. Широкую грудь закрывает начищенная кавалерийская кираса, ниже нее выпирает оголенный круглый живот. Чуть не скребя об пол, на поясе висит шпага, на ладонь длиннее, чем ей положено быть. С плеч свисает короткий рыцарский плащ с узором из красных и зеленых ромбов. Когда Ноланд заметил на левой руке перстни с камнями разных цветов, сомнений не осталось: перед ним рыцарь Ордена Совершенства.
– Нет, я не понимаю, достопочтенный Ферапонт! Почему вы отвергаете мое приглашение поохотиться на зубров? – раздался громкий бас, раскрашенный эмоциями, как театральная тирада.
– Потому что они здесь не водятся, сэр Арчибальд, – вздохнул трактирщик.
– Как же? – Рыцарь надул губы. Непонятно было, серьезен он или кривляется. – Я слыхал, в этих благословенных землях водятся все звери мира! Прозой говорю: раз уж судьба забросила меня в сей край, я хотел бы вкусить все его блага. Да и сколько можно сидеть в трактире?
На последний вопрос Ферапонт явно собирался дать весьма короткий и экспрессивный ответ, но сдержался. Встреча Ноланда с рыцарем заставила трактирщика беспокоиться, и он пробормотал:
– Увы, зубров здесь нет. Напоминаю, здесь все-таки заповедные территории, а не охотничьи угодья.
– Полно вам, я имел удовольствие лицезреть ваши трофеи в зале. Они не дают мне покоя – кровь кипит во мне, как глинтвейн. Я хочу задавить льва голыми руками! – Арчибальд раскраснелся и утер нос шелковым платком. – И только стряпня вашего кулинара удерживает меня.
– Я передам комплимент. Возможно, он снова готов чем-нибудь вас порадовать… – Ферапонт выразительно глянул на повара, в нерешительности стоявшего в коридоре.
– Не сегодня. Во всем надо знать меру. Красота, знаете ли, требует
