– Но ведь бабушка показала мне фотографию, где он в постели с Линкой! Я же ее видела своими глазами!
Сразу заподозрившая подлог Даша сочувственно спросила:
– Оксана, а как ваша бабушка относилась к Юрию?
Та апатично повела плечами.
– Да никак. Она была дочерью большого начальника, а потом и женой большого начальника, и меня хотела видеть замужем за кем-нибудь более приличным, как она говорила. Но это ничего не значило.
– А фотографию вы сохранили?
– Что ты! Я порвала ее сразу, она мне просто руки жгла!
Даша вздохнула. Ей ли не знать, сколько можно наломать дров в слепом отчаянии!
– Оксана, а вы не думаете, что это был фотомонтаж, и ваша бабушка не любила вашего жениха гораздо сильнее, чем вы предполагали?
Оксана уставилась на нее ушедшим в себя взглядом, пытаясь осознать услышанное. Даша добавила, пытаясь докопаться до истины:
– А у этой Линки вы что-то спрашивали? И где она сейчас?
Беззащитным жестом запустив изящные пальцы в тщательно уложенную прическу, Оксана горестно признала:
– Нет, я с ней ни о чем не говорила. Я вообще с ней общаться перестала. Насколько я знаю, она сразу после этой истории замуж выскочила.
Даша с недоумением посмотрела на Оксану. Та ответила прояснившимся взглядом. Помощница негромко сформулировала мысль, которая уже пришла на ум и начальнице:
– Странно, что любящая невеста, а сейчас, как правило, замуж выходят по любви, накануне свадьбы прыгнула в постель к чужому жениху, не находите? Как-то концы с концами не вяжутся. Если бы боль и обида не застилали вам глаза, вы бы и сами это давно вычислили.
Оксана резкими движениями сжимала и разжимала пульсирующие виски побелевшими пальцами.
– Но ведь родная бабушка! Как она могла?!
– Я ее не знаю и сказать на это ничего не могу. Она жива?
– Нет, умерла два года назад. – Что-то припомнив, Оксана озаренно прошептала: – Теперь понятно, почему она повторяла в последние дни, что ошиблась. Она полупарализованная была, говорила плохо, и никто не понял, о чем шла речь. Видимо, она пожалела о подлоге.
Даша подумала, что пожалеешь тут: любимая внучка чахнет на работе, ни семьи, ни детей.
Они немного помолчали. Даша с сожалением думала об обманутой любви, а Оксана о бездарно прожитых десяти годах, полных тоски и обиды.
Даше нелегко было дать такой личный совет, но, увидев медленно катящуюся по щеке Оксаны прозрачную слезинку, она решилась:
– Мне кажется, вы первой должны к нему поехать. Как ни крути, но инициатором разрыва были вы, пусть и не нарочно. И мириться тоже вам.
Закрыв лицо руками, Оксана простонала:
– Он меня не простит. Он всегда таким гордым был. Выгонит и разговаривать не станет. Я боюсь.
Даша резонно возразила:
– А что вы теряете? Ничего. Зато потом можете сказать себе, что ваша совесть чиста, ведь вы сделали всё, что могли. К тому же и гордость не пострадает, никто не узнает, что вы к нему ездили.
Оксана колебалась, но недолго. Вскинув голову, твердо согласилась:
– Да, ты права. Я поеду к нему на эти выходные. Надеюсь, он будет дома.
Даша с видом опытной путешественницы подсказала:
– Если его не будет, можно снять комнату в этом же общежитии, это недорого.
В пятницу после работы Оксана улетела, а в субботу позвонила Даше домой. Голос начальницы так звенел неприкрытым счастьем, что той и без слов всё стало ясно.
– Даша, напиши, пожалуйста, в понедельник за меня директору заявление на отпуск, я уже несколько лет не отдыхала. Пусть меня пока Павел заменит. Когда вернусь, не знаю, у Юрия много незаконченных дел. Да, попроси Дана свозить тебя ко мне на квартиру и собери мои вещи. Я не знала, на сколько здесь задержусь, поэтому взяла только самое необходимое. Потом передай с оказией, ладно?
Не утерпев, Даша спросила:
– А как вас встретил Юрий?
Оксана ответила дрогнувшим голосом:
– Просто обнял.
Когда в трубке запищали короткие гудки отбоя, Даша мечтательно вздохнула и уставилась в окно. Ей было за что себя похвалить. Ведь если бы не она, эти двое так и сидели б по своим углам, любя и страдая, но не делая ни шагу навстречу друг другу.
Нужно было выполнить поручение Оксаны, но телефона Дана у нее не было, поэтому, рассудив, что до понедельника она всё равно ничего не узнает, посвятила выходные учебе.
В понедельник, не решившись рассказать Галине Ивановне об изменениях в жизни начальницы, – та ведь не давала ей такого права, – отнесла написанное от имени Соколовой заявление генеральному директору, разразившемуся гневной отповедью по поводу внезапных исчезновений недисциплинированных подчиненных. Покорно ее выслушала, огорченно вздыхая, всем своим унылым видом демонстрируя полную покорность нелегкой судьбе, давая возможность генеральному выпустить накопившийся пар.
Удостоверившись, что остывший шеф бумагу подписал, отнесла ее в отдел управления персоналом, где такое обычное на первый взгляд заявление вызвало уйму вопросов. Невинно хлопая глазками и растерянно пожимая плечами, уверила кадровиков, что ничего не знает.
Вернувшись к себе, осторожно спросила Галину Ивановну, как ей разыскать Дана. Брюзгливо поджав губы, та бросила:
– Не буди злую собаку, пока она спит! – зарумянившаяся от намека Даша продолжала с молчаливым упорством смотреть на Галину Ивановну и та с неучтивым смешком подсказала: – Но, если уж тебе так приспичило, то вот ориентир: он глава компании «Соколов и сын». Должен быть там, я думаю.
Еще больше конфузясь под ее насмешливым взглядом, Даша нашла в телефонном справочнике нужный адрес. Телефон главы компании указан не был, и она набрала номер приемной. Ответившая ей девушка попыталась выяснить, по какому конкретно вопросу она звонит, но Даша твердо ответила, что она личный помощник его сестры и действует по ее поручению.
Когда трубку наконец взял Дан, Дарья быстро выпалила, чтобы он заехал за ней сегодня, если сможет. Услышав довольный смешок и многообещающее: «Конечно, смогу», положила трубку, обхватив руками горящие щеки. Опять он подумал вовсе не то! Галина Ивановна с всё тем же кисло-пренебрежительным видом отвернулась от нее, и Даша, поежившись от ее явного неодобрения, заставила себя взяться за работу.
После смены Даниил поджидал ее в машине на прежнем месте. Увидев в его глазах охотничий блеск, Даша злорадно сообщила, разрушая все его напрасные надежды:
– Оксана помирилась с Юрием, взяла отпуск и попросила меня собрать ее вещи, потому что пробудет в Питере неопределенное время.
Дан так удивился, что приоткрыл рот и не сразу нашел, что сказать.
– Вот это новость! И как это могло произойти?
Даша не стала говорить о своей роли в этой истории.
