Читаем без скачивания Первый (СИ) - Данич Дина

Марат задирает мое платье еще выше и хлестко ударяет по ягодице. Кожу обжигает яркой болью, но вопреки логике она отдается лишь более сильным возбуждением. Внутри все сладко сжимается, и моя реакция не остается незамеченной.

Слышу довольный смешок.

- Да ты, царевна, та еще шлюшка, - довольно заявляет Марат. Я пытаюсь приподняться, но он жестко давит мне на спину, прижимаясь к моим ягодицам. Кожу обжигает металл пряжки на ремне. А еще член. Я отчетливо чувствую крепко стоящий член, который упирается мне в поясницу.

- Не дергайся, - хрипло произносит Бессонов. Оставляет едва ощутимый поцелуй у меня на плече, притупляя мою бдительность, а после довольно ощутимо прикусывает. Взвизгиваю и снова дергаюсь, но это результатов не приносит.

Марат наматывает мои волосы на кулак и оттягивает, вынуждая меня прогнуться в спине.

- Ебать тебя и ебать, царевна, - мурлычет он мне на ухо, опаляя кожу горячим дыханием. Снова целует. Вторая рука невесомо прикасается к плечу, ползет ниже и почти сразу находит грудь. Чувствую, как он ощутимо сжимает ее, а после выкручивает сосок до легкой боли. Мысли упрямо стекают в трусы, как бы ни было стыдно это признавать.

- Когда последний раз трахали?

Эта бесцеремонность раздражает, и я снова пытаюсь вывернуться. Толкаюсь бедрами, но в итоге контакт с мужчиной становится еще плотнее. И это так обжигающе горячо, что я невольно поддаюсь моменту. Ловлю этот вайб, чтобы запомнить, какой типаж мне нравится на будущее.

- Отвали, - бормочу, пытаясь оттолкнуться.

- Как только выебу, - ухмыляется Бессонов. Прижимается еще ближе, так, что мы будто сливаемся в одно целое. А у меня словно раздвоение случается - с одной стороны я должна сопротивляться. Это же против моего желания! А с другой - мне так остро и сладко, меня так тянет к нему, что не получается выплыть мозгами из этого водоворота желания.

- Отвали от меня! - упрямо повторяю, хотя уже понимаю, что проигрываю. Что несмотря на наше противостояние, я всей своей женской сущностью тянусь к Марату. Это нельзя объяснить, нельзя найти логику. Я просто хочу этого мужчину. Просто чувствую в нем того, с кем хочется попробовать настоящий секс.

А ведь у меня были парни, точнее, поптыки начать какие-то отношения.

Но ни один из них не вызвал во мне и доли того, что я испытываю рядом с Маратом.

Он словно скала - холодный и неприступный, циничный и язвительный. Но вместе с тем обжигающе горячий, подавляющий и… надежный.

- Лживая дрянь, - сипит Бессонов, продолжая ласкать меня. Снова находит у меня между ног чувствительный узелок, давит на него, обводит пальцем кругу, провоцируя все большее напряжение в теле.

Мне очень хорошо, но в то же время чертовски мало. Хнычу, подаваясь бедрами навстречу его волшебным пальцам.

- Что, нашел твою кнопку? - продолжает ухмыляться этот гад. Но в этот момент я почти не реагирую на его слова - мне жизненно необходимо, чтобы он продолжал. Поэтому когда его руки вдруг пропадают, испытываю жесткое разочарование. А буквально в следующее мгновение кожу на бедрах чуть обжигает от того, как по дикому Марат рвет белье. Затем расправляется и с платьем, превращая его в бесполезные лохмотья. И снова его горячие руки накрывают мои плечи, а после переключатся на грудь.

Я растворяюсь, поддаваясь тому, что требует от моего тела Бессонов.

- Охуенная, - шепчет он, покрывая поцелуями мое плечо. - Хочу тебя, пиздец как.

Довольно улыбаюсь, откидываю голову ему на грудь, млея от того, что Марат со мной делает. Можно ведь проиграть сражение, но не войну, да? Сама опускаю руку себе между ног. Да, я отлично знаю как сделать себе хорошо.

Но едва прикасаюсь к клитору, как тут же получаю хлесткий шлепок по пальцам.

- Хочешь кончить? - вкрадчиво спрашивает Марат.

- Хочу, - сдаюсь, признавая поражения.

- Только на моем члене, царевна.

Звучит угрожающе, но в то же время мужские пальцы скользят дальше, накрывают протяженность, сжимая ее до легкой боли.

А затем я чувствую, как они медленно погружаются в меня. Растягивают, причиняя легкий дискомфорт.

- Проси, - шепчет Марат. - Скажи, что ты хочешь.

- Не дождешься, - продолжаю упрямиться, испытывая еще более острые эмоции от нашего противостояния. Каждый мой отказ провоцирует Марата, и он начинает ласкать меня еще более изощренно. Вынуждает повернуться к нему и вгрызается в мои губы.

Снова его ладонь на моей шее, пока другая рука дразнит между ног. С каждым вдохом пружина во мне становится все туже. Пульс гулко отдается в висках, а в кровь кажется вот-вот просто вскипит от того огня, которым мы оба заряжены.

Все сильнее подаюсь бедрами навстречу пальцам Бессовнова. Которые, черт подери, так сладко и так правильно двигаются во мне. Однако вместе с тем я испытываю глобальную потребность получить больше.

Едва Марат убирает руку, как я снова разочарованно стону ему в рот.

- Проси, - выдыхает мне в губы. - Давай, царевна, скажи, что хочешь меня.

Мне физически больно от того напряжения, которое сковывает мышцы внутри. Кажется, если сейчас мы остановимся, то я просто не встану.

- Проси, - упрямо повторяет чемпион. - И полетаешь.

- Хочу, - беззвучно шепчу. Успеваю поймать довольную ухмылку на лице Марата, прежде чем он снова целует меня.

Развязно и глубоко. Он трахает меня языком, а я едва не задыхаюсь от его напора. Кусаю в ответ, чтобы хоть как-то поделиться тем, что испытываю. Мне хочется зажечь его не меньше. Пусть тоже чувствует, пусть сгорит.

- Провоцируешь, - хрипит Бессонов, с трудом отрываясь от моих губ. Смотрит ошашелым взглядом, а затем резко толкает меня вперед. Я оказываюсь с задранными вверх бедрами, и буквально следом меня обжигает боль от резкого проникновения.

Несколько мгновений ничего не происходит. Лишь тяжелое дыхание позади и отголоски неслучившегося оргазма бродят у меня в крови.

- Пиздец, ты узкая, царевна, - выдыхает Марат, а затем начинает двигаться. Я не дурочка и, конечно, понимаю, что первый раз шутка такая - не всегда бывает идеально. Но почему-то мое возбуждение не перебивает тот дискомфорт, что остается от потери девственности. Напротив. Они причудливо переплетаются с остальными ощущениями. Тем более что Бессонов оказывается довольно щедрым любовником и не переходит в режим “тупо гнаться за собственным удовольствием”. Он не торопится, смакуя каждое движение. Накрывает пальцами клитор и снова умело взводит курок моего возбуждения.

Бессвязно бормочет всякие скабрезные фразочки, от которых у меня щеки пылают, а внутри все в узелок стягивает.

Марат совершенно бесцеремонный в своей похоти и вместе с тем щедрый на ласку. Я растворяюсь в нашем общем возбуждении, лихо приправленным дикой животной жаждой друг друга.

Движения Бессонова становятся резче, глубже. Я чувствую, что еще немного, и...

Он резко замирает во мне, приподнимает меня и перехватывает так, что особенно глубоко насаживает на свой обалденно шикарный член.

- Охуенная, - шепчет, обнимая меня под грудью, которая от каждого его толчка чуть подпрыгивает.

И это становится последней каплей. Внутри все мышцы сжимаются, а затем расслабляются, запуская естественную и такую невероятную волну, отчего пальцы на ногах поджимаются.

Я плохо соображаю, полностью отдаваясь моменту. Лишь ощущаю, как Марат осторожно кладет меня обратно и резко догоняет меня, в последний момент выходя и заливая мне спину своей спермой. Я вот-вот готова провалиться в сон, чтобы перезарядиться, как слышу глухое:

- Это что, блядь, такое?!

- 14 Вика -

Мое тело сейчас настолько расслаблено, что все реакции банально заторможены. Требуется время, чтобы догадаться, о чем речь.

Да и то далеко не сразу это происходит. Марат осторожно приподнимает меня, разворачивает, вынуждая посмотреть на него.

То ли я слишком размякла, то ли дело в алкоголе, который все еще гуляет у меня в крови, но я совершенно не могу уловить, что вижу в его глазах. Шок? Неверие? Настороженность? Или что-то еще?