не встречается в этом возрасте»[47].
Поразительно, не так ли? Через рисование учить письму…
Песталоцци был убежден: нельзя научить ребенка считать, показывая ему картинки в книжке. Восприятие даже самой простой картинки сложнее — непривычнее! — чем восприятие реальности.
Чтобы ребенок понял, что такое два плюс два, ему надо дать два яблока, а потом прибавить к ним еще пару. Элементарно!
Узнав все это и, разумеется, использовав в своей дальнейшей практике, вот как Корчак, например, учил детей писать.
Да, они тоже рисовали буквы, но — как?
— Чем отличается буква «б» от буквы «в»? — спрашивал Корчак и сам отвечал. — Буква «б» животик налево (напишите «б» рукой, и вы убедитесь, что это так), а «в» — животик направо.
Элементарно!
По сути, это и есть элементарное обучение по Песталоцци.
6
На самом деле, что в конце XIX — начале ХХ века, что сегодня весь педагогический мир делится на тех, кто принимает взгляды Песталоцци (даже если никогда не слышал этой фамилии, но по факту соглашается с его философией) и старается общаться с детьми в соответствии с его воззрениями. И на тех, кто не принимает его метод.
Проще говоря. На тех, кто видит в ребенке личность и хочет развить Богом (кому больше нравится Природой) данные таланты. И на тех, кто считается, что дитя — это чистый лист, и задача педагога написать на нем то, что он считает важным.
Во втором случае воспитываются рабы — те, кто абсолютно подчинен педагогу и видит мир таким, каким хочется преподавателю.
В первом — самостоятельные личности, которые живут в своем мире, который стараются строить по своим законам.
После поездки в Швейцарию Корчак еще раз убедился, что «метод природосоответствия» может стать тем фундаментом, на котором и необходимо строить здание своего воспитания.
В фашистском гетто Корчак задумал написать несколько биографических книг о людях, чей вклад в историю человечества считал наиболее значительным. Первыми значились два человека: Леонардо да Винчи и Песталоцци.
В планах Корчака стояли рядом — были ему наиболее интересны.
7
«Во всех случаях, когда принципы школьного дела и его организация не исходят просто, прямо и непосредственно из существа человеческой природы, а насильственно, искусственно выводятся из случайных состояний и положений людей, результаты всегда иные, чем должны быть. Они никогда не соответствуют стремлениям человеческой природы»[48], — писал Песталоцци, и Корчак, работая в своих домах сирот, хорошо усвоил этот принцип.
На самом деле, это не просто слова — это, если угодно, руководство к действию. Главная задача учителя: понять природные устремления ребенка и развивать их, а не навязывать ему, как говорится, «собственное представления о прекрасном».
Что для этого необходимо?
Сначала изучить человека, а уж потом учить.
Что необходимо, дабы можно было изучать ребенка?
Любить его и уважать. Без любви и уважения никакое изучение невозможно.
И вот тут совершенно сходятся взгляды Песталоцци и Корчака: ребенок — это не объект для воспитания, которого надо заполнить всем тем, что учителю представляется важным. О нет! Ребенок — это человек, которого необходимо сначала изучить, любя его и уважая, а затем развивать в нем все то, что дано Богом (Природой, если кому-то больше нравится).
На мой взгляд, поездка, во время которой наш герой изучал наследие величайшего педагога Иоганна Генриха Песталоцци была для Януша Корчака чрезвычайно важной.
В наследии великого швейцарца Корчак нашел поддержку своим взглядам, с одной стороны, и, если угодно, фундамент для создания своих будущих учебных заведений — с другой.
Сейчас это трудно себе представить, но ведь наш герой мог выбрать другого кумира, другого учителя. Думаю, тогда не было бы книг ни про любовь и уважение к детям, и Матиуш, наверное, получился бы другим.
Они очень совпали два гения-педагога: Песталоцци и Корчак. Их очень многое объединило.
И второй из них, который был более чем на век моложе, отправился дальше по жизни, чтобы не просто изучать, а развивать и активно практиковать идеи первого.
Глава шестая. «Дитя салона» и другие приключения
1
«Мне приснилось, будто я пудель. Шерсть у меня сбрили. Без нее я чувствовал себя знобко, но, зная, что хозяин доволен, я вилял хвостом и преданно заглядывал ему в глаза… У меня не было ни блох, ни тревог, ни ответственности. Однако, мне полагалось быть преданным и верным, а также показывать, что я умен, как и положено пуделю»[49].
Потом пудель начнет страдать — по-настоящему, по-человечески. Станет напоминать собаку, «на душу которой надет намордник». От непонимания и одиночества пес едва не сойдет с ума, он уже будет готов укусить за руку самого хозяина…
Но тут Янек — герой повести Януша Корчака «Дети улицы» — проснется и начнет жить свою жизнь: жизнь человека, который проснулся.
Как понять талант артиста можно по первым репликам на сцене; как умного человека можно распознать по двум-трем сказанным словам — так талант писателя виден по одному абзацу.
Талантливо, не правда ли? И вообще, начать повесть о молодом человеке, который помогает сиротам, со сна о стриженном пуделе… Бездарному писателю вряд ли бы такая мысль пришла в голову.
Проснувшийся парень понял, что невыносимо устал от постоянного гнета родителей, от абсолютной невозможности жить свободно. Что делать?
Янек уходит из дома родителей, начинает скитаться по городу, который становится его единственным жилищем.
Денег нет — как нынче говорят: от слова «совсем». Янек живет на случайные заработки, клянчит милостыню. Но, несмотря на все это, старается помочь беспризорным детям, иногда отдавая им последнее.
Корчак показывает страшный, грязный, подвальный мир города — для читателя это не новость. Как говорится, читали и про это и ни раз. Но Корчак показывает его глазами детей, а это уже совсем иная история. Не абстрактная — про тяжелую, грязную жизнь, а про детей, которые нуждаются в жалости и помощи, а их никто не замечает.
Их как будто нет в нашем мире. А они есть.
Вообще-то поначалу задачей Янека было собрать материал для книги. Но очень быстро он понял: просто записывать наблюдения — не получится, дети подземелья нуждаются в конкретной помощи.
Что может сделать для них Янек — в сущности, такой же ребенок, как они? Ничего особенного… Может подарить яблоко или маленькую игрушку; повесить на грудь ребенку крестик; начать учить читать или рассказать им сказки.
Однако самое главное, что делает герой повести: он замечает. Замечает детей, их проблемы, их страдания… Замечает мир, который другие предпочитают не видеть.
И это, увиденное, не может на него не
