Военные последствия «Волынской резни»: создание УПА и сдерживание советского партизанского движения
Резня поляков на Волыни, которую осуществила в 1943 году Украинская повстанческая армия (УПА), является редким эпизодом Второй мировой войны. Его наиболее близкий аналог — уничтожение сербов в бывшей Югославии силами хорватских коллаборантов. Особенностью польской резни на Волыни по сравнению с уничтожением сербов в Югославии было очень заметное стратегическое значение этой этнической чистки. Резня поляков на Волыни оказала влияние на весь ход Второй мировой войны.
1. Формирование УПА в ходе резни поляков
Хроника уничтожения поляков на Волыни хорошо известна. Обратим внимание на некоторые аспекты этой «акции» Уничтожение поляков началось буквально с первых дней существования УПА. Вероятно, первым заметным актом геноцида было уничтожение 9.02.1943 примерно 100 жителей д. Паросля подразделением Довбешки-Коробки (Перегийняка). Судя по описанию Дмитрия Багинского, этот отряд после боя в городке Влодимирец зашел под видом советских партизан в деревню Паросля и потребовал от местных поляков помощи. Поев в крестьянских семьях, бойцы отряда собрали поляков в одно место и зарубили топорами 149 человек.
Это событие является знаковым для понимания периода становления УПА. Небольшой бой в г. Влодимирец, по предложенной Н. Лебедем версии возникновения УПА, был первым боем УПА, созданной ОУН(Б). Согласно версии Р. Шухевича, которая ныне канонизирована на Украине на официальном уровне, первым боем УПА считается бой 14.10.1942. Версия Лебедя больше соответствует реальности, т. к. решение руководства ОУН (Б) о переходе к партизанской войне было принято только в конце 1942 года. До того ОУН(Б) лишь готовилась к партизанской войне и официально стремилась сдерживать своих членов от создания собственно повстанческих структур. Те немногочисленные стихийно возникшие в силу стечения обстоятельств повстанческие группки, близкие к ОУН(Б), которые существовали в 1942 году, сложно считать структурами УПА. Борьба между двумя версиями первого боя УПА отражает борьбу между двумя фракциями в УПА — Лебедя и Шухевича. Во всяком случае, бой во Влодимирце точно относится к моменту формирования массовых структур УПА на Волыни и в Полесье, начатого ОУН(Б) как раз в начале 1943 года В этом смысле плановое уничтожение после боя украинскими националистами под видом советских партизан польских крестьян, оказавших им помощь, является не только символическим, но и типичным, знаковым, указывающим на смысл организации УПА в первые месяцы ее реального существования.
Формирование УПА как воинской силы происходило по очень логичной в рамках идеологии ОУН(Б) организационно-политической схеме. После решения руководства ОУН(Б) о переходе к партизанской войне произошла мобилизация в повстанческие структуры местной «вспомогательной полиции» на Волыни и в Полесье. В течение февраля-марта 1943 года это дало повстанческим отрядам около пяти тысяч бойцов. В апреле началась широкая мобилизация боеспособного населения. УПА была не добровольческой армией, а — мобилизационной. Следует заметить, что на этом этапе костяк командных кадров отрядов составили члены подпольных структур ОУН(Б), в основном ориентированные на группу Лебедя. Активисты ОУН (Б) держали в своих руках связь, контролировали материальные ресурсы УПА, представляли себой идеологическое ядро повстанческой армии. Они же составили костяк Службы Безопасности, эффективно пронизавшей все структуры УПА. Бывшие полицейские в целом явились хорошо подготовленным рядовым составом повстанческих подразделений, хорошо знавшим местность и население в зонах своих боевых действий. Заметного притока галичан на Волынь и в Полесье на стадии возникновения УПА еще не было.
В момент возникновения УПА в Полесье и на Волыни почти отсутствовали крупные советские партизанские отряды и практически не было польских вооруженных структур, способных оказать сопротивление УПА. Советские партизанские отряды были отведены в начале зимы 1942–1943 годов в белорусское Полесье и зимовали в основном в белорусских лесах. Ковпак пополнял свое соединение припасами и вывозил раненых на «Большую землю» на Князь-Озере у Линькова, северо-восточнее Пинска. Сабуров располагался несколько южнее. Эти наиболее крупные соединения советских партизан, прибывшие на Западную Украину осенью 1942 года были также зимой скованы карательными действиями немцев и поэтому вели сложные маневренные бои именно с немцами. В момент возникновения УПА в украинском Полесье и на Волыни находились немногочисленные подразделения советских партизан из числа местных отрядов, оформившихся в 1942 году и спецотряды НКВД, осевшие вблизи крупных населенных пунктов и железнодорожных узлов. Наиболее крупным из них был отряд Медведева, служивший базой для действий разведывательно-террористической сети Кузнецова в г. Ровно, а также проводивший сложную дипломатическую деятельность с УПА Бульбы в расчете на переход Бульбы к открытой партизанской войне совместно с советскими партизанами против немцев.
Местные поляки собственные вооруженные подразделения к моменту возникновения УПА массово не создали в силу ряда причин:
К моменту возникновения УПА между советским правительством и эмигрантским правительством Польши в Лондоне существовал военный союз против Германии. На местах это привело к тесной связи между советскими партизанами и польскими группами сопротивления, идеологически ориентированными на Лондон. Польская разведка предоставляла информацию советскому ГРУ и выполняла задания по линии ГРУ. Это положение сохранялось вплоть до раскрутки немцами Катынского дела в апреле-мае 1943 года.
В местах компактного проживания поляков на Западной Украине и в Западной Белоруссии к началу 1943 года партизанское движение было в целом очень слабым. Польские повстанческие группы и подполье не получали заметной поддержки из-за линии фронта в силу своей отдаленности от него. Партизанское движение в течение 1942 года стало массовым и организованным в основном в восточных регионах Белоруссии и восточной части Украинского Полесья.
Польское население Полесья и Волыни в отличие от польского населения северо-западной части Белоруссии было в значительной части не автохтонным населением этого региона, а — колонистами и проживало в особых населенных пунктах — колониях. В межвоенное время колонистами становились ветераны войн за независимость Польши, прежде всего ветераны войн против Советской России. Они получали большие наделы земли за счет местных православных крестьян и селились в особых населенных пунктах. Это была открыто колониальная политика Польши. И поляков-колонистов, как правило, местное население ненавидело. В Западной Белорусиси за счет большого влияния интернациональных по идеологии коммунистов из КПЗБ удавалось межэтническую ненависть немного сдерживать. Но на Волыни и в украинском Полесье, где было сильно влияние украинских националистов, межэтническую ненависть не сдерживало почти ничто.
Оставшиеся после предвоенных депортаций в Сибирь поляки-осадники (колонисты) и местные «автохтонные» поляки в этих регионах оказались под властью набранной среди украинцев местной «вспомогательной полиции» и не могли рассчитывать на выживание в лесу своих повстанческих групп. Местная украинская полиция была пронизана структурами ОУН (Б) и других украинских националистических группировок. Все националистические группировки в этих регионах имели консенсус в одном — в крайне негативном отношении к полякам. УПА Бульбы, и мельниковцы, и тем более бандеровцы в отношении поляков были в общем едины. Польских развитых подпольных структур ни в населенных пунктах, ни в лесу не возникло. В полицию поляков также почти не брали. То есть и коллаборантских вооруженных структур из числа поляков — также почти не было.
Единственной вооруженной силой, на которую могли рассчитывать в этой ситуации поляки украинского Полесья и Волыни, являлись советские партизанские отряды. Практически все крупные партизанские отряды опирались именно на поляков и базировались в польских селах (Медведев (НКВД), Прокопюк (НКВД), позднее — Федоров (Украинский штаб партизанского движения), Бринский (ГРУ), разведсеть Кузнецова (НКВД) и т. д.). По своему этническому составу советские партизанские отряды к моменту начала резни поляков были «восточно-славянскими», состояли в основном из украинцев, русских, белорусов, а также — евреев. Поляков среди них было немного. Украинцы были преимущественно из восточной Украины. Местных жителей в отряды массово еще не набирали. Следует отметить, что советские партизанские отряды были антинационалистическими по идеологии. Однако с точки зрения польского националистического чувства поддержка поляками советских партизан была также логичной, ибо СССР и эмигрантское правительство в Лондоне находились в состоянии военного союза.
