Итак, одним из объектов исследования социологии физической культуры и спорта является органическое тело человека как элемент его телесного бытия. В рамках данной науки (равно как и других наук, изучающих физическую культуру и спорт) оно рассматривается не само по себе, а в процессе его социализации, окультуривания, когда под воздействием разнообразных социальных факторов, прежде всего сознательных, целенаправленных, оно становится социальным по своему характеру и значению, включается в мир культуры. В таком аспекте оно выступает как соматическая культура.
1.2.2. Спорт
Содержательный анализ различных определений понятий “физическая культура” и “спорт”, а также научных работ, в которых используются данные понятия, позволяет выделить в сфере физической культуры и спорта помимо соматической культуры ряд других объектов. Для их обозначения чаще всего используются такие понятия, как “спорт”, “спортивные соревнования”, “занятия физкультурой”, “занятия физическими упражнениями”, “физкультурная деятельность”, “физкультурно-спортивная деятельность” и т. п. В этих понятиях фиксируются существенно отличающиеся друг от друга объекты, которые нередко смешиваются, недостаточно четко отличаются друг от друга. Чтобы избежать этой ошибки введем систему понятий, позволяющую уточнить и дифференцировать эти объекты.
Прежде всего остановимся на понятии “игра” («игровая деятельность»), которое обычно используется при характеристике спорта и других связанных с ним явлений.
Игра. Трудность определения понятия “игра” состоит в том, что ему соответствует крайне сложное и многоплановое явление. Игрища древних, детская игра как ведущая форма жизнедеятельности ребенка, игра в искусстве, спорте, военная и деловая игры, математические игры – это далеко не полный перечень проявлений игры.
Такая многоплановость игры порождает различные представления о ее сущности и различные значения самого термина “игра”. В четырехтомном словаре русского языка отмечается, например, семь основных значений этого слова, в которых оно используется в обыденном языке. Но и в научных работах понятие “игра” истолковывается по-разному. Она понимается как универсальное средство развития культуры (И. Хейзинга) или личности (Ф. Шиллер), как средство формирования конкретных навыков поведения и обучения (многочисленные исследования по выработке навыков в игре у детей и взрослых, тренингу и т. и.), как физическая, интеллектуальная и эмоционально-образная активность и т. д. Игра может рассматриваться и рассматривается в различных аспектах: “1) как самостоятельная деятельность, существующая в культуре наряду с другими видами деятельности (трудовой, познавательной, художественной и др.); 2) как элемент или аспект, а то и основа других видов деятельности (искусства, спорта и др.); 3) как внутренний план деятельности (проигрывание возможных жизненных ситуаций или преднамеренная постановка себя в определенную ситуацию, т. е. как структурная модель поведения)” [687, с. 147–148].
Отметим основные особенности игры, которые обычно выделяются ее исследователями.
Прежде всего игра – это определенная деятельность, т. е. совокупность осмысленных действий, объединенных единством мотива. Игровая деятельность имеет ряд особенностей. В данной деятельности человека интересует не столько ее результат, сколько те эмоции, которые она вызывает, удовольствие, получаемое от занятия этой деятельностью. В этом смысле принято говорить, что "мотив игрового действия лежит не в результате действия, а в самом процессе" [280, с. 388] и что игра имеет не утилитарный, а чисто условный, символический характер. Игра способствует формированию и развитию разнообразных качеств (психических, физических, социальных), необходимых в трудовой деятельности. Но в процессе игры человек не создает материальных ценностей[12]. “Как правило, игра сама по себе не ведет к созданию новых материальных ценностей, хотя в некоторых формализованных играх или играх досуга, как, например, в покере, возможно перераспределение денег или другой собственности между игроками” [999, р. 6]. В связи с этим Х.Г. Гадамер обращал внимание на то, что “для играющего игра не представляется серьезной; именно поэтому в нее и играют”. Но вместе с тем он подчеркивал, что “тот, кто не принимает игру всерьез, портит ее” [108, с. 147–148].
Развивая эту тему, Ю.А. Левада подчеркивает, что “игровое действие как таковое (игровая структура) лишено какой-либо внешней полезности, ориентации на внешнюю цель и подчинение внешней норме… Замкнутость, или закрытость, структуры игрового действия означает, что его нормативные рамки и целевые ориентации (как внешние, так и внутренние, психологические), соответствующие мотивы и интересы ничем, кроме самой игры, не определяются… Негативным определением той же особенности игрового действия – замкнутости – является его неутилитарность…”. “В этом смысле игра принципиально непродуктивна и тем отлична от функциональных или инструментальных форм деятельности… Конечно, любые реальные игры… многими нитями связаны с решением практических задач – с экономическими, педагогическими, карьерными, престижными интересами…”, но вместе с тем “игровое действие отмечено как несерьезное, искусственное, свободное в противоположность серьезному, естественному, необходимому миру неигровой деятельности” [273, с. 274–275, 278].
Игра выступает как одна из форм преодоления человеком не только узко утилитарного отношения к реальности, но и зависимости от нее и тем самым обретения свободы. Ведь игра является добровольной деятельностью, так как никого, строго говоря, не заставляют насильно принять участке в игре. Игра проводится в свободное время, может быть начата и закончена по желанию игроков [999, р. 5]. В этом смысле игра “представляет собой эмоциональное переживание удовольствия, наслаждения от процесса свободного проявления духовных и физических сил личности” [709, с. 119]. “Сущность игр человеческого бытия – подчинение решениям и поведению, общим для всех правилам, с одновременным разрешением полного использования возможностей в пределах обозначенной области свободы игроков” [992, р. 102].
Еще одну важную особенность игровой деятельности можно выяснить, сопоставляя ее с событиями реальной жизни. Игровая деятельность, особенно в начальный период своего возникновения, как правило, непосредственно связана с определенными ситуациями и формами поведения человека в реальной жизни. Но она не просто повторяет эти ситуации и формы поведения, а моделирует и модифицирует их определенным образом, приобретая такие характеристики, как “условность”, “надуманность”, “притворство” и т. п. Игровое моделирование предполагает переход из мира реального в мир "условный” [732], создание искусственных, "мнимых” ситуаций. Касаясь этой стороны дела, Л.С. Выготский писал: "Мне кажется, что за критерий выделения игровой деятельности ребенка из общей группы других форм его деятельности следует принять то, что в игре ребенок создает мнимую ситуацию… на основе расхождения видимого и смыслового поля" [101, с. 65]. А.Н. Леонтьев подчеркивал, что в игре всегда присутствует “воображаемая ситуация” [280, с. 392].
В отечественной науке один из первых на эту особенность игровой деятельности обратил внимание Ю.М. Лотман. Он обосновал положение о том, что игра выступает как "особого типа модель действительности. Она воспроизводит те или иные ее стороны, переводя их на язык своих правил". Весьма важно положение Ю.М. Лотмана о том, что игровая модель в каждую отдельную единицу времени включает человека одновременно в два поведения – практическое и условное. Игра связана с реализацией особого "игрового" поведения. Когда какая-либо жизненная ситуация преобразуется в игру, реальность подчиняется законам игры, причем организующий принцип реальной ситуации познается через моделирование его в условных категориях "правил" и "кодов" [287, с. 132–133, 137].
В играх соперники чаще всего ведут себя так, как будто все равны и находятся в равных условиях, и многочисленные аспекты "внешней реальности", такие как расовые различия, образование, профессия, финансовое положение не принимаются во внимание на время проведения игры. Препятствия, с которыми люди встречаются в своей повседневной жизни, обычно заранее не предусмотрены и являются реальными в том смысле, что они требуют соответствующих ответных действий, обусловленных внутренними и социальными потребностями. Напротив, в играх препятствия, с которыми приходится бороться, создаются искусственно. И хотя иногда они приобретают жизненно важное значение, становятся вопросом жизни или смерти как, например, у альпинистов при трудном восхождении, но эти трудности обычно не имеют существенного отношения к повседневной борьбе человека за существование. И, наконец, если во многих реальных ситуациях повседневной жизни под руками может не оказаться средств или возможностей для адекватного преодоления возникающих препятствий, в играх в силу их внутренней структуры всегда предусматриваются потенциальные ресурсы или пути преодоления искусственно созданных препятствий.
