– Мне жаль, что мы познакомились при таких неприятных обстоятельствах. Если я был груб с вами там, на балу, прошу меня простить. Я не хотел причинить вам боль. Но я не буду извиняться за то, что обнаружил на вашем правом бедре родимое пятнышко в форме бабочки, – добавил он с лукавой ухмылкой. – Это печать совершенства.
Шандра залилась краской, услышав этот намек. Он успел ее рассмотреть во всех подробностях! Нолан перекинул ногу через перила террасы, и Шандра подбежала к нему, повинуясь безотчетному импульсу. Отбросив женскую стыдливость, она запечатлела поцелуй на его губах.
Возможно, она просто хотела проверить себя: вдруг ее предыдущий опыт – всего лишь игра воображения? Но нет, трепет, пробежавший по ее телу, нельзя назвать притворным. К ее немалому удивлению, те же ощущения обожгли ее внутренности, дойдя до кончиков пальцев. Если бы Нолан каким-то чудом смог оставить свои губы, а сам уйти, она бы целовала их до рассвета. Господи, как это замечательно – целовать его! Досадно, что она не успела довершить то, что они начали.
Шандра отступила назад. Нолан смотрел на нее, насмешливо приподняв бровь и улыбаясь. Шандра вспыхнула до корней волос, несказанно смущенная своим поведением.
– Извините, – пробормотала она, отводя глаза. – Не знаю, что на меня нашло.
Повернувшись, Шандра выбежала с балкона и растворилась в полумраке спальни. Как же мало у нее, оказывается, самообладания! До сего дня она хранила свои желания за семью печатями. Зачем же открыла ящик Пандоры с таким негодяем, как Нолан?
Она приподняла край матраса и нашарила под ним кусочек бумаги. Лукавая усмешка тронула ее губы. По крайней мере она осуществила свой план, хотя и скомпрометировала себя.
Обняв Нолана, Шандра запустила руку в карман его жилета и незаметно вытащила обрывок карты. Пока они лежали на постели, она засунула добычу под матрас. Искусству обшаривать карманы ее обучил отец, и теперь предсказание Меррила сбылось: ее таланты пришлись как нельзя кстати. Возможно, Нолан торжествовал победу над ее страстью, но она тоже не промах. Это хоть как-то оправдывает ее необъяснимое влечение к человеку, с которым у нее нет и не может быть ничего общего.
Самодовольно ухмыляясь, Шандра направилась к комоду за второй половинкой карты, которую припрятала в белье.
Но где же она? Глаза Шандры округлились от изумления. Святители Господни! Она затараторила французские проклятия, роясь в ящиках комода. Увы, бумага исчезла. Черт возьми, вот невезение!
– Да как же этот бесчестный, подлый… О! – воскликнула Шандра, закипая гневом. Должно быть, Нолан спрятался под кроватью задолго до ее прихода. А она, как последняя дура, убрала карту в комод прямо у него на глазах и затем спустилась вниз.
Шандра схватила со стола недопитый бокал с вином и осушила его залпом, чтобы прийти в себя. Но это не помогло. Черт бы подрал этого проныру!
Подбежав к постели, она в гневе принялась тузить подушку, пока не полетели перья. Ну почему, почему ей не удалось его перехитрить? Они попросту обменялись половинками карты. «Посмотрим, чья возьмет», – решительно сказала себе Шандра. Отец учил ее никогда не смиряться с поражением, и она не сдастся. Когда Нолан обнаружит пропажу, он тоже не обрадуется. В следующий раз она не позволит обвести себя вокруг пальца. Кто бы ни был этот Нолан Эллиот, он далеко не простак, будь он проклят! Под маской светского повесы скрывается и кое-что другое. Шандра интуитивно чувствовала, что провести его не так-то просто. Она убедилась в этом на собственном опыте!
Нолан прогнал воспоминания о недавнем свидании с голубоглазой колдуньей. Ему до сих пор было не по себе, оттого что он так легко поддался ее чарам, когда их тела впервые соприкоснулись. Ее воздействие на него оказалось молниеносным и подобным взрыву – словно факел поднесли к бочке с порохом. Просто невероятно – только что он проклинал ее, а секунду спустя желал каждой клеточкой своего естества. Сварливая девица сейчас, наверное, хихикает над ним. Ну что ж, по крайней мере он добыл недостающую половинку карты.
Нолан с довольной усмешкой вытащил обрывок бумаги, принадлежавший Шандре, из правого кармана, затем полез в левый, чтобы достать и другую половинку карты… Карман был пуст. Нолан нахмурился.
– Что за черт?
Он принялся лихорадочно вспоминать, куда сунул свою половинку карты. До той минуты, как он лег в постель с Шандрой и ее руки обвились вокруг его талии, карта была в его левом кармане…
– О дьявол! – выругался Нолан и в отчаянии швырнул добытую половинку карты на землю, яростно наступив на нее каблуком. Пересыпая испанские проклятия сочными английскими ругательствами, Нолан подбоченился и взглянул на освещенное окно спальни Шандры. Да, он недооценил эту бойкую девицу. Она не только лгунья и разбойница, но и ловкая воровка. Интересно, сколько еще у нее талантов? Видимо, Меррил д'Эвре обучил свою ненаглядную дочку всему, что в совершенстве умел сам. Старик мог бы быть доволен, подумал Нолан. Шандра усвоила все его уроки – черт бы ее подрал!
Мрачный как туча, Нолан поднял обрывок карты и свистнул, подзывая своего серого в яблоках жеребца. Конь послушно потрусил к нему, и Нолан пожалел, что Шандра не так вышколена, как его жеребец. Все было бы гораздо проще, если бы она повиновалась его свисту. Будь она проклята! Она не леди, а дешевая подделка!
Вскочив в седло, Нолан направил коня к полуразвалившейся хибаре. Там он должен был встретиться со своим сообщником, который уже давно его ждал. Нолан и представить себе не мог, как ему признаться, что он не выполнил свое задание. Дьявол и преисподняя! Шандра сегодня провела его, как юнца, – и не раз! Отныне, если ему снова захочется поцеловать эту хладнокровную разбойницу, которая чистит карманы с ловкостью уличного воришки, он должен держать ухо востро!
Еще неизвестно, что она стащит у него в следующий раз, когда он приблизится к ней. Разрази гром ее изобретательность и ее губы – самые сладкие из тех, что ему приходилось целовать. Эта рыжеволосая колдунья не подарок – обычному мужчине с ней не справиться. Она смертельно ранила гордость Нолана. Теперь ему вновь придется искать с ней встречи, чтобы добыть обрывок карты. Но он будет начеку каждую секунду, что ему придется пробыть в ее обществе. Правда, когда она лежала и таяла в его объятиях, пленяя своей красотой и ароматом, она ему почти нравилась. Нет, сейчас она нравится ему еще меньше, чем вначале. Боже правый, где же те глупенькие, слабовольные дурочки, которыми так легко манипулировать? Шандра – паршивая овца в их стаде. Нолану еще ни разу не приходилось быть одураченным женщиной. Девчонка причинила ему кучу хлопот и поплатится за это!
